Его первой же мыслью было: Грейс сбежала. Несправедливо по отношению к ней, но даже в таком случае он не стал бы ее винить. Порой он и сам хотел сбежать.
В дверь заскреблись, и Диккан подскочил. Но это была всего лишь горничная отеля, тут же испуганно сделавшая реверанс.
— Поскольку мадам еще не прибыла, ужин откладывается, сэр?
Диккан уже успел заказать ужин на двоих, чтобы как-то загладить свой внезапный отъезд накануне.
— Да. Уверен, они вот-вот появятся. Наверное, застряли на этой ужасной дороге.
Пухлая молодая горничная поклонилась, и в этот миг Диккан услышал в прихожей шум. Судя по громким голосам, прибыл новый постоялец. Диккан вышел за горничной в коридор и тут же узнал нетерпеливый голос своего слуги.
— Мадам, в вас попала пуля. Ради Бога, позвольте нам помочь!
В мгновение ока Диккан оказался внизу.
— Пуля? — переспросил он, не обращая внимания на взгляды других гостей, удивленных тем, что самый элегантный мужчина в Лондоне кричал, словно сержант. — Что, черт возьми, происходит?
Грейс стояла, опираясь на плечо кучера, с выражением напряженного терпения на лице. Насквозь промокшая и запачканная грязью с ног до головы, она выглядела так, словно упала в воду во время охоты. Следовавший за ней с видом обеспокоенного прислужника Биддл выглядел ненамного лучше.
— Я пыталась им объяснить, Диккан, — пугающе тихо произнесла Грейс. — Я не ранена. А хромаю потому, что упала на больную ногу. Рана — пустяки.
— Пустяки? — возмущенно переспросил Биддл. — Мадам, вы потеряли сознание посреди дороги!
— Я же говорила, — в который раз повторила Грейс, — что теряю сознание всякий раз при виде крови.
С трудом сохраняя свое хваленое самообладание, Диккан насмешливо приподнял бровь.
— Потеряла сознание? Женщина, которая ухаживала за ранеными во время всего похода по Пиренейскому полуострову? Чудеса!
Грейс подняла голову, и он увидел в ее глазах усталость.
— Это была моя кровь, — поправила она. — Недоразумение, конечно, но ничего не поделаешь. Я могу стоять по колено в крови, но стоит мне увидеть хотя бы каплю собственной крови, как падаю в обморок.
Значит, у его героической жены тоже есть слабость. Диккан с трудом удержался от улыбки. Однако одного взгляда на лицо Грейс было достаточно, чтобы ему расхотелось улыбаться. К тому же толпа слышала все страшные подробности. За последние два дня ему уже хватило любопытных зрителей.
Понимая, что его спокойствие передастся Грейс, он подошел к кучеру.
— Действительно, досадный недостаток, мадам. К счастью, Биддл намного храбрее. Он теряет сознание при виде пятен от травы на моих бриджах.
Ну вот. Она улыбнулась. У всех остальных был вид затравленных животных. Диккан понимал их. Он и сам на миг перепугался, заметив на предплечье Грейс широкую белую повязку.
— Позовите врача, — обратился он к стоявшему с праздным видом посыльному. — Моей жене понадобится ванна и служанка, поскольку ее собственная не смогла отправиться с ней, отсюда и ее сходство с уличным мальчишкой. — Диккан не удержался и отвел прядь густых волос с запачканной грязью щеки Грейс. — А ты, жена, — произнес он, ведя ее к лестнице, — все мне расскажешь про свою рану.
Она кивнула, медленно переводя дух, словно пыталась унять боль.
— Разбойники, — выдохнул Биддл, семеня за ними следом и нервно заламывая руки.
— Это был удачный выстрел, — с отвращением произнесла Грейс. — Я только добралась до мушкетона…
Диккан остановился.
— До мушкетона? Ты собиралась взять в руки ружье?
Позади раздался смех кучера.
— Взять в руки? Она не просто взяла его в руки! Прикончила одного мерзавца, а второй сам наделал в штаны.
— Она спасла нам жизнь, — сказал Биддл, и Диккан с изумлением увидел обожание в глазах слуги. Боже, куда катится мир?
— Мы поговорим об этом наверху, Грейс, — мрачно сказал он. — Если ты, конечно, сможешь подняться.
Она нетерпеливо хмыкнула.
— У меня всего лишь болит нога, сэр. Мне же ее пока не ампутировали.
— А рука?
Она сухо улыбнулась:
— Тоже побаливает.
Обернувшись, Грейс улыбнулась кучеру, который по-прежнему стоял посреди элегантного холла отеля «Палтни» с мокрой шляпой в руке.
— Мистер Уилсон, спасибо. Мой муж с радостью вознаградит вас за помощь.
Здоровяк вспыхнул, как мальчишка, и принялся крутить свою шляпу в руках.
— Что вы, миледи. Это вам мы обязаны. Надеюсь, все наладится. И если вам что-нибудь будет нужно, только позовите.
— Биддл! — крикнул Диккан.
Вытаскивая кошелек, слуга довел кучера до парадного входа. Как только они ушли, Грейс повернулась к лестнице.
— Спасибо. Он хороший человек. Думаю, я его напугала.
Диккан покачал головой:
— Вы и меня пугаете, мадам.
Грейс наморщила лоб.
— Может, хватит называть меня этим отвратительным словом «мадам»? Я думала, что мы сошлись на Диккане и Грейс. Хотя, — она досадливо улыбнулась при виде своего испорченного наряда, — в данный момент я сама на себя не похожа. Издержки свадебного путешествия.
Диккан оглядел ее с ног до головы.
— Да ты мастерица по части эвфемизмов. Не думай об этом. Уверен, ты вновь почувствуешь себя прекрасно, когда отскребешь всю эту кентскую грязь.
Устало поднимаясь по лестнице, Грейс со вздохом кивнула.
— Не хотела бы тебя огорчать, но боюсь, придется нам на день отложить наши планы.
— Ты имеешь в виду любезный совет капитана Ролстона?
Грейс вспыхнула, и Диккан отметил, как портит ее румянец.
— Это был не совет, сэр, а шантаж.
— Ах, женушка, — произнес Диккан, помогая Грейс подниматься по широкой лестнице, — что за жизнь была бы без небольшого шантажа? Конечно, светским сплетникам придется прикусить языки. Полагаю, я смогу пережить эту небольшую задержку. Но не очень долго. У мужчины есть свои потребности.
Самым странным было то, что Диккан говорил совершенно искренне. Как можно было одновременно радоваться нежданной передышке и чувствовать себя разочарованным?
Сообщение достигло клуба «Уайте» в десять часов вечера. Хирург сбежал из тюрьмы. Самый жуткий наемник-убийца на всем континенте был заключен в Ньюгейт, ожидая суда за убийство и шпионаж. По проверенным сведениям, он исчез накануне ночью, оставив после себя трупы двух стражников с перерезанным горлом и вырезанными на лбу словами «до свидания».
Прочитав донесение в гостиной клуба за бокалом шамбертена, Маркус Белден, граф Дрейк, тихо, но выразительно выругался. Только этого им сейчас не хватало.
