— Джейсон.
Граф поднял брови.
— Звучит не столь романтично, как Меркурий или Пегас.
— Я назвала его Джейсоном, потому что он всегда что-то ищет.
— Конечно же. Золотое Руно, как Ясон! — пошутил граф.
— Именно так.
Она села на стул около кровати и после минутной паузы заговорила:
— Мне кажется, все мы постоянно что-то ищем.
Граф почесывал Джейсона за ухом. Он долго-долго смотрел на Пуриллу, потом все же спросил ее:
— А что вы хотите найти?
Он чувствовал: ей хотелось сказать ему что-то очень важное. Но он совсем не ожидал, что краска смущения зальет ее щеки и она отведет в сторону застенчивый взгляд.
Однако это придало ее лицу очарования. Внезапно, словно у нее не было никакого желания отвечать на его вопрос, она быстро вскочила:
— Темнеет. Не могу понять, почему няня не принесла лампу в вашу комнату. Я зажгу свечи, а затем задерну занавески.
— Не стоит спешить с этим, — сказал граф. — Я хочу, чтобы вы ответили на мой вопрос.
— Я… я не могу вспомнить, о чем он, — смутилась Пурилла.
— Не лукавьте. Вы сказали, что каждый из нас ищет в жизни что-то свое, и мне хочется узнать, что вы сами желаете найти.
— Полагаю… каждый хочет… найти… счастье, — тихо произнесла Пурилла.
Это была только часть правды, и Рокбрук не сомневался, что слово, которое она по застенчивости не смогла произнести, было — «любовь».
И вдруг его осенило, что, делая ей предложение, он говорил ей обо всем, кроме любви. Он говорил, что она нужна ему, но он не сказал, что любит ее.
Но ведь он знал — каждая женщина ожидает услышать от мужчины, который предлагает ей выйти за него замуж, слова любви.
Неожиданно для себя он ощутил всю неловкость своего положения. Скажи он сейчас Пурилле: «Я люблю вас!»— она поймет своим «шестым чувством», или инстинктом, прекрасно у нее развитым, особенно по отношению к людям, как далеки его истинные чувства к ней от той любви, которую она искала.
Он попытался убедить себя, что те идеалистические представления о любви, которые она вынесла из волшебных историй, имеют очень мало общего с реальными отношениями между людьми, живущими в самом обычном, а не сказочном мире.
«Я буду уважать и защищать ее, и у нее будет все, чего бы она ни пожелала. Все — от бриллиантов и ювелирных украшений до положения в обществе, выше которого стоят лишь королевские семьи. О чем еще она может мечтать?»
Граф чувствовал, что все его потуги убедить себя излишни. Он прекрасно знал, о чем мечтает Пурилла. Он был достаточно умен, чтобы не закрывать глаза на очевидную истину.
«Любовь!»— подумал он цинично. Сколько аспектов любви существовало на свете: от эротических фантазий, к которым весьма располагала атмосфера Лондона, до взрывных страстей, не представляющих собой ничего, кроме физического влечения и вожделения, приведших Луизу через лабиринт коридоров к его спальне в Виндзорском замке!
Он прекрасно знал — не такую любовь искала Пурилла. Но он убеждал себя, что идеальные чувства являлись лишь частью сказочного вымысла и не имели ничего общего с действительностью реального мира.
«Я должен постараться не разочаровать ее», — все же предостерег себя граф.
Не в его власти было дать ей желанное, и неизбежно, рано или поздно, она испытает разочарование.
Поскольку эта мысль странным образом расстроила его, он почти раздраженно спросил себя: отчего ему не довелось встретить обычную глуповатую деревенскую девушку?
Та была бы чрезвычайно довольна, если бы настоящий живой граф оказался ниспослан ей подобно дару небес, и ей не пришлось бы желать ничего более. Уже один этот резкий взлет на иной социальный уровень стал бы для нее тем великолепным шансом, за который хватаются не раздумывая.
Но Литтон понимал, насколько малое или совсем уж ничтожное значение имела для Пуриллы эта сторона их предполагаемого брака. Хотя он и не мог уяснить для себя, каким образом догадался об этом.
Он видел только одно: Пурилла соглашалась выйти за него замуж, потому что он завладел ее вниманием. Однако в ней еще не проснулось большое и глубокое чувство, хотя ее внутренний голос верно подсказывал ей, что и в его отношении к ней не хватает чего-то важного.
Поскольку он чувствовал, насколько опасным мог стать для него разговор о любви в темной комнате, граф поспешил сменить тему:
— Вы правы, Пурилла. Зажгите свечи. Или еще лучше попросите Бейтса, чтобы принес лампу. Мы не должны позволять няне без конца бегать вверх и вниз по лестнице.
Это слишком тяжело для нее.
— Если я не смогу найти Бейтса, я принесу ее сама, — пообещала Пурилла.
Она торопливо направилась к двери, и Джейсон, который до этого стоял на задних лапах, положив голову на кровать и получая удовольствие от того, что граф трепал его за ушами, почти яростно вырвался из его рук и побежал за нею.
Граф наблюдал за ними, затем, услышав, как они спускаются по лестнице, он откинулся на подушки и сказал себе, что напрасно опасается за Пуриллу.
Она молода, но умеет приспосабливаться к обстоятельствам, и он не сомневался в ее способности легко приобретать необходимые навыки. Скоро он получит в ее лице надежного спутника жизни.
Будучи сама благоразумной, она не станет требовать от него чересчур многого или просить его о чем-то, чего он не сможет ей дать.
«Полагаю, согласно ее представлениям о жизни, я вообще ни разу еще не испытывал чувства любви», — сделал вывод граф.
Как это странно, думал он, что из всех женщин именно Пурилла заставила его сделать подобное заключение. Но именно так и обстояло дело, о чем до настоящего времени он даже не догадывался.
Бывало, он восхищался, покорялся, очаровывался и иногда лишь немного увлекался женщинами, которые чересчур быстро падали в его объятия, стоило ему проявить хоть небольшой интерес к ним.
Но он никогда не чувствовал себя опечаленным, когда очередная любовная связь обрывалась или его вместе с полком переводили в другое место.
Какое-то время еще шел интенсивный обмен письмами, потом этот поток посланий ослабевал и, наконец, иссякал совсем.
Но всегда, когда женщина уходила из его жизни, тут же находилась другая, чтобы занять ее место.
«Как только мы поженимся, она переедет в Рок-Хаус, — размышлял граф, опять возвращаясь в мыслях к Пурилле, — а когда у нас родятся дети, у нее окажется полным-полно забот, чтобы не скучать».
И снова он подумал, что все складывается не очень удачно, поскольку он вынужден вступать в брак, едва лишь успев унаследовать титул и состояние.
Литтон вспомнил, как доктор сказал ему, что в его имении полно неотложных дел. Поскольку его невеста всегда жила в деревне, он был уверен, что она проявит интерес к хозяйству.
