Пройтись я решила той же дорогой, по которой мы с Арвином несколько дней назад возвращались из портальной беседки.
Тишина и только хруст снега под ногами. Это невероятно успокаивало и позволяло отвлечься от тревожный мыслей. Я радостно рассматривала припорошенные снегом деревья и улыбалась самой себе. Поодаль справа показался соседский особняк. С высоким крыльцом и башенкой сбоку. Сомнений не возникало — в нём жила потомственная аристократия. Как там Паул их называл? Ронерсы?
Я остановилась у калитки в сад, чтобы полюбоваться домом. Но мой взгляд, до этого блуждавший по каменному фасаду, зацепился за нечто неожиданно лиловое сбоку среди серо-белых красок. Оно тихонечко ютилось за кустом, торчащим из сугроба. Для цветов время года было неподходящее. Я перегнулась через калитку, пытаясь рассмотреть вещицу, перетянувшую на себя моё внимание. Она шевельнулась и потрясла шерстью. Погодите-ка…
— Озрик? — спросила я удивлённо.
Лилохвост подпрыгнул от неожиданности и зарылся в сугроб.
— Озрик, я видела тебя. Вылезай, — крикнула так, чтобы даже через снег мой голос звучал убедительно. — Иди сюда, я отнесу тебя домой.
Но мои слова не просто его не убедили, а наоборот заставили углубить свой снежный подкоп.
— Вот же неслушник…
Я вздохнула и огляделась, убеждаясь, что вокруг не было свидетелей. Потянулась к щеколде, закрывавшей калитку, и только собралась выудить этого хитреца, как буквально перед моими глазами светящийся магический диск просвистел в воздухе и срезал снежную шапку сугроба и одну из веток куста.
Лилохвост удивлённо подпрыгнул и принялся оглядываться в поисках угрозы. А когда заметил ещё один приближающийся диск, поднял хвост, обозначая готовность к ответному нападению.
— Тя-я-яв, — предупредил он и подпрыгнул, ухватывая диск зубами и обращая его в магическую пыль.
То, что для меня выглядело нападением, для лилохвоста казалось игрой. Пока очередной диск не успел нагнать нас, Озрик начал красться к нападавшему, высовывая из сугроба только свой лиловатый нос.
— Озрик, ко мне! — приказала ему, ругая себя, что так и не смогла освоить ни одной защитной печати. Да и в боевой магии я тоже ничего не понимала. — Сейчас же, — подзывала непослушного питомца. Но тот был слишком увлечён игрой. Он разорвал ещё один диск в прыжке и сделал рывок вглубь сада.
Я решительно толкнула калитку и побежала за лилохвостом.
— О-озрик, — позвала снова.
— Не поможет, — раздался насмешливый мужской голос из-за угла особняка. Казалось, говорящего я уже знала, но не могла припомнить.
— Кто вы? — крикнула и стала пробираться по снегу дальше.
— А вы? — голос продолжал насмехаться. — На званых гостей не похожи. Зато гуляете по моему саду…
Я замерла.
— Господин Ронерс? — спросила неуверенно.
И отчего у знати в этом мире обязательно должен быть скверный характер? Непременно нужно насмехаться над кем-то, запугивать или бросаться в него магией.
— Можно просто Орман, — ответил сосед и, шагнув из-за угла, швырнул Озрику ещё один диск, который летел на достаточной высоте, чтобы не представлять угрозы для лилохвоста. Зато радости принёс ему немало.
— Обязательно было меня пугать? — спросила, пробираясь по сугробам к Орману Ронерсу. Высокому, плечистому блондину, который снова разгуливал по улице без головного убора и с расстёгнутым пальто.
— Я не пугал, — пожал он плечами, — а заманивал. Как и вашего лилохвоста. Это, между прочим, его любимая игра. Только она и способна выкурить его из моего дома.
Я остановилась в паре метров от господина Ронерса и опять попыталась подозвать к себе лилохвоста. Но очередной магический диск отвлёк его внимание.
— И часто вам приходится его выкуривать? — поинтересовалась, смирившись, что возвращение Озрика домой было целиком и полностью в руках этого блондина.
— В последнее время нет. Видимо, в особняке Макроев жизнь стала интереснее, — сказал Орман многозначительно, видимо, намекая на меня. — Позвольте поинтересоваться, кем вы приходитесь Арвину Макрою? — спросил он, поглядывая на меня с интересом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вот, кажется, мы и подобрались к сути дела. Всё это пустые домыслы, что мужчины менее любопытны, чем женщины. Просто они умело скрывают свою любознательность и всегда отрицают вину.
— Не знаю, что вы там себе напридумывали, но я его новая помощница.
— Новая? — Орман приподнял брови. — Старой у него не было, так что вы первая и, возможно, последняя, — усмехнулся он. — Позвольте представиться ещё раз. Орман Ронерс, жертва неудачного соседства с Макроями и по совместительству Мастер печатей первого ранга, — он снял несуществующую шляпу и театрально поклонился.
Про ранги я уже где-то слышала. Ах, точно… Декан Факультета монстрологии называл Арвина Монстрологом первого ранга. И судя по тому, как кичился своим статусом мой работодатель, его сосед тоже был не последним человеком в королевстве.
— Эрна Лоренц, — кивнула я в ответ. — Рада знакомству. — Тут же перевела взгляд на прыгающего в снегу лилохвоста. — Озрик, нам пора возвращаться. Пошли.
Но Орман назло мне выпустил ещё один магический диск.
— Прекратите его дразнить! — выпалила я.
— Вы всегда можете присоединиться и переманить его на свою сторону. Тем более, что вас он любит больше меня, — предложил Орман.
— Как же… могу…
Если уж я защитные печати не освоила, то куда мне бросаться дисками?
— Да тут ничего сложного, — сказал Орман, заметив мой понурый вид. — Смотрите…
И тут его руки начали двигаться с такой скоростью, что все жесты слились в одно неразборчивое пятно.
— Кхм… — кашлянула я, намекая, что мне такое объяснение никак не поможет.
— Простите, — извинился Орман. — Забыл деактивировать родовую печать.
Он повторил уже медленнее, и Озрику полетела ещё одна магическая закуска. Тот радостно клацнул зубами, разгрызая диск.
— Давайте ещё раз, — сказал Орман. — Смотрите.
Он медленно чертил символы, а я повторяла вслед за ним. Активировала печать, и — вауля! — приманка для шаловливого лилохвоста готова.
— Ну вот, а вы сомневались, — похвалил меня Орман. — Откуда столько неуверенности?
Мне вспомнились неуспехи последних дней, и радость тут же улетучилась.
— Да так… — пробубнила я. — Не выходит кое-что. Из печатей…
— Тогда, госпожа Лоренц, вам невероятно повезло с соседом! — воскликнул он. — Лучше меня про печати никто не расскажет.
— То есть вы предлагаете?..
— Именно, — он махнул рукой в сторону крыльца, приглашая меня в дом. — Вы покажете мне, с какой печатью возникли трудности. А я вам её разъясню и заодно угощу цветочным чаем. Такого вы нигде не найдёте.
Мысль, что воспользоваться помощью другого мага — это мухлёж, у меня в голове, конечно, промелькнула. Но… Мухлёж или нет, а совет мне был нужен. И лучше бы его получить не от Арвина.
Эх, была не была! Стыдом и совестью буду мучиться после.
— Пожалуй, от чая я не откажусь, — сказала, принимая приглашение. — Как и от помощи.
Мы поднялись на крыльцо и вошли в особняк. Просторная прихожая вела в уютную и светлую гостиную, на стенах которой, в отличие от дома Макроев, не было ни рогов, ни других необычных предметов. Висела лишь пара картин с пейзажами и большой семейный портрет.
— Ваши родители? — поинтересовалась, показывая на улыбающуюся пару, между которой стоял беловолосый мальчуган лет десяти.
— Да, — подтвердил Орман. — Но познакомить с ними, увы, не могу. На зиму они уезжают к морю. Маме не нравится северный климат.
С позволения хозяина я присела на софу, а Озрик принялся радостно обнюхивать предметы.
— Давно он сюда прорывался, — сказал Орман. — Пусть порадуется.
Оставив меня в гостиной, маг вернулся с самопишущим пером и несколькими листами бумаги.
— Я распорядился приготовить чай. А пока можем поработать над печатями.
Так долго я над ними мучилась, что сейчас могла легко воспроизвести их по памяти. Линия за линией я изобразила каждую из них и передала листы Орману.
