– Да, дорогая, я понимаю тебя, – закивала миссис Дайвери и добавила вполголоса: – Но, к сожалению, некоторых мужчин нужно несколько раз ткнуть носом, чтобы они разглядели явное. Я считаю, что ты прекрасная партия для Рона, поэтому приняла решение помочь тебе. С этого дня мы должны объединить усилия, и надеюсь, что в скором времени у моего сына появится красивая жена, у внучки любящая мачеха, а у меня разумная невестка.
Глаза Мадлен радостно заблестели. Она была полностью согласна с Джулией. Рон богат, красив, имеет влияние в обществе. Чем не жених для нее, женщины из известной семьи? Конечно, она ничего в жизни сама не добилась, ее знали благодаря родителям – нефтяным магнатам, но тем не менее. В конце концов жена, которую не стыдно вывести в свет, тоже большая ценность. И огромный плюс к имиджу успешного бизнесмена.
Женщины, сойдясь на том, что задуманное предприятие обеим принесет пользу, направились в столовую.
Там их уже встречал Рон. Распростившись с мечтой отдохнуть этим вечером и морально приготовившись к светским беседам, он учтиво поздоровался с Мадлен и предложил сесть за стол.
– Сейчас пошлю наверх за Элизабет и Софи, и сразу приступим к ужину, – сообщил он дамам.
– Подожди-ка, – пристально посмотрела на него мать. – Что значит «пошлешь за Софи»? Элизабет пусть спускается, а Софи здесь делать нечего. С какой это стати ты решил посадить с нами за стол прислугу? Может, всех остальных тоже позовешь: горничных, кухарку, садовника, охрану? А мы с Мадлен по-быстрому перекусим в кухне!
– Мама, ничего страшного не случится, если няня девочки поужинает с нами. Что за феодальные предрассудки? И потом, ты же в вечернем наряде не станешь помогать Элизабет есть? Вдруг измажешься десертом и испортишь платье? А для Софи это обычное дело.
В столовой повисло напряженное молчание. Миссис Дайвери в возмущении отвернулась от сына, а он всем своим видом давал понять, что не намерен идти на уступки в этом вопросе.
– Мне кажется, вы спорите по пустякам, – примирительно произнесла Мадлен, стараясь разрядить обстановку. – Элизабет поест и сразу же отправится вместе с няней в детскую. Разве я не права? А мы сможем продолжить ужин втроем.
Этот довод подействовал на миссис Дайвери, и она тут же послала горничную в детскую за внучкой и «той несносной девицей, которой нет места в приличном доме».
Софи переодела девочку и задумалась: а что надеть самой? Ужины в семье Дайвери, по всей видимости, всегда проходили в торжественной обстановке, но у нее не было платья для таких случаев. Она прилетела в Лос-Анджелес отдыхать, а не вращаться в высшем обществе, поэтому ее одежда была практичной, а не парадно-выходной.
Да что мучиться по этому поводу, вдруг подумала француженка. Я на работе, и главное – накормить Элизабет, а не блистать в платьях от кутюр. Даже если моя повседневная одежда покоробит Джулию Дайвери, что с того?
Софи надела джинсы и хлопковую майку. Волосы заколола на уровне висков, чтобы не лезли в глаза. Посмотрела на себя в зеркало и сочла, что выглядит хоть и не шикарно, но опрятно. Так, как и положено няне маленькой девочки.
Но, введя Элизабет за руку в столовую, Софи немного растерялась. Женщины в роскошных платьях сидели по обе стороны от мистера Дайвери, и француженка задумалась, куда ей посадить девочку. К счастью, на помощь пришел Рон. Под пристальным взглядом матери он встал со своего места и переставил столовые приборы таким образом, чтобы Элизабет сидела рядом с бабушкой, а следом за ней расположилась Софи.
Душу девушки снова переполнило чувство благодарности к мистеру Дайвери. Он был самым галантным и обходительным мужчиной из тех, что ей встречались в жизни!
Специально приглашенный метрдотель разлил по бокалам вино, от которого Софи благоразумно отказалась, и ужин начался.
– Сегодня у нас настоящий пир, – с гордостью сказала Джулия, обращаясь к Мадлен. – Телятина со сливочным соусом «Марсала», лосось, запеченный с картофелем и оливками, ризотто по-венециански и, конечно, лазанья.
Все очень вкусно. Рон просто обожает итальянскую кухню!
– И я тоже! – с готовностью подхватила блондинка в голубом платье. – И вообще, я в восторге от Италии. Когда прошлым летом летала туда, со мной приключилась весьма смешная история...
Софи не вникала в суть рассказа, занимаясь девочкой. Элизабет ковырялась в рыбе и, как всегда, с нетерпением ждала десерта.
– И тогда таможенник сказал мне, что, была бы его воля, он запретил бы таким красивым женщинам покидать страну! – закончила историю Мадлен.
Джулия засмеялась, а Рон лишь вежливо улыбнулся.
– Папа, а можно мне уже тирамису или шоколадных канноли? – воспользовавшись случаем, спросила Элизабет.
– Но маленьким девочкам сначала нужно скушать основное блюдо, прежде чем переходить к сладостям, – засюсюкала Мадлен, полагая, что с детьми нужно разговаривать именно в таком тоне. – Сколько тебе годиков, малюточка?
Элизабет насупилась и промолчала.
– Уже пять! – С гордостью ответила за внучку Джулия и с нарочитой вежливостью обратилась к няне: – А что же вы ничего не едите? Попробуйте беф-эстуфатта. Это тушеное мясо, если не знаете...
Француженка сделала вид, что не заметила выпада в свой адрес. Да, желудок требовал пищи, но она приняла решение, что поужинает позже, в кухне, вместе с Молли и другой прислугой. Софи чувствовала себя здесь лишней и мечтала, чтобы Элизабет поскорее все съела, тогда можно будет покинуть столовую. На протяжении всего ужина девушка неоднократно замечала выразительные взгляды Мадлен, адресованные Рону, из чего сделала вывод, что блондинка к нему неравнодушна.
Все правильно, подумала она. Подобное тянется к подобному. Эта женщина и мистер Дайвери отлично подходят друг другу. Поженятся и будут жить как в сказке. Но почему так невыносимо щемит сердце при этой мысли? Даже когда я встречалась с Этьеном, и то не испытывала ничего подобного. Может, тогда была вовсе не любовь? И что сейчас происходит со мной? Почему мысли о человеке, которого я знаю всего два дня, рождают во мне бурю эмоций? Это ужасно, но, похоже, я серьезно влипла...
Уложив малышку спать, Софи, стараясь не шуметь, вышла из детской. И тут же столкнулась с мистером Дайвери.
– Я пришел поцеловать Элизабет и пожелать спокойной ночи, – прошептал он. – Но она, кажется, уже видит сны?
Софи кивнула, не в силах произнести ни слова. Она снова впала в ступор оттого, что этот мужчина стоял близко-близко.
– Вы прекрасно держались за ужином, – продолжал Рон. – Вашему самообладанию можно только позавидовать. Я обещаю, что поговорю с мамой и потребую, чтобы она прекратила нападки на вас.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
