Больше всего Киру беспокоило, что с момента побега она ни разу не чувствовала мысленное присутствие брата. Даже сейчас, так близко. Орби из-за всех сил старалась ее утешить, твердила что операция могла временно лишить Итана телепатии, но сердце золотой мыши сжималось от страха. Она поверила однажды в гибель брата, и терять новый огонек надежды смертельно боялась.
Далеко внизу, на пулеметных вышках у ворот комплекса, внезапно зажглись мигалки. Кира напряглась, однако из-за стены вышла всего лишь Настя Тимофеева — девушка, следившая за лабораторными животными в блоке «Д». Перекинувшись парой фраз с охранниками, Тимофеева зашагала к стоянке служебных машин через дорогу.
Кира провожала ее настороженным взглядом. Настя пришла в проект около двух лет назад, сменив отправленную на пенсию «бабушку» Петухову, ту самую лаборантку, чье имя носила золотая мышь. Кире и ее брату к тому времени было уже по три года… Итан! Эта женщина должна знать, жив он или нет!
Боясь верить такой удаче, Кира поспешно раскинула мысленную сеть в поисках подходящей птицы — использовать сокола в городе было слишком рискованно. Ищущий разум золотой мыши быстро нащупал примитивное сознание голубя, сидевшего на соседней крыше. Повинуясь телепатической команде, тот моментально распахнул крылья и примчался на зов.
Кира усилила наведенный на соколов сон и вскочила на спину голубю. Тем временем, далеко внизу Настя уже выруливала со стоянки на ярко-голубой машине. Золотая мышь покрепче уцепилась за перья и послала птицу в полет.
С высоты было хорошо видно, как голубой «Пежо» спокойно и неторопливо катит по улице. Мысленные команды Киры управляли голубем. Перелетая с одного фонарного столба на другой, птица следовала за автомобилем.
Вскоре «Пежо» свернул с центрального проспекта и, еще медленнее, поехал на запад. Кира лихорадочно размышляла, как перехватить Тимофееву без помощи большого и страшного зверя, найти которого ранним утром в центре Зеленограда было, мягко говоря, проблематично. Как назло, в пределах досягаемости ее мысленной сети никто даже не выгуливал собаку.
Она уже почти решилась в открытую спросить девушку о брате, надеясь, что Тимофеева сжалится над бывшей питомицей и ответит, когда автомобиль внезапно остановился посреди улицы. Кира немедленно бросила голубя в пике и посадила птицу на фонарный столб прямо над машиной.
Некоторое время все было тихо, «Пежо» просто стоял на месте, едва слышно стрекоча дизелем. Затем, как ни странно, открылась пассажирская дверь.
Оттуда на асфальт спрыгнула крупная палево-черная мышь с огромными зелеными глазами, симпатичной короткой мордочкой и покрытым шерстью хвостом. Перебежав на тротуар, зверек обернулся к автомобилю и что-то сказал. У Киры чуть не остановилось сердце.
Она зажмурилась, не в силах верить. Еще один!!! Еще один сородич!!! И он наверняка знает про Итана! О, спасибо тебе, судьба… Спасибо!
Черная мышь, тем временем, юркнула под ограду ближайшего двора и спряталась в старой покрышке, валявшейся на земле. Кира с огромным трудом поборола волнение и бросила голубя вперед. Хлопая крыльями, птица опустилась на шину.
— Сородич, поговори со мной! — взмолилась Кира. Она скользнула по крылу голубя и спрыгнула на землю. Прямо перед ней, недоверчиво моргая, застыл незнакомец.
С первого взгляда стало ясно, что они с Орби принадлежат одному виду. Слегка уступая в размерах Кире, палево-черный мышонок выглядел именно мышью, а не помесью белки с бурундуком. Огромные зеленые глаза незнакомца окружали две тонкие полосы более темной шерсти, сливавшиеся в одну между ушками, и тянувшиеся до самого хвоста, который, точно как у Орби, был покрыт гладкой шерсткой. Зато лапы у черного мышонка оказались куда мощнее, чем у подруги Киры, особенно задние — видимо, сказывалось, что он самец. Некоторое время Кира и незнакомец, тяжело дыша, смотрели друг на друга.
Черный мышонок опомнился первым:
— НГ-90? — спросил он хрипло. Голос у него был гораздо ниже, чем у обеих мышек, хотя человеку, конечно, все равно показался бы пискливым.
— Что значит НГ-90? — встревожилась Кира.
— Это ты бежала из института Добронравова две недели назад?
Кира закивала.
— Я!
Черный мышонок глубоко вдохнул и уселся на хвост, бессильно уронив лапки. Зажмурился, помолчал, приходя в себя. Тишина длилась почти минуту.
— Мое имя Элджи, — сказал наконец мыш. — Неделю назад, увидев в газете заметку о твоем бегстве, я пытался проникнуть в комплекс, чтобы спасти других узников. Потерпел неудачу и попал в плен. Сегодня меня должны были убить, однако у девушки, следившей за подопытными животными, оказалось сердце. И вот, я здесь.
Он опустил голову.
— Мне… Я счастлив тебя встретить. Ты будто явилась из сна. У меня… Даже есть портрет… — Элджи запнулся, — …неважно. Я сорок лет жил в одиночестве, мечтая отыскать родичей, и вот, ты сама нашла меня. Это чудо. Истинное чудо.
Золотая мышь слабо улыбнулась.
— Я Кира, — представилась она. — В нашем маленьком племени я кто-то вроде воительницы.
— В племени?! — вскрикнул Элджи. — Вас много?!
— Трое, если брат жив, — вздохнула Кира. — Коли и ты останешься, станет четверо…
Черный мышонок зажмурился от волнения.
— Неужели годы одиночества позади? — прошептал он едва слышно. — Кира, я… — голос сорвался, и Элджи бессильно обмяк, прислонившись к грязной покрышке. Золотая мышь, встревожившись, шагнула вперед и ласково коснулась сородича.
— Ты в порядке?
— Сейчас пройдет… — выдавил Элджи. Кира погладила его по голове.
— Все хорошо. Все будет хорошо.
Элджи чудовищным усилием взял себя в лапы и выпрямился, тяжело хватая воздух.
— Да, — сказал он твердо. — Теперь все будет хорошо.
Последний раз зажмурившись, черный мышонок с силой выдохнул и встал. Поднял голову, смерил взглядом голубя.
— Управление животными — твоя способность?
Кира с легким удивлением кивнула. Элджи довольно потер лапки:
— Воистину, мгновением чудным, стал встречи нашей дивный миг! — увидев выражение мордочки Киры, пояснил: — Экспромт. Птица поднимет нас обоих?
Золотая мышь неуверенно огладила усы.
— Возможно…
— Тогда летим! — Элджи подбежал к ней и схватил за лапки. — Теперь есть шанс! Если доберемся до базы к завтрашнему вечеру, люди Добронравова не успеют уничтожить досье!
Кира попятилась.
— Какое досье?
— Наше, — отозвался Элджи. — Исследования профессора в области генной инженерии, карты наших ДНК, а главное, методические журналы! Больше я не намерен ждать у моря погоды. Люди не хотят процветания нашего рода? Хвостом! Теперь я сам займусь работой. Не пройдет и пяти лет, как я добьюсь результата!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
