Читаем без скачивания Форпост. Найди и убей - Андрей Валерьев

– Лёша умер.

Все дела, запланированные на послеобеденное время, пришлось отложить. Иван снова собрал мужчин и на маленьком погосте, на дальней опушке рощи, появилась вторая могила. Постояв немного возле свеженасыпанного холмика, народ начал расходиться. Вернувшееся было хорошее настроение исчезло без следа. При жизни Алексей был тихим и незаметным человеком, но любая смерть теперь воспринималась каждым, как личная потеря.

Уходя в лагерь, Маляренко оглянулся – возле могилы беззвучно и тихо плакала женщина. Иван остановился и сел в тени дерева, дожидаясь, когда она простится с мужем, чтобы проводить женщину в лагерь. Алина сидела на земле и что-то вполголоса говорила, глядя на могилу. Ваня закрыл глаза и задремал.

– Спасибо, что остался.

Голос, раздавшийся над ухом, заставил Ивана вздрогнуть и резко открыть глаза. Сердце гулко забилось в груди, а руки сами собой шарили в поисках копья.

«Идиот, я ж его в лагере оставил»! Паническая мысль пронзила мозг. Маляренко суматошно подскочил: рядом с ним, подстелив под себя брезент, сидела Алина.

– Спасибо, говорю. – на лице женщины не было ни малейших следов слёз.

– А. – Маляренко с облегчением повалился обратно. – да не за что.

Он осмысленно осмотрелся. Солнце висело над горизонтом, явно собираясь закатываться.

– Японский городовой! Это ж сколько я спал?

– Не выражайся, пожалуйста. – Алина насмешливо посмотрела на заспанного и растерянного «вождя». – Тут Николай забегал, проверить, куда это ты пропал. Я ему сказала, что если слюной не истечёшь, то выживешь.

Иван смущенно отвернулся. Еще в школе он крепко получил по носу и с тех пор, иногда, дрых с открытым ртом.

– Извини. А ты, получается, меня тут берегла, пока я спал? – Маляренко с удивлением наблюдал за невероятным преображением женщины.

«Блииин, оказывается, у неё есть ноги!» – сбросившая вечную брезентовую хламиду Алина превратилась в невысокую, но очень пропорционально сложенную, стройную женщину. «Вот это даааа. Красотка»! – все мысли Ивана были написаны на его лице аршинными буквами.

«Чёрт! Да о чём же я тут думаю? Она же мужа только что похоронила»! – спохватившийся «вождь» постарался придать своей физиономии уместно-скорбное выражение. Получилось неважно. Алина грустно усмехнулась.

– Не впервой.

Смысл сказанного дошёл до побившего все рекорды тупости, Маляренко только через минуту. Задохнувшись от переполнявших его чувств, он уставился на миниатюрную женщину круглыми от изумления глазами.

– Это ты? ТЫ?

– Пойдём отсюда. – Алина печально оглянулась на могилу. – Не хочу здесь больше оставаться.

До заката еще было не меньше часа и, обойдя рощу по кругу, они устроились у тропки, ведущей в лагерь. Перед ними необъятными просторами расстилалась степь. Пришедший в себя после неожиданного открытия Иван, украдкой рассматривал девушку и не знал, с чего начать разговор. Немного помявшись, он ткнул пятерней в степное пространство и выдал, наверное, худший вариант.

– Красиво, правда?

Алина на эту тупость никак не отреагировала. Несмотря на тёплый вечер и приятный ветерок, она зябко передёрнула плечами.

– Мне очень страшно. Я совсем одна осталась. – губы девушки задрожали и она снова заплакала.

Маляренко растерялся. Как себя сейчас вести он не понимал. Прошло довольно много времени, прежде чем выплакавшаяся Алина смогла рассказать свою историю. Иван слушал и только диву давался – так всех провести! Попав в эту жуткую и непонятную заварушку с двумя громадными чемоданами полных танцевальных костюмов, косметики и туфель, партнёры не растерялись и дали понять окружающим, что они – семья. Увидев с кем он имеет дело, Алексей, который честно говоря, был не совсем правильной ориентации, резко включил образ мачо, который он с успехом демонстрировал в программе латинских танцев. Алина же, перепуганная жёсткими действиями Ермакова, старалась не отходить от «мужа» ни на шаг. Она отлично запомнила какими голодными глазами пялился Серый, когда отбирал одежду и сдирал с неё бельё. Тогда она сама выбрала самую бесформенную и грязную робу, какую только смогла отыскать в куче тряпья и с тех пор, почти всё время, носила её не снимая. Это здорово сказалось на состоянии одежды Алины – и тонкие обтягивающие джинсы и курточка были в прекрасном состоянии. Работала она всегда в перчатках тонкой кожи, на тыльную сторону которых, прекрасно владевший иглой Алексей, нашил куски брезента.

– Вот, значит, как. – Маляренко с облегчением улыбнулся. Известие о том, что усопший не был ни мужем, ни даже парнем сидящей напротив него девушки, он воспринял с внутренним ликованием. В груди росла волна нежности к этой маленькой женщине. После развода, оставшись в одиночестве, Иван понял, насколько в нём сильна потребность любить и заботиться о ком-нибудь.

«Да что ж такое! Я же с ней вообще первый раз разговариваю. Как такое возможно?» – мысли хаотично метались по пустой черепной коробке, изредко стукаясь о кость. Маляренко постарался не пялиться на упругую грудь собеседницы и посмотрел в её глаза. Глаза были самые обыкновенные, непонятного серого цвета, немного узкие. И чуть скуластое лицо. Короткие тёмные волосы убраны в маленький хвостик, перехваченный простой резинкой. Иван поймал себя на том, что уже забыл о чём хотел спросить и просто молча изучает её, впитывая эту женщину в себя. Алина занималась тем же.

– А той ночью… – Иван постарался быть дипломатичным. – Расскажи.

– Да чего рассказывать – Рома с самого утра в полный голос матерился. Вся бригада была в курсе, что он тебя прибьёт, а Ксюшу трахнет. – Алина жёстко усмехнулась. – А потом… ты знаешь, что произошло. Когда они за тобой пошли, я не знаю, почему следом за ними пошла. Не спрашивай – я просто не знаю. Гарь от твоего костра далеко было слышно. Закричала что то… Не помню что именно. Вот и всё.

Сумерки потихоньку вступали в свои права, накрывая тьмой всё вокруг. Проснулись цикады. Собравшись с духом, Иван пододвинулся к Алине и осторожно обнял её за плечи. Ничего страшного не произошло. Девушка устало положила голову ему на грудь и затихла. Сердце Ивана бешено стучало, он покрепче прижал к себе девушку и слегка коснулся губами её макушки.

– Ваня, подожди! – резко отстранившаяся женщина была сосредоточена и деловита. – Я вчера с Ольгой разговаривала. Она говорит – ты хотел уйти, чтобы попробовать «выход» найти? Это правда? «Коля – ты трепло». Иван утвердительно кивнул.

– В следующий раз я с тобой пойду. Я тоже хочу попробовать. – в голосе Алины звякнул металл.

Сбитый с толку внезапной сменой настроения девушки, Маляренко поднялся с брезента и неуверенно произнёс: – Ну что, в лагерь идём?

– Дурак ты, Маляренко. Хоть ты и вождь, а дурак. – Алина улыбнулась. – Иди ко мне.

Глава 2. В которой Иван краснеет, получает отчёт о проделанной работе и мыслит стратегически.

Следующие две недели Маляренко ходил, молодецки развернув плечи и выпятив колесом грудь, с глупейшей улыбкой на лице. Все мысли о поиске выхода испарились без следа. Он был счастлив. Иван даже представить себе не мог, сколько радости и заботы ему может подарить любящая женщина. Николай, глядя на своего вождя, только ухохатывался, а Серый, самостоятельно решая все вопросы по управлению посёлком, неодобрительно качал головой. Остальные мужики подмигивали и поощрительно хлопали Ивана по плечу – молодец, мол, слышали-слышали… Женщины же, все как одна поначалу устроили Алине обструкцию, на которую она, впрочем, совершенно не обращала никакого внимания, порхая мотыльком вокруг своего ненаглядного. Лишь через три дня, когда дружное молчание женского населения было способно насмерть заморозить и белого медведя, Иван догадался рассказать правду о взаимоотношениях Алины и Алексея своему «офис-менеджеру» Светлане. Новости моментально «ушли» в народ. Шумно и активно обсудив историю новой «первой леди», женщины постепенно сменили гнев на милость и оттаяли, лишь Ксения, видимо по старой памяти, смотрела на Алину косо. Уж слишком бурным и громким выдался медовый месяц вождя. Признаться, Иван и сам не ожидал от себя таких подвигов. Всё-таки не восемнадцать лет. Но, глядя на свою Дюймовочку влюблёнными глазами, Маляренко чувствовал себя способным на всё! Свернуть горы и повернуть реки, достать звезду с небес и жемчуг со дна моря. Понимая, что толку от Маляренко в нынешней ситуации немного, оба его заместителя, посовещавшись, отправили его на место Николая и Ольги – вместе с Алиной ловить рыбу и собирать мидии. Добыча и поступление рыбы и морепродуктов резко упали. Зато целых десять дней парочка провела на пляже в объятиях друг у друга. Если бы не охотничьи подвиги Николая и Юрки-длинного, то неизвестно, чем бы этот «медовый месяц» закончился. Во всяком случае – не быть Ивану вождём это уж как минимум. Жрать хотелось всем и каждый день. Желательно по три раза. В конце концов, Ольге надоели ежедневные походы мужа за добычей и она высказала Алине всё, что думает о своём вожде в общем и о ней в частности. А позже, тем же вечером после ужина, к Ивану подошёл хмурый Геннадьич и потребовал от него прийти в себя. Не на курорте, мол, а хрен знает где находишься. И вообще, думать надо головой, а потом уже яйцами!