– Мне кажется, я поняла, – медленно проговорила я. По крайней мере, я очень старалась понять. Моя пустая тарелка вновь наполнилась сладостями. – Я хочу быть готовой сразиться с любым злом, которое встретится мне на пути, но... – Я замялась. – Может быть, я смогу принести пользу Чароландии, если посвящу себя заботе о её бессловесных обитателях?
Оливина приобняла меня за плечи:
– Ты сообразительная девочка, Девин. Признаюсь, я редко устраиваю такие доверительные беседы с принцессами первого года обучения, но сейчас я вижу, что моё испытание немного выбило тебя из колеи. О, это вполне можно понять. Ты выросла с отцом, который позволял тебе безнадзорно бегать по лесам, и с матерью, старавшейся привить тебе истинно королевские манеры. Столь противоречивое воспитание способно смутить любую принцессу! Но я здесь, и я помогу тебе. Не для этого ли, в конце концов, и нужны феи-крёстные? – Она задумчиво коснулась своего подбородка. – Вот что я тебе скажу... Если ты хочешь продолжать ухаживать за животными во время своей учёбы в нашей Академии, я готова исполнить твоё желание.
– Правда? – встрепенулась я. – О, это было бы так чудесно! Спасибо вам!
– Я буду только рада, если ты найдёшь себе развлечение на время своего пребывания в КА, но, пожалуйста, не забывай, что здесь свои строгие правила, и эти правила введены не без причины, Девин. И если ты станешь их нарушать – последствий не избежать. – Её ласковая улыбка исчезла. – Исключение из Академии не только лишит тебя права носить корону – оно лишит тебя права жить в Чароландии.
Ощущение было такое, словно меня сбило с ног вихрем – уже второй раз за сегодняшний вечер.
– Вы хотите сказать, что если я не буду соблюдать правила, меня выгонят?
Она опять улыбнулась:
– Не стоит так волноваться. Конечно же, тебе это не грозит. Давай считать сегодняшнюю катастрофу просто следствием твоего неведения, ладно? Это лишь первый выговор, и ты непременно исправишься, я даже не сомневаюсь!
– Выговор? – растерянно повторила я.
– Ну разумеется, моя дорогая. Не могу же я сделать вид, что ничего не произошло? Ты должна хорошенько усвоить сегодняшний урок. Следование королевским правилам – залог нашей общей безопасности, – многозначительно заметила она. – Не забывай, о чём мы говорили сегодня, и тогда у нас больше не будет никаких проблем.
Мне вдруг стало очень-очень холодно и больше всего захотелось бежать отсюда куда глаза глядят – но чтобы Оливина не увидела, насколько мне сделалось не по себе, я кое-как выдавила улыбку.
Фея-крёстная распахнула мне объятия:
– А теперь, моя дорогая, давай обнимемся, и отправляйся обратно на бал. Только посмотри, как там все веселятся! – Она указала на зеркало, которое показывало, что сейчас происходит в бальном зале. Второе зеркало вело прямую передачу с банкетного стола, за которым сидели преподаватели. Интересно, а что происходит в наших спальнях, Оливина тоже видит? При этой мысли моё сердце сжалось, но спросить я не отважилась.
Я послушно обняла её в ответ и сказала то, что она, видимо, и рассчитывала от меня услышать:
– Спасибо вам, Оливина. Спасибо за всё.
Оливина похлопала меня по плечу:
– А для чего же ещё нужны феи-крёстные? – И она взмахнула у меня над головой своей волшебной палочкой, и – пуф!
В следующее мгновение меня здесь уже не было.
Глава 11
БЕЛАЯ КАК СНЕГ
Пуф! Меня перенесло обратно в бальный зал. Парочки вокруг смеялись, кружась под музыку, но я стояла, словно оцепенев, не в силах присоединиться к общему веселью. То, что произошло, почему-то мне очень не понравилось. Что-то здесь неправильно.
Кажется, фея-крёстная мне только что угрожала?
Мне срочно захотелось на воздух.
Высмотрев открытую дверь, ведущую во внутренний двор замка, я пронеслась мимо прохаживающихся возле неё принцев и принцесс и выскочила наружу.
– А где её сопровождающий? Она что, одна? – шёпотом спросила какая-то принцесса, но меня это уже не заботило.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Оказавшись под открытым небом, я наконец вздохнула полной грудью. Первый раз за всё время моего пребывания в Королевской Академии я вырвалась из каменных стен. Я задрала голову. Небо почти совсем потемнело, лишь на горизонте ещё догорали закатные багрово-красные полоски облаков. Передо мной вилась дорожка, освещённая фонарями; то здесь, то там виднелись указатели с надписями «ОГОРОД ВОЛШЕБНЫХ ТЫКВ», «САДЫ ФЕЙ» и «КОЛОДЦЫ ЖЕЛАНИЙ». Я побрела вперёд. Шум бала постепенно отдалялся, и мне дышалось всё легче и легче. А потом я увидела указатель, от которого у меня потеплело на душе: «КОНЮШНИ».
Конюшни. Лошади. Животные. Мой дом вдали от дома.
Я припустила бегом, то и дело спотыкаясь из-за непривычных каблуков и широкой юбки – ни то ни другое для бега совершенно не предназначалось. Феи летучие, как же мне не хватает штанов и сапог!
Я остановилась, скинула туфли и дальше пошла босиком. Увидев впереди стену конюшни, я снова припустила бегом и, распахнув дощатые двери, вдохнула тёплый влажный воздух. Он пах овсом и свежим сеном – так сильно, что я громко чихнула.
– Будь здорова!
Я так и подскочила:
– Кто здесь?
Из-за угла появилась принцесса Белоснежка со скребком в руках и красной попоной, перекинутой через локоть. Всё её нарядное алое платье было в пыли от сена.
– Здравствуй! Прости, не хотела тебя напугать. Ты же Девин, верно? Соседка моей сестрёнки Рейны?
– Да, это я. – Надо делать реверанс или не надо? Вроде в присутствии королевской особы полагается делать? Но ведь я тоже королевская особа – так может, не надо? Ох, ну почему же я не прочла это несчастное «Наставление»! – Простите, что я заявилась без спроса. Я не знала, что здесь кто-то есть. Я просто хотела взглянуть на лошадей.
– О, не беспокойся! – Белоснежка ласково потрепала морду белой кобыле, которая высунула голову из своего стойла. – Я только рада компании. Я сама заглянула сюда, чтобы убедиться, что гарпии не успели напугать лошадок. – Тут она вздёрнула бровь и взглянула на меня внимательнее. – Ну а ты почему оказалась здесь, в конюшне, вместо того чтобы танцевать на своём первом балу?
У меня вспыхнули щёки:
– После нападения гарпий и беседы с Оли- виной в её покоях я... гм... мне захотелось немного развеяться. – Я погладила шелковистую гриву стоящего рядом рослого серого жеребца. – А рядом с животными мне как-то проще расслабиться. Я увидела у дорожки указатель на конюшни и решила пойти сюда.
– Гарпии, – тихонько заржал жеребец. – Здесь, в Королевской Академии. Кто бы мог поверить?!
Я взяла с верстака в углу конюшни щётку и принялась чесать ему спину. Пока что я была не совсем уверена, стоит ли ставить Белоснежку в известность о моём умении разговаривать с животными, поэтому сказала, ни к кому не обращаясь:
– Я так рада, что никто не пострадал и что гарпии наконец убрались.
– Я тоже, – кивнула Белоснежка, не переставая работать скребком. – Но некоторые лошадки всё ещё нервничают. Они ведь слышат гарпий за несколько миль, поэтому, само собой, это нашествие их несколько взбудоражило. Я подумала, что если их немного почесать, а потом накрыть попонами, это поможет им успокоиться. Не хочешь мне помочь? – предложила принцесса. – Вдвоём мы быстро управимся.
– С радостью! – Я улыбнулась, и мы принялись за работу.
Время пролетело незаметно. Скоро все лошадки были почищены и тепло укрыты, и тревожное ржание, которое встретило меня в конюшне, наконец стихло. К тому моменту, когда мы сложили на место скребки и щётки, некоторые лошади уже похрапывали.
– Спасибо тебе, – сказала Белоснежка, когда мы с ней осторожно прикрыли двери конюшни. – Я вижу, ты здорово умеешь обращаться с лошадьми. А верхом ездить умеешь?
Я помотала головой:
– Нет, но я много времени проводила с дикими лошадьми. Да и с другими животными тоже. Мне кажется, это моё любимое занятие.
