Все хотят поймать этого монстра и вздёрнуть на виселице, а у меня другая цель: я хочу допросить его и разузнать побольше о тёмной алхимии, а затем, можно и убить, получив десяток золотых.
Но проблема заключается в том, что этого маньяка не могут поймать уже пятый год подряд. Каждый раз перед полнолунием он убивает трёх девушек, а затем пропадает на месяц. Несложно подсчитать, скольких он уже отправил на тот свет. И в следующие два дня их количество только возрастёт.
Возможно, в этот раз я бы прошёл мимо и остался в стороне, но Кровавый Алхимик наведался в мою деревню, и велик шанс, что убил он одну из доярок, с которой я спал. А это уже переход на личности, теперь я просто обязан найти его и «поговорить» с особой жестокостью…
_____
Рубрика «Осталось за кадром»
Разговор у дверей Братства ровно через минуту, как Рей покинул заведение.
— И всё–таки, кто он такой? — интересуется Редгар. — Почему всем надо называть пароль, а ему нет?
— Рей славится исполнительностью, непоколебимостью и хладнокровием. У него простой девиз: «Сказано — сделано!», — поясняет Томми.
— И что в этом такого? Многих наёмников можно так охарактеризовать, — Редгар сморит на коллегу с подозрением.
— Если честно, я и сам до конца не понимаю… Но как–то раз, у Михаила возникли проблемы, которые он поручил решить именно Рею. Без понятия, что там случилось, но в тот день наш босс закатил пирушку и назвал Рея своим «корешем».
— Эм…
— Вот стал бы ты прессовать Мишиного кореша?
— Ну… Наверное… Это ведь моя работа? — Редгар чешет макушку и пытается придумать ответ получше.
— Короче, запомни его лицо, а лучше рога, и не вставай на пути. Босс его знает? Знает. А поэтому пока не будет особой команды Рея не впускать, то просто закрой глаза на формальности, — Томми хлопает его по плечу.
— Как–то это неправильно… — он мотает головой в разные стороны.
— Не забывай, почему и как освободилось это место, — недвусмысленно намекает Томми. — Пока наблюдай за мной и учись. Целее будешь.
Редгару ничего не остаётся, кроме как ответить молчаливым согласием и смириться с блатом, который присутствует в рядах Братства.
Глава 8. Новые жертвы
Я неспешно шагаю по той дороге, по которой пришёл в Братство, и обдумываю свои дальнейшие действия. Проблема с «коллегами учителями» решится уже сегодня вечером, а поэтому насчёт них можно не переживать. Вообще, вряд ли Брут и Салех смогли бы доставить мне серьёзные проблемы, но в таких вопросах лучше перестраховаться, ведь я по своему опыту знаю, что бывает, когда ты недооцениваешь противника.
А вот что делать с Кровавым Алхимиком — это большой вопрос… Больше года я гонялся за этим призраком, да что я, весь город его ищет, но нет даже примерного портрета, ибо никто не выжил, чтобы рассказать о нём. А он умён и тщательно выбирает жертв, причём речь не о цвете волос или формах, а о месте и времени совершения преступлений.
В Рейвенхоле каждый знает, что гулять в одиночестве в полнолуние смертельно опасно, но даже так убийца умудряется отыскать своих жертв. И никто из алхимиков не может разгадать, что за заклинание он использует, ведь даже если ты сможешь начертить круг, ничего не произойдёт. Нужно обязательно знать, хотя бы приблизительно, что это за заклинание. В таких случаях я обычно экспериментирую, но тут речь идёт о человеческих жизнях, поэтому вариант отпадает, ведь число попыток может исчисляться тысячами.
На вот одно мне непонятно: почему он выбирает только молодых и симпатичных девушек, неужели это какой–то фетишь? Но тогда почему они остаются нетронутыми в сексуальном плане? Вопросов этот тип вызывает столько, что и рота криминалистов–психологов не сможет найти ответы на них все.
Единственное, что есть общего у всех жертв — это молодость, красота и доступность. Насчёт последнего стоит сделать дополнительную ремарку: их было очень легко похитить и убить. Возможно, именно поэтому страдают по большей части простолюдинки. И многие из них славились тем, что были падки до секса.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Можно было бы подумать, что маньяку насолили проститутки, но они чаще всего работают в борделях, а поэтому находятся в недосягаемости. Кровавый Алхимик предпочитает простушек вроде тех же доярок, такую девушку можно выследить и напасть, когда та окажется одна. А собирательницы — это вообще идеальные жертвы.
Возникает резонный вопрос: если все знают, в какой день произойдёт нападение, то почему бы не закрыться по домам и не переждать? Ответ банален и жесток — феодализм, помноженный на капитализм, не терпит простоев и смерть трёх работниц даже близко не стоит с убытками от потенциальных простоев.
Потому–то Кровавый Алхимик до сих пор на свободе, его, конечно, ищут, но не так активно, как могли бы. Помнится, первые полгода полиция заглядывала под каждый камень, но чем больше убийств случалось, тем сильнее охладевал пыл стражей правопорядка. Тогда–то и была назначена награда за поимку, которая с каждым годом растёт.
Меня же интересуют не столько деньги и уж тем более не отмщение за малознакомую доярку, сколько исследовательский интерес, ведь о тёмной алхимии я знаю совсем немного. Можно сказать, что практически ничего, да и то большую часть информации я почерпнул, пока пытался найти этого убийцу.
Я хоть и ленивый, но учиться чему–то новому и интересному просто обожаю! А если смогу найти этого маньяка, то выпытаю из него столько информации, сколько возможно… Затем убью и сдам труп за десяток золотых — выгодная сделка. Тащить живого напряжно и опасно, ведь если его допросят, то следователи могут заинтересоваться и моей персоной, а мне не нужно лишнее внимание со стороны полиции.
Я покидаю Нижний Город, запрыгиваю в электричку и еду в свою деревню. А ведь когда я покупал дом, то думал, что более туда не вернусь. Хижина учителя, как и дорога до неё, навевает негативные воспоминания: несмотря на возможность изучать алхимию и человеческое отношение, впахивать меня заставляли так, что хочется поскорее вычеркнуть эту страницу истории из моей памяти.
Возможно, стоило бы положить большой и толстый болт на этого неуловимого убийцу, но во мне до сих пор бурлит исследовательский интерес, да и он изуродовал девушку, с которой я спал, а это дополнительный мотив. Смерть доярки мне безразлична, но этот хрен покусился на моё мужское эго. Как–никак я завоёвывал эту даму, хоть и недолго…
Почему я так уверен, что спал с ней? Тут всё просто: через меня прошли все симпатичные и молодые дамы из деревни, а маньяк выбирает именно таких. И в отличие от остальных случаев, здесь у меня есть козырь, ведь я могу прикинуться ухажёром и натянуть маску сочувствия, дабы выведать из возможных свидетелей побольше информации.
Электричка довозит меня до конечной остановки, и я быстрым шагом топаю в деревню с труднопроизносимым называнием, скорее всего, именно поэтому Михаил его и не вспомнил.
Понять, в чьей семье случилось горе, несложно, ведь у их дома собирается толпа сочувствующих, многие приносят цветы. В этот раз не повезло Анжелике, кажется, у неё были голубые глаза, рожки чуть меньше моих и гигантские булки… Точно–точно! Анжела — огромная жопа, именно так я её и называл.
Подхожу к её подружке, которая стоит в толпе сочувствующих, беру её за руку и отвожу в сторону. Девушка плачет и практически не сопротивляется, она похожа на полуживую куклу с длинными до колен рыжими волосами.
— Марго, мне нужна твоя помощь, — негромко начинаю я. — Где это случилось?
— Бедная Анжелика… — хнычет девушка и игнорирует мой вопрос.
— Где её убили?! — повышаю голос. — Если ты не скажешь, то я не смогу найти его и отомстить.
— Ты же ещё год назад обещал, что найдёшь его… — ревёт Марго.
