Мальчик быстро отыскал скребки, лежавшие на полке в дальнем конце террасы, и уже собрался бежать к лестнице, как дверь дома распахнулась и на пороге появился грузный ширококостный мужчина, одетый в высокие сапоги и куртку из оленьей кожи, покроем и цветом напоминавшую ту, в которую был одет Иззекиль во время их первой встречи. Разнесся его громкий и немного хрипловатый голос с властными нотками:
— …смотри сам, Иззекиль, но эти два грязных язычника, которые живут у тебя в доме, совсем не прибавляют тебе популярности среди Солдат господа. В лагерях ходят неприятные слухи. Некоторые даже говорят, что ты оскорбляешь Господа, пытаясь обратить в нашу веру рожденных в грехе и блуде. — Он шумно вздохнул, протестующе взмахнул рукой, — видно, Иззекиль пытался что-то ответить. — Конечно, большинство в это не очень-то верит. Но они тоже недовольны. Так что на следующих выборах ты можешь и не сохранить пост Команданто.
Мальчик присел за креслом-качалкой. Послышался глухой голос Иззекиля:
— Господь сам обращал язычников, а Мария Магдалина…
Мужчина взмахнул рукой, прерывая его:
— Перестань. Ты же знаешь — кому и когда зачать ребенка, у людей куклосов определяют проклятые Контролеры. И они же решают, кому из них жить, кому умереть, а кого превратить в этих уродов с двумя головами или там четырьмя руками. — Он скрипнул зубами. — Они выводят людей, как мы скот. Хуже, чем скот! — Он замолчал.
Несколько минут на террасе стояла тишина, а потом опять послышался упрямый голос Иззекиля:
— Если бы во времена Господа были Контролеры, откуда бы ему взять…
— Не богохульствуй!
На террасе снова повисла тишина. Потом мужчина заговорил, но на этот раз увещевающим тоном:
— Ты же знаешь, Иззекиль, я тебе не враг. И потому не советую спорить со Старейшинами. А они уже интересуются тобой. Так что если ты не хочешь предстать перед Советом епископов или, что еще хуже, перед Старейшинами ревнителей веры, тебе стоит принять мое предложение и присоединиться к нашему рейду. И подумать, как избавиться от этих твоих… — Он запнулся, не решаясь назвать их тем словом, которое рвалось с его языка, но не придумал другого. — Лучше всего было бы отправить их туда, куда их «кроты» и гнали…
Похоже, Иззекиль порывался что-то сказать, потому что гость слегка возвысил голос:
— …но я понимаю, что ты на это не согласишься. Так что лучше всего отвести их подальше от Освященной земли и отпустить. Может, Господь сподобит их добраться до какого-нибудь куклоса. — Он сделал паузу, давая собеседнику время осмыслить его слова, а потом добавил настойчивым тоном: — Поверь, так будет лучше для всех. Пока ты будешь в рейде, Совет епископов немного успокоится, да и язычникам, при любом возможном исходе, все равно будет лучше, чем на кресте или на костре. Вряд ли стоит сомневаться, что Старейшины изберут для них какую-то иную форму спасения.
Он опять замолчал. Уимон сидел за креслом, боясь вздохнуть. Иззекиль долго молчал, а потом устало сказал:
— Вы должны дать мне немного времени, генерал Закария.
— Мы с Ноем остановились у патера Еноха и пробудем там еще три дня. Прости, но это все, что я могу для тебя сделать.
— Спасибо, генерал. Этого пока достаточно.
Судя по грохоту каблуков, сразу после своих слов Иззекиль отправился в дом. Генерал задержался. Он подошел к перилам, облокотился на них своими короткими, сильными руками и некоторое время смотрел на грозовые тучи, ушедшие далеко на запад. Последние лучи зашедшего солнца окрасили их в кроваво-красный цвет. Генерал скрипнул зубами:
— Господи, ну почему ты не покараешь это скопище болтунов и интриганов?! Из-за них я почти потерял своего лучшего офицера.
Вопрос, как и подавляющее большинство подобных вопросов, обращенных к данному высокому лицу, обречен был остаться без ответа. Впрочем, генерал и не надеялся получить ответ. Он выпрямился и уверенным шагом покинул террасу.
Уимон тихонько выбрался из-за кресла-качалки и, хотя поблизости никого не было, на цыпочках добежал до лестницы. Спускаясь по крутым ступенькам, он вдруг подумал: «Если эти люди считают тех, кто ими правит, сборищем болтунов и этих самых непонятных интриганов (мальчик не знал, что означает это слово, но ему было ясно, что это что-то плохое), то почему они им все-таки подчиняются?»
Вечер прошел мрачно. Иззекиль угрюмо молчал и почти ничего не ел. Так, немного поковырялся в своей тарелке и, отодвинув ее, вышел на крыльцо. Он вернулся, когда отец уже ушел в спальню, а Уимон убирал со стола. Иззекиль уселся в свое любимое кресло у камина и, все так же угрюмо хмурясь, уставился на мальчика. Уимон понял, что его взрослый товарищ не знает, как начать неприятный разговор. Он поставил тарелки на стол, повернулся к Иззекилю и спросил:
— А кто такие «кроты»?
Тот пристально посмотрел на него:
— Где ты слышал это слово?
Мальчик смутился:
— Я-аа… — Он замолчал, чувствуя, что правда будет не очень приятна Иззекилю, но в то же время испытывая подсознательную уверенность в том, что вопрос был задан вовремя. И что он должен помочь своему взрослому другу начать неприятный, но, увы, неизбежный разговор. — Когда ты говорил с генералом, я был на террасе.
Иззекиль покачал головой:
— Нехорошо подслушивать разговоры старших. — Он долго смотрел на мальчишку, прикидывая, как поступить, а затем шагнул к столу и уселся на лавку. — Понимаешь, Уимон, среди нас, тех, кого вы зовете «дикими», есть много разных людей. Мы, люди Господа, стараемся жить по его заветам. Не сильно вмешиваясь в жизнь остальных. Кое-кто, в основном бывшие военные и их потомки, называющие себя людьми капониров, пытаются изображать из себя непримиримых борцов. Третьи отринули всех и живут в одиночку. Есть еще много других. Мы даже не знаем, сколько нас всех. В отличие от Прежних, мы не можем общаться с теми, кто живет далеко от нас. Но мы знаем, что таких много. Контролеры думали, что те, кого они не уничтожили, напав на нашу планету, вымрут сами по себе, но они просчитались. Мы выжили и нас стало гораздо больше, чем в первые годы после Захвата… — Иззекиль замолчал, давая мальчику время переварить его слова. — «Кроты» тоже избрали свой путь. Среди них большую роль играют те, кто откололся от военных. Поэтому сами «кроты» называют себя «Армией освобождения Земли». Они нападают на куклосы и их обитателей. И уводят их к себе… — Иззекиль опять замолчал, но видно было, что он не закончил. Просто он не мог сообразить, как рассказывать дальше. То, о чем он собирался рассказывать, у — него самого вызывало отвращение. Но мальчик спокойно смотрел на него, и Иззекиль продолжил: — Они заставляют их работать в шахтах, разбирать завалы в сожженных городах — там, где большая радиоактивность… — Вспомнив, что мальчик не знает, что означает это слово, пояснил: — Это такое нехорошее место, где люди быстро умирают. И потому там постоянно нужны… новые работники.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
