— И что он предпримет?
— Не знаю. Я бы на его месте взял с поличным эту Альбину. Что, собственно, ему и посоветовали, потому что имя заказчика так и неизвестно. — Андрей усмехнулся. Имя было хорошо известно, просто никто не мог его ни в чем упрекнуть. — Вот именно. В нашей работе мало знать, нужно это доказать! А у нас ничего нет.
— Значит, ей просто нужен его рабочий ноутбук? Она могла сделать электронные копии где угодно! — спросил Андрей.
— Могла. Но сейчас слишком умные айтишники, и доказать с какого носителя была произведена копия — пара пустяков.
— Но почему они не воспользовались, пока Димка лежал в больнице?
— Потому что тогда было бы сразу ясно, что действует кто-то со стороны. Антонов заморозил всю работу через сеть.
— Бред! Вариантов тьма!
— Но рискованных. А так в рабочее время, в рабочем процессе. Красота! И руки у всех чистые! А приемный сынок оказался очень жадным. Се ля ви. Точнее, се ля вас.
— Я могу позвонить Вершинину?
— Ты всегда ему звонил, более того, пил с ним. С чего ты вдруг решил спросить разрешения?
— Димка не пьет. Спасибо, пап.
Андрей вышел из кабинета отца, набирая номер друга. Но абонент был вне зоны доступа. Тогда Андрей набрал его сестру. Гудки шли, но на том конце не спешили взять трубку. Зная характер Яны, та ни за что не перезвонит. Поэтому Андрей упрямо набирал ее номер, понимая, что еще слишком рано, и Яна, скорее всего, еще спит. Наконец на том конце ответили сонным голосом:
— Милованов, ты сдурел? Ты на часы глядел?! Шесть часов, мать твою!
— Я бы сказал, доброе утро, но боюсь, что это не так, — проигнорировав заслуженные возмущения, ответил Андрей.
Яне понадобилось время, чтобы переварить полученную информацию, и час, чтобы собраться и отвезти в сад дочь. Но, почти подъезжая к дому брата, она приняла еще один звонок, резко развернула машину и рванула в городской кардиологический центр, куда только что привезли ее отца.
Спустя почти два часа ожидания, ее пропустили в палату. Отец был бледен. Яна слушала его, не перебивая, и из палаты вышла белее своего родителя.
Глава 14
Юля.
Никогда не думала, что буду так торопиться домой. Но я летела в буквальном смысле этого слова. Дима обещал, что встретит меня, несмотря на очень поздний час. Как же я скучала! В зале аэропорта, мы никак не могли оторваться друг от друга. Мы немного посидели вместе, и он сначала отвез меня, а потом поехал домой.
Утром, придя к заведующей, расписалась в документах, и Зоя Марковна отправила меня домой, отсыпаться и привести себя в порядок.
Но возвращаться домой, совсем не хотелось. Я знала, куда я хочу. Адрес я тоже знала. А также знала, что в этот раз не уйду.
От поликлиники было не так уж и далеко, и я решила прогуляться. Погода стояла пасмурная, но это никак не влияло на мое настроение. Я была самым счастливым человеком. Невольно усмехнувшись странному совпадению: в тот день я тоже шла с чудесным настроением; вошла в подъезд. Телефон у Димы был выключен, батарея разрядилась еще ночью. И видимо, он его еще не включил. Подошла к знакомой двери. Никогда бы не подумала, что смогу когда-нибудь снова стоять перед ней. Но сейчас я знала, кто откроет мне дверь, и знала, чем все это закончится, и нажала на кнопку звонка. А потом еще раз. И дверь распахнулась.
Передать словами, что было написано на лице Димы, было невозможно. Ядреная смесь недоверия и радости одновременно. Он стоял мокрый после душа, в одном полотенце на поясе. Кажется, у него входит в привычку открывать двери в почти голом виде.
— Доктора вызывали? — весело сказала я, напомнив нашу встречу.
Вся гамма эмоций отразилась на его лице, потому что он явно подумал о том же что и я, и распахнул дверь шире, не в силах произнести ни слова.
И тут я увидела ее.
Девушка стояла в ярко красном кружевном белье позади Димы и широко улыбалась. Она смотрела прямо мне в глаза.
Кровь прилила к голове и меня бросило в жар.
Я перевела взгляд на Диму и сделала шаг назад.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Юль, ты куда? — он на секунду растерялся.
Я же пятилась назад и нажала на кнопку лифта. Двери распахнулись, и я заскочила в кабину. Но закрыться она не успела: Дима поставил руку.
— Юля?
— Извини, я не вовремя, — произнесла пересохшими губами.
— Юль, я был в душе, прости, не слышал, как ты звонила! Прости, не успел одеться!
— Ты простудишься, — на автомате сказала, глядя на его босые ноги.
Подошел пожилой мужчина.
— Вы едете? — вежливо поинтересовался он у Димы, невзирая на его внешний вид.
— Нет. Юля, выйди, — попросил Дима, но я покачала головой, и двери лифта закрылись.
— Вниз? — спросил мужчина.
— Да.
— Вы в порядке?
— Да.
Двери лифта распахнулись, и я вышла, столкнувшись с Яной.
— Юля?!
— Прости, мне пора, — сдерживая эмоции, попыталась обойти сестру Димы. Интересно, она знала?
— Юль, подожди, — всегда уверенная в себе Яна, заикалась. — Мне нужно кое-что тебе сказать. Это важно!
«Прости, но я уже все знаю!»
— Мне нужно идти, — я тупо уперлась на своем.
— Юля, чтобы не случилось, чтобы тебе не сказали, или ты не увидела — все не так! Слышишь меня?! Не верь этому! — Яна трясла меня за плечи. Но мне было все равно. Потом она просто отпустила меня и поехала наверх.
Наверное, нужно ей было сказать, что ее брат сейчас занят. Но мне было все равно. Нет, не все равно! Мне было не понятно, КАК можно было быть таким счастливым, когда он встречал меня, чтобы потом поехать к своей…. Девушке? Любовнице? Да какая теперь разница! Ведь если бы я осталась на работе, я бы о ней так и не узнала! А продолжала бы верить в то, чего на самом деле никогда и не было!
А ведь я думала, что он действительно ждал меня и радовался встрече! Какими же иногда доверчивыми мы бываем. Телефонный звонок ударил по ушам. Я достала аппарат и уставилась на картинку.
«Это ты и Дима», — звучал в голове детский шепот.
Даже не посмотрев, кто звонит, сбросила вызов и отключила телефон.
Возвращаться домой не хотелось, и я, сама того не осознавая, оказалась у дома Сорокиной.
Маришка была слишком умной, чтобы с порога задавать вопросы. Она провела меня на кухню, поставила чайник и заставила кормить Данилу кашей, зная, что я не откажу, а Данилка не будет выпендриваться. Когда с кашей было покончено, Данил умчался играть, и мне пришлось рассказать подруге всю правду.
— Так, а Яна зачем к нему приехала? — спросила Марина.
— Не знаю.
— Юль, не переживай! Он хоть что-то объяснил?
— Нет! В том-то и дело, что он вроде бы был рад, что я пришла! По крайней мере, мне так показалось. А потом я увидела ее.
— Он что, думал устроить тройничок?
— Не знаю, пусть хоть четверничок устраивает, только без меня.
— Юль, ну ты что? Ну, ошиблась, с кем не бывает?! У тебя же Филя есть!
— Филя встречается с нашей Олей.
— То есть, как это с Олей? — Сорокина не поверила.
— Вот так вот.
— Да, ну и хрен с ним! — воскликнула Марина. — И с Филей, и с не Филей. Одни недофили вокруг! Найдем мы тебе хорошего парня!
— Не надо мне никого искать. Мне уже хватило.
Дима.
Я стоял на голом цементном полу, прямо в подъезде, и смотрел на закрытые двери лифта. И никак не мог объяснить происходящее.
Вдруг лифт остановился на моем этаже, и я замер.
Серый кардинал: «Вернулась?!»
Альтер Яго: «Думаешь, она?»
Но из лифта вышла Яна.
— Вершинин! Твою мать! Какого хрена ты стоишь голый посреди подъезда?! — Заорала Яна.
— Она ушла. — Только и смог сказать.
— Ты себя видел?! — Янка потащила меня в квартиру. Но вдруг остановилась и заорала снова:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А это еще что за коза?!
Яна бросила меня и направилась прямиком к какой-то полуголой девице. Я же стоял как идиот, и не понимал, кто это вообще может быть. Но потом узнал ее. Это была та Альбина, которую «подослал» по доброте душевной Милованов. Только откуда она взялась, я так и не понял.
