Поняв, что нужен перерыв, Карниган вытащил обратно. Юлиан жадно вздохнул воздуха, но Люцию показалось, что этого мало, и он снова запихал голову Юлиана в этот чан.
На этот раз Юлиан находился там по меньшей мере в полтора раза дольше, и, когда ему уже начало казаться, что он умер, Карниган и Тёрнер его вытащили.
У Юлиана не было сил даже жадно вздохнуть воздуха и он просто смиренно ждал продолжения. Например, следующего погружения.
— Лошадиная доза, — прокомментировала происходящее Ривальда.
— Согласен. Думаю, с тебя хватит. Ты меня слышишь? Как тебя зовут?
— Юлиан. Юлиан Мерлин.
— А я кто?
— Люций Карниган. Вы тут главный.
— Тут? — мгновенно подбежала миссис Скуэйн. — Где тут?
— В Комнате Забвения. Он тут главный присяжный.
— Не может быть, — резко отпустил Юлиана Карнигана. — Ты знаешь, кого мы судили.
— Агнуса Иллиция. Похоже. За измену государству.
— Мистер Карниган, — вступил в разговор Тёрнер. — Давайте опустим его ещё раз. Похоже, что не подействовало.
— Не могло не подействовать, — размеренным тоном проговорил Карниган. — Такое я видел только раз. И не ожидал увидеть снова. Внук Раньери, говоришь?
— Да, — ответил Юлиан.
С волос буквально водопадом лилась бесконечная вода.
— Ещё предстоит разобраться, — недовольно пробурчал Карниган.
— А сейчас что предстоит делать? — спросил Тёрнер.
— Выхода у нас есть только два. Первый — это убить его. Простой способ. Второй сложнее. И похоже, что мы должны использовать именно его.
— И какой это способ? — с нетерпением спросила Ривальда.
— Сделать его тринадцатым присяжным.
Он это сказал, словно выносил вердикт лучшему другу. Карниган опустил глаза вниз, словно провожал что-то важное в последний путь.
— А остальные одобрят? — подозрительно спросил Тёрнер.
— Уже неважно. По делу Иллиция первым председателем назначили меня. Мне и решать технические детали.
— Какой ещё присяжный? — вмешался Юлиан. — Депортируйте меня обратно в Свайзлаутерн и я больше никогда не выйду из дома!
— Нет, мой мальчик, — ответила ему Ривальда. — Ни в какой Свайзлаутерн ты не поедешь.
Её слова звучали как вызов.
Всю дорогу обратно Юлиан не давал покоя Ривальде, расспрашивая её обо всё, о чём только мог. Но та прямо-таки нагло его игнорировала. Неизвестно, что подумал о таком методе общения таксист, но Юлиану было на это абсолютно наплевать. Всё, чего он хотел — ответов на то, что произошло сегодня.
Ривальда снизошла до ответов, только когда они вылезли из такси и пересекли ворота её особняка.
— Что ты такое устроил, Юлиан Мерлин? — спросила она. — Какого чёрта ты орал во всеуслышание про присяжных и суд? Ты в своём уме?
— Я хочу ответов! — гордо прокричал Юлиан, уже не боясь ничего.
— Я не хочу тебе их давать. Знал бы ты, как я хотела, чтобы ты тронулся умом от полоскания в Куполе Забвения, но, к сожалению этого не случилось.
— Чего-то вы недоговариваете, — стоял на своём Юлиан. — Я видел, как вы меня защищали при остальных присяжных.
— Я не хотела терять своё лицо. Тем более из-за такого болвана, как ты. Ты хотя бы знаешь, куда ты влез? Ты знаешь, что выбраться тебе оттуда скоро не удастся?
— А вам не всё равно? — спросил Юлиан, когда они оказались в гостиной.
— Мне всё равно на тебя. Но смей допустить хоть на секунду, что из-за тебя я готова рисковать своей работой и своим положением. Мне в радость отвечать за тебя? Как думаешь?
В этот момент в гостиную заглянул Джо со своим привычным и доброжелательным:
— Что желаете, госпожа?
— Джо, ты должен уйти! — неоправданно жестоко рявкнула на дворецкого Ривальда и тот поспешно скрылся.
— Не в радость, — ответил ей Юлиан. — И мне не в радость быть этим присяжным. Но что сделано, то сделано. Теперь на правах присяжных я хочу услышать ответы.
Ривальда демонстративно отвернулась от него и полезла в шкаф за вином. К удивлению Юлиана она вытащила оттуда ещё и два бокала, которые поспешно и неаккуратно наполнила вином до краёв.
— Значит, желаешь поболтать со мной за столом? В духе «Дорогая миссис Скуэйн, как проходит расследование по Агнусу Иллицию?».
На этот раз пришла череда демонстративных действий со стороны Юлиана. Он осушил стакан залпом, после чего уже сел за стол.
— Я имею право услышать ответы.
— Тогда спрашивай.
— Информация о Агнусе Иллиции, Алой Завесе по-моему и этому М… Не помню дальше. Почему она засекречена?
— Людям не положено знать того, что происходит за ширмой. Что они видели? Что видел ты, Юлиан, во время гражданской войны?
— Я тогда был младенцем и ничего не помню.
— Они видели непреднамеренное восстание северян. Их вообще в истории были сотни. Кровопролитная война за право отсоединиться от нашего государства. Война принесла немало горя, немало смертей и разлуки.
— Что-то такое приходилось слышать, — кивнул Юлиан после того, как Ривальда налила ему ещё стакан вина.
— Но никто не знал, кто ведёт их за собой и зачем. Никто не знал лидера северян, все были уверены, что они одновременно вдруг решили восстать против нашей якобы тирании. На самом деле восстание было аккуратно спровоцировано человеком, от имени которого даже меня бросало в дрожь. Акрур Эодред Молтембер, появившийся из ниоткуда, обладал такой харизмой и таким даром убеждения, что ему без труда удалось внушить жителям севера, что они достойны свободы. И что оплот зла находится именно в Зелёном Альбионе. Почему именно наш город? Ничем не примечательный Зелёный Альбион. Даже младенцу известно, что центр всего нашего сообщества и всё наследие культуры располагается южнее, в Местоболе. Ты бывал в Местоболе, Юлиан?
— Не приходилось, — ответил Юлиан. Второй бокал вина уже не шёл так резво, как первый.
— И то добро. А всё дело в том, что наш город построен на рухнувших некогда воротах альтернативного ада.
— Альтернативного? Как это понять?
— Понимай как хочешь. Есть обычный ад, а есть альтернативный. Я никогда там не была, поэтому даже мне неизвестно, что они представляют из себя. Зато Акрур Эодред, похоже знал. И больше всего на свете он хотел открыть эти ворота и стать королём альтернативного ада. Как очевидно, в одиночку справиться трудно, но использовать для этого наивных северян… Для него не было ничего проще. Равно как и обрести союзников среди наших. Например Агнуса Иллиция. Наивного идиота, который с радостью передал Молтемберу схемы устройства нашего Парламента, и распорядок смены охраны. Ты же хорошо помнишь, что случилось с нашим Парламентом пятнадцать лет назад? Помнишь, Юлиан?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
