Кстати, он был женат. Ничего особенного в этом нет, странность заключается в том, что Алису Карловну из биографии знаменитого генерала «вымарали». Все, что мы знаем — несколько зарисовок из мемуаров В.М. Догадина: она была старше Карбышева на шесть лет, страшно его ревновала ко всем женщинам гарнизона, не любила ходить в гости, предпочитая отдыхать в ресторанах, и однажды, после очередной семейной сцены, застрелилась. Остался один групповой снимок да могильный камень на Тришинском кладбище.
Проекты укреплений разрабатывались на месте самими военными инженерами, производителями работ, под общим руководством известного фортификатора, профессора Николаевской военно-инженерной академии генерала H.A. Буйницкого, периодически приезжавшего в Брест-Литовск. Разработанные проекты рассматривались в Инженерном комитете при Главном инженерном управлении в присутствии авторов.
«Такой порядок проектирования имел глубокий смысл, — вспоминал В.М. Догадин, — так как проектировщик знал местные условия и «не витал в облаках», а как строитель осуществлял свои собственные замыслы, что вдохновляло производственника в его созидательной работе и вознаграждало его радостным чувством удовлетворения созданным сооружением». Согласно существующему положению, проект стоимостью до 500 рублей утверждался начальником инженеров крепости, стоимостью до 5000 рублей — в округе, свыше этой суммы — в Петербурге.
На первом этапе дело ограничивалось проектированием новых и укреплением старых построек. В частности, были переоборудованы форты IV, V, VII, VIII первой линии и пороховые погреба, в которых кирпичные перекрытия казематов прикрыли слоем бетона из расчета, что долговременные сооружения должны выдержать попадание 420-мм снарядов. Началось строительство нового форта «Ж».
К полномасштабным работам по строительству второго кольца приступили летом 1913 г. Одного бетона предстояло уложить около 30 тысяч кубометров, объем земляных работ был в несколько раз большим. Строительные материалы, из которых основными были цемент, лес, железо и булыжный камень, доставлялись подрядчиками по договорам, которые заключало с ними крепостные инженерное управление. Прием материалов производился в присутствии представителя государственного контроля. Каменные и плотничные работы выполняли специальные артели, приезжавшие на строительный сезон из Калужской, Рязанской и соседних с ними губерний. Их работа оплачивалась сдельно в соответствии с расценками. Для их проживания строили временные бараки. Крупные земляные работы также выполняли сдельно специалисты, именовавшиеся «голлендорами» (говорили, что это потомки голландцев). Используя легкие одноконные повозки, они насыпали шестиметровые валы. На бетонных работах трудились поденно жители окрестных деревень. Количество людей в артели плотников или каменщиков достигало 30–40 человек. Поденных рабочих было до 600 человек. Поденщики получали от 80 копеек до 1 рубля в день. Тачечникам за повышенные нагрузки платили по 1 рублю 25 копеек.
Значительная часть массовых работ была механизирована, что способствовало облегчению труда рабочих, ускоряло и удешевляло стоимость работ. Щебень приготавливали из булыжного камня с помощью дробилки с паровым двигателем. Для приготовления бетона имелись две бетономешалки с локомобилями. Все необходимые материалы подвозили к объектам строительства в вагонетках по узкоколейным путям. Бетон подавался наверх по наклонному фуникулеру. Водоснабжение обеспечивалось трубопроводом и электрическим насосом. Для освещения территории строительного участка устанавливали девять дуговых фонарей и передвижной электрогенератор. Щебень промывали из водонапорного бака в вагонетках с решетчатым дном. Для производства земляных работ приобрели экскаваторы. Конторы на объектах, квартиры инженеров и различные пункты строительства были соединены между собой телефонными линиями.
Для непосредственного руководства рабочими при возведении форта или другого крупного сооружения в распоряжении производителя работ имелась контора, состоявшая из старшего и младшего десятников, табельщика, конторщика, кладовщика и трех сторожей. Обслуживание машин и механизмов возлагалось на старшего и младшего механиков и двух слесарей, состоявших в ведении центральной мастерской, отвечавшей за обеспечение строек техническими средствами. Кроме сторожей охрану объектов осуществляли крепостные жандармы, проверявшие у рабочих паспорта.
Промежуточный пороховой погреб «Ж—3».
Рабочий день на строительстве начинался в 6 часов утра и с двумя перерывами на завтрак и обед продолжался до 18 часов. Бетонные работы производились большими объемами по несколько суток подряд днем и ночью в три смены.
С начала ноября, когда землю сковывало морозом, до апреля строительство замирало. Плотники и каменщики на зиму уезжали в свои деревни. Зимний период использовался для заготовки строительных материалов. Инженеры в это время готовили проекты и сметы и составляли отчеты за прошедший сезон.
Укрепления возводились в определенной последовательности в зависимости от их важности в оборонительном отношении. На строительство каждого форта отводилось три года. Работы соответственно разбивались на три этапа: постройка напольного вала с помещением для дежурной части, постройка боковых фасов, строительство казармы с горжей.
Форт VIII (литера «Б»). Горжевой капонир.
В первую очередь укреплялось западное направление и фланги крепостной позиции. Одним из первых, как уже говорилось, в 1911 г. под руководством капитана И.О. Белинского началось возведение форта «Ж» в районе деревни Дубинники. За строительство форта «А» недалеко от деревни Козловичи отвечал капитан П.П. Архипенко. Капитан Д.М. Карбышев был производителем работ по реконструкции форта VII, проектированию и строительству форта «И». Капитан В.М. Догадин занимался возведением в форту «Граф Берг» здания холодильника крепостного типа объемом на 100 тысяч пудов мяса и 2 миллиона порций мясных консервов.
Форт VIII («Б»). Бетонированные стрелковые позиции на валу.
Кроме того, он осуществлял техническии надзор за постройкой деревянного ангара высотой 32 метра для двух дирижаблей. Пришедший в ветхость подвесной мост у Тереспольских ворот планировалось заменить балочной конструкцией из железобетона.
Однако строительство и реконструкция укреплений к началу Первой мировой войны не были завершены. Из шестнадцати фортов, запланированных к постройке и модернизации, пять так и не были начаты, шесть были готовы наполовину, два — на две трети и только форты «А» и «Ж» удалось закончить полностью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
