умение создавать множество своих копий он получил прозвище «многоликий». Его ипостаси тоже владеют магией, поэтому колдун может находиться сразу в нескольких местах. Всем способам убийства Джарн предпочитает огонь. В открытом бою он и его ипостаси не так опасны, потому что им приходится одну силу делить на всех, а вот выслеживать и убивать исподтишка ему удается лучше всего. После встречи с двумя его копиями я был смертельно ранен и оказался далеко на Севере…
— Почему ты думаешь, что там не было самого колдуна?
— Потому что Джарн никогда не покидает свой дом.
— Неужели тебе известно, где он живет?
— Как ни странно, да. Он живет на болотах в Озерном краю, но к нему невозможно подобраться незамеченным. Его ипостаси бдительно охраняют все подходы к дому, а вокруг сплошные непроходимые топи.
Мона ненадолго задумалась.
— А как Джарн управляет своими двойниками?
— Нам так и не удалось это выяснить. Колдуны и ведьмы скрытны и очень осторожны. Они не доверяют никому, даже друг другу, поэтому их трудно застать врасплох. Всю работу за Джарна выполняют его двойники и слуги, которые постоянно находятся под воздействием магии.
В рассеянном свете, падавшем на террасу из распахнутой настежь двери гостиной, лицо эльфа выглядело суровым и застывшим. Этот разговор не просто всколыхнул неприятные воспоминания, он означал, что их медовый месяц закончился…
— Ветер, уже поздно, — чтобы вывести мужа из тяжкой задумчивости, волшебница потянулась и нежно куснула его за мочку уха. — Сегодня ночью нам с тобой нужно, как следует, выспаться.
Ему не следовало сейчас поддаваться искушению, но в крови уже вспыхнула искра страсти, тело мгновенно напряглось в преддверии блаженства. Когда влажный кончик ее языка коснулся завитков ушной раковины, Таэль утратил ясность мысли.
— Погоди, я должен предостеречь тебя от … — Мона горячо дохнула ему в ухо, и он окончательно позабыл, о чем хотел сказать.
— Не волнуйся, Ветер, я тебя услышала, — ее шепот вызвал сладкий озноб, и Таэль невольно содрогнулся всем телом.
В эту ночь уснуть им так и не удалось. Когда зеленая луна Динэйх исчезла с темного бархата небосклона, а голубая Гиал уже коснулась его края, Мона высвободилась из объятий мужа и принялась неспешно одеваться.
Глава 16
Над затянутым желтым туманом болотом висела тревожная предрассветная тишина. Мона сама настояла на раннем часе, но она никак не ожидала, что эта местность окажется такой отвратительной. От смрада гниющих растений перехватывало дыхание, а пелена ядовитых испарений была настолько густой, что Мона с трудом различала стоящего в шаге от нее Таэля. С тех пор, как они вышли из портала на болото, эльф не произнес ни слова и не сделал ни единого движения.
Он был вооружен до зубов и закрыт прочным магическим щитом — явно готовился к бою. Моне очень хотелось уточнить у него некоторые детали, но она понимала, что теперь уже поздно, нужно было это сделать раньше. Таэль не то, чтобы сомневался в ее магическом потенциале, просто не понимал его до конца, да она и сама пока не знала, на что конкретно способна.
Когда первый рассветный луч слегка разбавил унылую, однообразную желтизну тумана, волшебница вдруг почувствовала, что в ее тонкие кожаные ботиночки начинает просачиваться зловонная болотная жижа. Она с отвращением переступила с ноги на ногу и неожиданно по щиколотки провалилась в трясину.
В панике ухватившись за плащ Таэля, Мона попыталась нащупать новую опору для ног и тут, наконец, увидела неподалеку мрачноватое строение, которое и было целью их сегодняшней вылазки. Больше не было смысла соблюдать осторожность. Мона открыла портал, и они с эльфом поспешно перескочили на небольшой участок твердой земли прямо перед входом в дом.
В этот самый момент открылась дверь, и из нее вышел крепкий жилистый мужчина с большой плетеной корзиной в руках. Избежать столкновения было невозможно, потому что они оказались с ним буквально нос к носу. Наткнувшись на гостей, он резко остановился, но продолжал смотреть прямо перед собой пустым неподвижным взглядом. Слепой слуга? И тут волшебница внутренним зрением увидела наложенные на человека чары.
Дальше все произошло одновременно. Слуга с корзиной вышел из ступора и принялся ошеломленно озираться по сторонам, внутри дома послышались шум, звон битого стекла, потом истошно закричала какая-то женщина.
— Немедленно заткнись и убери все это!
— А вы чего уставились? Быстро принимайтесь за работу!
— Что вообще здесь происходит?
Голос за дверью звучал один и тот же, но говорили явно разные люди. Женщина снова испуганно вскрикнула, потом выскочила из дома и бегом бросилась к краю островка.
— Стой, безумная! — очнувшийся слуга отбросил в сторону корзину и перехватил женщину за секунду до того, как она угодила в болото. — Там невозможно пройти, если не знаешь брода…
В створе распахнутой настежь двери появился высокий худой человек, но Мона не смогла его, как следует, разглядеть, потому что в этот момент эльф метнул в него молнию. Голубая зигзагообразная вспышка угодила худому прямо в голову, и он просто исчез, но на его месте тут же появилась другая копия колдуна, как две капли воды похожая на первую. Она метнула огненный шар, эльф ловко уклонился, и с его пальцев вновь сорвалась ослепительная молния.
С каждой новой ипостасью магический поединок становился все жестче и опаснее. Глядя на нескончаемую череду абсолютно одинаковых колдунов, появлявшихся на пороге двери, служанка продолжала истошно кричать, и Мона подумала, что, пожалуй, слишком рано избавила ее от чар.
— Послушайте, любезный, — вежливо обратилась она к слуге, — вас как зовут?
Мимо них с шипением и свистом проносились огненные шары, непрерывно сверкали молнии, но мужчина оказался не робкого десятка. Он почтительно поклонился волшебнице и стащил с
