— Арди, — заискивающе позвал он.
— Угу.
— Иди обратно в постель.
— Зачем?
— Затем, что я люблю тебя.
Странно, но чем больше он говорил об этом, тем становилось легче.
Арди тихо вздохнула.
— Продолжаешь твердить свое?
— Это правда.
Не отрывая рук от подоконника, она повернулась. Ее тело выступало темным силуэтом на фоне ярко освещенного окна.
— А что это значит? Что ты трахал меня целую неделю и тебе все еще мало?
— Не думаю, что мне когда-нибудь будет много.
— Что ж. — Она оттолкнулась от окна и прошлепала по полу. — Не помешает в этом убедиться. Во всяком случае, не очень помешает. — Арди остановилась около кровати. — Только пообещай мне кое-что.
Джезаль занервничал, гадая, о чем она попросит и что он ей ответит.
— Все, что угодно, — пробормотал он, заставив себя улыбнуться.
— Не разочаровывай меня.
Теперь его улыбка из принужденной стала радостной. На такую просьбу нетрудно согласиться. В конце концов, теперь он изменился.
— Конечно, я обещаю.
— Хорошо.
Она взобралась на постель, опираясь на локти и колени; ее глаза неотрывно смотрели в его лицо, пока он от нетерпения шевелил пальцами ног под простыней. Потом встала на колени, расставив ноги по обе стороны его тела, и запахнула куртку на груди.
— Ну, капитан, готова я для парада?
— Я бы сказал… — Взяв куртку за края, он притянул Арди к себе, затем его руки скользнули под ее одежду. — Без сомнения, — он обхватил рукой ее грудь и потер большим пальцем сосок, — ты самый красивый солдат в моей роте.
Через простыню она прижалась пахом к его члену и начала двигать бедрами.
— А, капитан уже готов…
— Для вас? Всегда.
Она приникала к его губам всем ртом, облизывала его, размазывая слюну по всему лицу. Он же просунул руку между ее ног, и Арди терлась о нее некоторое время, а его влажные пальцы хлюпали то снаружи, то внутри ее. Она стонала и глубоко вздыхала, Джезаль вторил ей. Потом она протянула руку и сдернула простыню. Его пенис встал, она повиляла бедрами и, найдя верную точку, опустилась на него. Волосы Арди упали плотной завесой, закрыв ей лицо. Джезаль слышал ее тяжелое, прерывистое дыхание.
Кто-то дважды резко постучал в дверь. Они оба застыли. Еще два стука. Арди вскинула голову, отбросила волосы с раскрасневшегося лица.
— Кто там? — крикнула она. Голос у нее был низкий и слегка хрипловатый.
— Кто-то пришел к капитану! — Горничная.
— Он еще… он еще здесь? — Арди перевела взгляд на Джезаля. — Я могу передать ему послание, если нужно.
Чтобы не засмеяться, он прикусил губу и, протянув руку, ущипнул ее за сосок. Арди шутливо хлопнула его по руке.
— А кто пришел?
— Рыцарь-герольд.
Улыбка Джезаля погасла. Эти рыцари и прежде не приносили хороших новостей, а уж тем более теперь, когда дела обстоят хуже некуда.
— Лорд-маршал Варуз желает срочно говорить с капитаном. Его ищут по всему городу.
Джезаль негромко выругался. Похоже, в армии все-таки выяснили, что он вернулся.
— Скажи ему, что, как только я встречусь с капитаном, я немедленно все ему передам! — крикнула Арди.
Вскоре звук шагов горничной затих в коридоре.
— Черт! — прошипел Джезаль, удостоверившись, что горничная удалилась. Конечно, она была в курсе всего, что происходило в доме последние несколько дней и ночей. — Я должен идти.
— Сейчас?
— Сейчас, будь оно неладно. Если я не появлюсь, они продолжат поиски. И чем скорее я уеду, тем скорее вернусь назад.
Она вздохнула и перевернулась на спину, а он вылез из кровати и стал собирать беспорядочно разбросанную одежду. На рубашке впереди обнаружилось винное пятно, брюки были сильно помяты, но пришлось надеть все, как есть. Идеальный внешний вид больше не заботил его так, как прежде. Он присел на кровать, чтобы надеть сапоги, и почувствовал, что Арди встала на колени позади него. Ее руки скользнули по его груди, ее губы коснулись его уха. Она прошептала:
— Значит, ты снова оставишь меня одну? Отправишься в Инглию крошить северян заодно с моим братцем?
Джезаль не без труда наклонился вперед и натянул сапог.
— Возможно. А может быть, и нет.
Мысль о кочевой солдатской жизни больше не вдохновляла его. Он повидал вблизи достаточно насилия, чтобы понять, насколько оно устрашающе и как серьезно можно пострадать. Слава и признание казались весьма призрачным вознаграждением за то, чем приходилось рисковать.
— Я всерьез размышляю над тем, чтобы вообще уйти с военной службы.
— Правда? А что делать?
— Пока не знаю.
Он повернул голову и взглянул на нее, слегка приподняв бровь.
— Возможно, я подыщу себе хорошую женщину и заживу спокойной семейной жизнью.
— Хорошую женщину? И ты уже знаешь кое-кого?
— Я надеялся, что, возможно, ты мне что-то подскажешь в этом плане.
Она поджала губки.
— Мне надо подумать. Она должна быть красива?
— Нет, вовсе нет, красивые женщины, как правило, убийственно требовательны. Вполне заурядной внешности, пожалуйста, простая, как медная монета.
— Умная?
Джезаль усмехнулся.
— Только не это. Я и так известен своей пустоголовостью. А рядом с умной женщиной буду выглядеть, как полный тупица.
Он натянул второй сапог, снял ее руки со своих плеч и встал.
— Наивный теленок с широко распахнутыми глазами и без единой мысли в голове был бы идеальным вариантом. Кто-то, кто бы постоянно соглашался со мной во всем.
Арди хлопнула в ладоши.
— О да, я даже могу представить, как она болтается в твоих руках, точно пустое, смятое платье, что-то вроде пищащего эха. Ну, хотя бы благородного происхождения, я полагаю?
— Конечно, это было бы лучше всего. Это тот самый пункт, по которому я никогда не соглашусь на компромисс. И светлые волосы, я имею к ним слабость.
— О, я полностью согласна. Темные волосы это так избито и так похоже на цвет грязи, каких-то отбросов и навоза. — Она вздрогнула. — Я чувствую, что испачкалась, только подумав об этом.
— Более того, — он прикрепил меч к ремню, — тихая и даже терпеливая. У меня есть свои странности.
— Естественно. Жизнь и так достаточно трудна, чтобы еще женщина создавала проблемы. И вела бы себя ужасно недостойно. — Она приподняла брови. — Я подумаю о своих знакомых.
— Отлично. Однако, несмотря на то, что вы носите мою куртку с куда большим шиком, чем я даже могу себе представить, она мне все-таки нужна.
— О да, сэр.
Она сдернула куртку с плеч и бросила ее Джезалю. Потом вытянулась на постели, совершенно обнаженная. Чуть выгнув спину и сложив руки над головой, она неторопливо покачивала бедрами, вперед и назад, согнув одну ногу в колене, а вторую вытянув так, что конец большого пальца указывал на Джезаля.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
