Читаем без скачивания Барон - Вадим Крабов

Маг спокойно воспринял блокирующий браслет, будто не раз уже был арестованным. Так и оказалось: сидел на королевской каторге в железных рудниках. Десять лет от звонка до звонка в ошейнике. Говорит, тот амулет воспринимался тягостней, наш гораздо «мягче». Вполне возможно. Наш браслет блокирует любые инициированные стихии, вернее, не даёт ауре управлять стихиями, не отрезая сознание от ауры. Именно «отрезка» сознания тяжело воспринимается магом. Как часть души отсекают, на себе испытал.

Из рассказов пленников следовало, что нанимали их в отделениях купеческого дома Моргусов по всему королевству. Народ оказался сборным из многих государств, в том числе и лавийцы. Это никак не говорило о заказчике, потому что все они были «перекати-поле», отъявленные авантюристы или бывшие каторжники. Главный критерий отбора – наличие разбойного опыта и воинских умений. Сулили немало: сто золотых, хорошие защитные амулеты, оружие и всё, что награбишь сам. Это простому «воину», а сколько заплатили бы командирам – неизвестно. Магу обещали триста золотых и защитный амулет в подарок, который и выдали перед операцией. Хорошо, что Лиза третьим уровнем сети ударила. Первая сеть оглушила, а вторая вырубила окончательно. Потом крестьяне добавили.

Сомнений, что за всем стоят лавийцы, ни у кого не было, как не было и доказательств. Купцы Моргусы– Асмарцы. Работают во всех постимперских странах, в том числе и Лавии. Репутацию имеют сомнительную. Поговаривают, основные доходы получают с контрабанды, но пойманы не были. Волосатая лапа наверху наверняка.

Следственная бригада состояла из восьми человек: два мага Жизни, два следователя с тремя помощниками и начальник, старший следователь тайной стражи Хрома, граф Ярош нор’Бальдар. Всю эту компанию сопровождал десяток конвойных с каретой-автозаком.

– Прокормите, барон? – после взаимного представления весело спросил граф.

– Конечно, – автоматически ответил я, не ожидавший такого вопроса, – прошу в дом.

Собрались, как обычно, в столовой. Лёгкий перекус после дороги с лёгким вином.

– И много вам поведали ваши пленные? – начал разговор Ярош. Или допрос – в данной ситуации не разобрать.

Из хозяев «отдувался» я один, остальные стихийники заявили: «Надо будет – пригласят».

– Нанимали через Моргусов, задача – грабёж деревень с максимальными жертвами и ущербом. Зачем – не объяснили, а мы не интересовались. Наниматели не скупились.

– И сколько негодяев им удалось мобилизовать?

– По нашим подсчётам, сабель восемьдесят – девяносто. Два мага и по крайней мере один мастер меча.

– О времена, о нравы! – воскликнул граф. – Куда катится мир! Вы любите театр?

– Не-ет. А что?

– Современные пьесы просто ужас! Не по таланту – талантливые авторы есть, – а по содержанию. Чувства мелкие, шутки плоские, всё вокруг прогнило. Главное – деньги. Нравственностью даже не пахнет. Такие времена. И знаете, барон, во многом они правы. Куда катится мир! А что показал маг? – внезапно переменил он тему.

– Он спит. Все четыре дня. Мы его под сонным заклинанием держим. Мало ли что! Ошейников у нас нет.

– А почему? Неужели ваш умница Агнар не смог ничего придумать? – спросил он с хитрым прищуром. – Такие амулеты создаёт, закачаешься! И какой-то ошейник… Ни в жизнь не поверю!

– Увы, – вздохнул я, – не всесилен. Да и времени не было.

– И прямо-таки всё время спал? – не поверил Ярош.

– Кормили и поили через трубку. Выносили отходы. А что поделаешь? – Я снова вздохнул. – И приковали на всякий случай. Он на первом этаже, через три комнаты. Не желаете посмотреть?

– Успеется, барон.

Вчера полдня я просидел у мага. Фиона старательно стирала воспоминания о пребывании у нас. Теперь он расскажет, что спал и видел сны. Какие, я, увы, не знаю. Это определить Фиона не умеет. С недавними воспоминаниями еле справилась! Причём не прочитав их, на что я надеялся. А как было бы здорово!

Выйдя от мага, объяснил обслуге, которая имела к нему отношение, что надо рассказывать, если спросят.

После перекуса началась работа: Ярош пошёл к магу с одним жизнюком, который приготовил ошейник, и одним конвоиром. Меня вежливо попросили не заходить. Я пожал плечами и отправился в кабинет. Уже поднимаясь по лестнице, услышал крик:

– Кузнеца!

Я связался с Семусом и передал ему распоряжение привести кузнеца и оставаться при бригаде на посылках. Браслет мы ещё вчера предусмотрительно заменили.

Остальные сыщики разбрелись беседовать с обитателями замка и с задержанными.

На следующий день все, кроме конвойных, одного мага и графа, разъехались по баронству.

– Не боитесь вооружать своих крестьян? – спросил Ярош при очередной нашей встрече.

– Не боюсь. Мы от них отобьёмся, если что. Да и, по секрету вам скажу, у них ограниченный ресурс. Рассыпаются со временем, – я хитро подмигнул, – но на бандитов хватило. Если б не амулеты… – Я горестно покачал головой.

– Наслышан про эти чудеса. А вот скажите мне: у вас каждый день служитель по радио говорит? – весело спросил он. – Зачем?

– О! Наш настоятель не просто служитель, он старший! – ответил я глубокомысленным тоном. – Соответственно, приход для него – всё баронство. А выступает он раз в неделю, по воскресеньям. Так и назвал – воскресная проповедь. Каждый день, скажете тоже! – продолжил я. – Вы только представьте: с его комплекцией – и на донжон подниматься. Жалко мне его стало, не дай Спаситель, надорвётся раньше времени.

Мы улыбнулись.

Идею проповедей по радио подсказал я. И ему и мне надо было сближаться, а точек соприкосновения не находили. Вот и пришла мне эта мысль практически сразу после беседы с Мортусом. Сначала Хуго не понял, что я ему предлагаю, но потом, «въехав», сразу сел за составление первой речи, и вот вчера состоялся дебют. По-моему, удался. Вообще радио менялось. Теперь не только транслировались музыка и местные поздравления, но и зачитывались цитрусские газеты и местные новости, а не сплетни. Насчёт этого я лично провёл беседу с диджеями, а как им выкручиваться, оставил на их усмотрение. Мозги молодые, придумают корреспондентов.

За отдельную плату стали рекламировать дома «наших» купцов, и спрос на рации резко увеличился, а недавно открылись первые радиостанции в Цитрусе и Волчке под управлением тех же купцов.

Валет записал несколько музыкальных амулетов. Их называли «шкатулки» – за форму и наличие откидной крышки, как и в амулетах иллюзий. За счёт радио певец завоевал большую популярность, а его выступления «под открытым небом» собирали массу народа. За стеной замка сколотили сцену, зрители-простолюдины стояли. А сколько песен он знал! И сам сочинял. На мой вкус, талантливо. Пару раз он втайне от начальства ездил в Цитрус. Выступал там в богатых ресторанах. Говорил, удачно. Так что после отставки с голоду не помрёт.

Бригада уехала через пять дней, забрав наших пленных. За это время успели допросить почти всех обитателей замка, побывать на местах сражений, побеседовать с участниками и очевидцами и провести одну эксгумацию. Зачем – не признались.

Перед отъездом я снова беседовал с Ярошем:

– Есть конкретные зацепки?

– Увы. Одна надежда на дом Моргусов – может, там что узнаем, но сомневаюсь. На таком уровне посредников всегда несколько и цепочка всегда обрывается – убирают ненужных. То, что за этим стоит Лавия, было ясно с самого начала, но даже ноту им не пошлёшь! Вот так. На компенсацию можете и не надеяться.

– При чём здесь компенсация! Мне главное – чтобы подобное не повторилось! Графу тоже это не нужно. Или я не прав? – Я пристально посмотрел на Яроша.

– Что вы, барон, конечно правы! Это же подданные графа погибли! Мы будем копать и копать!

А Фиона подсказала мне, что в глубине души у собеседника тоска, сожаление и стыд.

– Успехов вам.

– Спасибо. А насчёт новых нападений не переживайте. Своими победами вы отбили охоту у всех своих недругов. По крайней мере, к открытому противостоянию. Опасайтесь ударов в спину.

– Нет у меня никаких недругов!

Ярош удивлённо и вполне артистично поднял брови:

– Да ну! При таком успешном хозяйстве их не может не быть. Поверьте моему опыту.

– Не хочу об этом думать.

– Придётся, барон, или подумают за вас.

– Вы не знаете, почему военные из гарнизона не пришли мне на помощь? – спросил я внезапно, надеясь застать врасплох.

Назар этого не знал или не мог говорить.

– Понятия не имею! А что говорит командир?

– Что командование размышляло. А пока оно думало, я справился сам.

– Спрошу в штабе, – пообещал граф.

– А как мне ответ передадите?

– Через Семуса! – рассмеялся Ярош. – У нас, чай, рации тоже имеются!

– Удачно добраться! До встречи!

– Спасибо. Ваше пожелание не лишнее для раскисших дорог. И вам счастливо оставаться, и до встречи. На нейтральной территории. Поверьте, так будет гораздо приятнее, – подмигнул он мне.