«Полетели!», я тут же захожу за спину Никиты, активируя дымовую форму. За столь короткий срок резерв умудрился восполниться аж на восемьдесят процентов, что меня весьма радует.
«Чем больше маны, тем дольше развлекаемся!», хохотнул я про себя, пребывая уже под воздействием эйфории, которая накатывает во время преобразования в другую форму тела.
Жалобы Никиты по поводу резкого взлёта из головы ещё не вылетели, так что относительно медленно поднялся на сто метров вверх, рванув потом в сторону столь опасных зомби.
– Готов? – кричу на ухо младшему Романову.
Он кивает головой, умудряясь каким‑то образом расслышать моё обращение. Что ж, раз так, то лети, птенчик! Разжимаю руки, отпуская свой груз. Дальше следить за ним не буду, нет времени.
«Мне надо стать куда больше! Меня должны заметить! На меня должны напасть все, кто рядом!», накручиваю сам себя, вытягивая ману из резерва, направляя её в своё тело.
Дым моментально пропадает, я – гудящий от температуры факел. Не знаю, до каких градусов я умудрился сам себя зажечь, но думать не получается. Едва пытаюсь о чём‑то задуматься, как мысли скачут по виртуальной черепушке, пытаясь вырваться наружу. Ну и фиг с ними. Сила есть – ума не надо!
Смотрю вниз – Никита уже приземлился и превратился в медведемона. Хорошо стал, реально перекрыл путь доброй половине монстров. Что ж, тогда я займусь остальными…
Пикирую на голову первым рядам быстрых зомби. Врезаюсь в них, уничтожая сразу тройку или четверку монстров. На этот раз проблем с приземлением нет, никаких головных болей или сотрясений, моментально подскакиваю на ноги и…
– Фига вы маленькие! – громко хохочу, поглядывая на подбегающих зомби.
Моё желание стать побольше исполнилось в лучших традициях этого жанра. Я теперь могу поспорить размерами с родовой способностью Николая! Интересно, а по мощи я настолько же крут, как и он, или есть какие‑то ограничения?
«Так, вот и первая загвоздка», промелькнуло в моей голове.
Я только что махнул рукой, снося сразу трех зомби. Рассчитать что‑то в таких условиях практически невозможно, а опыта нахождения в таком облике у меня совсем нет. Сила инерции оказалась очень мощной. Вроде и тело из пламени, но устоять на ногах у меня не получилось, начало разворачивать и заваливать на бок.
«Полная жопа будет», пролетело в голове. «Пора уменьшаться, в жопу эти нереальные размеры, от них одни проблемы», продолжаю твердить про себя.
Не знаю, каким образом это пламя умудряется понять, чего я хочу, но до человеческих форм я скукожился буквально за одно мгновение. Тут же получилось выровняться и приземлиться на ноги.
Пусть я и уменьшился, но концентрация сил и маны осталось такой же. Ощущаю, как моё тело распирает от бурлящей во мне энергии. Ещё бы, столько её из резерва закинул, эдак и взорваться можно! Надо в срочном порядке избавиться от всего этого!
Из имеющихся вариантов у меня есть всего один. Подлетаю на пятнадцать метров вверх, вытягиваю всё лишнее из своей оболочки и выливаю в «Выдох пламени».
Из моего рта начала вылетать огромная огненная волна, что продолжалось добрых секунд десять. Вместо стандартного поля поражения в десять метров она накрыла площадь раз в пятнадцать выше! Все зомби, что умудрились попасть под её воздействие, тут же начали воспламеняться. Плевать, была у них защита от пламени или нет.
Вроде всё хорошо, я избавился от всего, что могло меня распылить на атомы, но не тут‑то было! Мои ощущения оставляют желать лучшего, уж очень они далеки от оптимальных кондиций.
Такое чувство, словно я умудрился создать внутри себя какой‑то отдельный источник энергии, который тут же начал генерировать силы, чтобы компенсировать потраченное! Причем делает он это с нереальным темпом. Огонь только‑только окончательно приземлился на зомби, а я уже готов выплеснуть заклинание, которое будет лишь на треть слабее!
Интуиция подсказывает, что второй подобный «Выдох пламени» мои энергоканалы не выдержат. Тупо захлебнусь своей же способностью. Это значит, что надо искать иной вариант, который меня устроит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Надо ускориться!», буквально требую я сам у себя. Спускаюсь вниз и перехожу в ближний бой. Уж в чём я уверен на все сто процентов, так это в идеальном развитии своих силовых нитей по всему телу. В тех, которые пронзают мышцы и легкие. Не знаю, каким образом они умудряются переноситься в эту форму, но я понимаю, что они выдержат чуть ли не любой напор маны. Практически каждый день последние два года я только и делаю, что прокачиваю через себя свой резерв с помощью «Восстановления сил». Если и этого не хватит, то мне в срочном порядке надо искать огромное озеро, способное остановить моё превращение в сверхновую.
Моё подсознание работает великолепно, этого не отнять. Уверен, теперь я могу обогнать самолет, если мы решимся провести такой эксперимент. Хорошая новость для меня и очень плохая для зомби. Они явно решили, что я сейчас сдохну, ибо последние секунд семь я стою абсолютно неподвижно.
Резкий рывок вперёд – за три секунды я умудряюсь пронзить насквозь весь строй тех немёртвых , что пытались нас атаковать, выбравшись на оперативный простор.
Разворачиваюсь – за мной остаётся лишь огненный след. Все, кого я коснулся хотя бы краем плеча, сгорают огромным факелом.
Смотрю внутрь себя – источник слегка уменьшился, но он продолжает накачивать меня силой. Хорошо, продолжаем, значит, в том же духе!
Заставляю своё подсознание постоянно перекачивать эту энергию в сторону моего ускорения и физического усиления, вновь бросаясь в сторону мертвецов.
Единственное, что умудряются сделать эти бедняги, провожать меня взглядом, пытаясь понять, где же этот ненормальный остановится в этот раз. Если бы у них был хотя бы малейший намёк на чувство самосохранения, они бы развернулись и попытались бы свалить. Примерно этим занимается сейчас тройка некромантов, которых я умудрился учуять на расстоянии в четыре километра от себя!
Уверен, за это стоит благодарить мои способности к магии разума. Никогда раньше я бы не почуял чужие разумы на таком расстоянии. Зато сейчас явственно их ощущаю. Гадкие и мерзкие сознания, к которым даже прикоснуться противно. Искренне хочется выжечь их, чтобы никогда больше не почувствовать столь противную фигню, от которой начинает выворачивать.
Раз хочется, значит надо реализовывать свои желания! Мне потребовалось тринадцать секунд, чтобы догнать улепётывающих повелителей мёртвых.
«Из‑за них я не сплю последние сутки? Из‑за этих тварей мы двадцать три часа сражаемся против зомби?», удивленно смотрю я на троицу некромантов. Я чувствую их страх. Он обволакивает их разум, ослабляет их связь с источниками, заставляет дрожать их руки и ноги. Они смотрят на меня и боятся предпринять хоть что‑то, не понимая, что я такое и как от меня отвязаться.
Рейтинг моего отвращения достиг таких значений, что я окончательно понял, что вообще не хочу к ним прикасаться.
Три «Мозголома» вылетели с моей стороны и врезались в головы повелителей мертвых.
Слышали выражение: «сейчас голова взорвётся?». Если да, то я готов заявить, что стал свидетелем того, как за несколько мгновений три черепушки разорвались в пламенной вспышке.
«Так, больше никаких экспериментов над товарищами… Друзьями… Чёрт, да я же Никиту одного оставил против орды зомби!», здравый смысл умудрился восторжествовать.
Разворачиваюсь назад, возвращаясь к немёртвым , которых я за это время успел возненавидеть на уровне с их повелителями. Источник в груди всё ещё работает, пусть и на порядок слабее, чем до этого. Приходится обращаться уже к своему резерву, чтобы держать такую скорость.
– Вроде хватило… – бормочу я через десять минут.
Перед глазами заваленное пеплом и догорающим мясом поле. Немного в стороне сидит выжатый Никита. За нашими спинами – офигевающие «медведи», которым не досталось ни единого оппонента из так называемых «мощных зомби».
– Как‑то мне нехорошо, – хмурюсь, возвращаясь в человеческий облик.
