Мика отставила чашечку и села ко мне, схватив меня за руку.
— Оли! — кошечка прижалась ко мне, заискивающе заглядывая в глаза снизу вверх. — Пожалуйста! Можно мне спать с тобой?
— Что? Зачем? — я удивилась.
— Прости. Мне очень страшно здесь. Я не смогу уснуть одна в чужой спальне в этой жуткой башне.
«Действительно. Я сама не уверена, смогу ли уснуть. Хотя, нет. Наверное, смогу. Спать хочется, просто сил нет».
— Ладно. Я не против.
Примерно через пять минут мы вошли в ещё одну спальню на этом же этаже. От спальни Каталины эта комната отличалась лишь некоторыми деталями. Здесь не было книг на полу и мягких игрушек в постели. Но окна также плотно зашторены. На стене вместо нашего семейного портрета какая-то картина с пейзажем и обои другого цвета.
— Вот вам две ночнушки, — сказала Каталина. — Они чистые. Можете надеть их или спите просто так. Бельё свежее. Кровать только что перестелили.
— Спасибо.
— Отдыхайте, — сестра улыбнулась. — Увидимся утром.
— Утром? — я усмехнулась. — Ты же вампир. Тебе не нужно днём спать?
— Нет, — Каталина качнула головой, улыбаясь. — Мне только под прямой солнечный свет нельзя выходить. В остальном нет разницы, день сейчас или ночь.
— Понятно.
— Ладно. Отдыхайте. Спокойной ночи.
— И тебе спокойной ночи.
Каталина вышла, притворив дверь. Я разделась и забралась в кровать под одеяло. Ночнушку одевать не стала, посчитав её излишней. Мне комфортнее спать голой, чем в стесняющей одежде. Мика сбросила платье и тоже забралась ко мне под бок нагишом.
— Пожалуйста, не прижимайся, — сонно сказала я, ей закрывая глаза. — От тебя жарко.
— Хорошо. Послушай, — зашептала Мика мне на ухо. — Не засыпай. Выслушай, что я тебе скажу.
— Ну что ещё? — я недовольно поморщилась.
— Я понимаю, что она твоя сестра, — говорила кошка, схватив меня за руку. — Но ты её не знаешь и ничего о ней не помнишь. Ты же потеряла память, а она этим пользуется. Не доверяй ей. Она тебя укусит.
— Боже! — я зевнула. — Ну, укусит, что ж такого? У тебя самой точно такие же клыки во рту. Ты же меня не кусаешь.
— Мне твоя кровь не нужна, — Мика качнула головой. — А клыки у меня для мяса.
— Ну, так я из мяса состою. Не хочешь меня съесть? Вдруг я вкусная? — я захихикала.
— Ты что говоришь такое⁈ — возмутилась кошка. — За кого ты меня принимаешь?
— Ладно, прости. Успокойся. Я не хотела тебя обидеть. Давай спать уже. Каталина не будет меня кусать по той же причине, по которой ты не станешь меня есть. Но даже если и укусит, мне кажется, ничего страшного не случится. Она же сказала, что от её укуса никто не умрёт и в монстра не превратится. Я ей верю.
— Ты веришь монстру!
— Ага. Этот монстр моя сестра. Я сама монстр, потому что ведьма. Да и ты тоже монстр, если уж на то пошло. У тебя клыки и хвост сзади.
— Вот чего ты обзываешься? — Мика нахмурилась.
— Всё! Хватит споров. Дай мне поспать спокойно, пока я тебя из этой кровати не выгнала, и в другую спальню спать не отправила.
— Ладно, — Мика отвернулась от меня в другую сторону, и её хвост лёг мне на ногу. Я зевнула и закрыла глаза. В спальне стало тихо. Я лежала с закрытыми глазами и прислушивалась к дыханию кошки.
«Блин! Перебила мне весь сон своими разговорами. Теперь я чувствую себя не уютно. Эта башня — жуткое место. Тишина давит и кажется угрожающей. Если долго вслушиваться в неё, начинают мерещиться какие-то странные, едва различимые звуки и шорохи. От всего этого мурашки по коже. Страшное место, наполненное тьмой. Где-то там, в глубине подземелий, бродят во мраке мертвецы, освещаемые редкими синими огнями газовых факелов. Копошатся огромные пауки в зале с колоннами и в узких проходах, заполняя всё своей паутиной. Где-то рядом, в полумраке холла, остались две девушки с пустыми взглядами и лицами, лишёнными эмоций, словно бездушные, живые манекены. А в другой спальне, среди книг и мягких игрушек, в темноте, лежит на своей кровати, девушка вампир — бессмертное, непобедимое чудовище, превратившая в ничто жизни полторы тысячи людей, как минимум. Что она делает? Спит ли она вообще ночами или просто лежит, закрыв глаза? А может, бродит сейчас по своей огромной башне? Листает древние книги или смотрит в небо на небесный дворец неподвижным взглядом. Что творится в её душе? О чём она думает, оставаясь одна?»
В это мгновение какой-то звук прервал мои размышления. Я приоткрыла один глаз и увидела, как медленно открывается дверь в нашу спальню.
«Боже! Это ещё что⁈»
Я замерла, боясь дышать. Дверь приоткрылась достаточно широко, чтобы впустить внутрь какую-то слабо белеющую в темноте фигуру.
— Девочки, вы ещё не спите? — тихо прошептала Каталина от дверей.
«Легка на помине. Но я не ожидала, что она будет топтаться у дверей».
— Ты чего? — я приподняла голову.
— Оливия, прости. А можно мне тоже с вами?
«Чего⁈» — я задохнулась от изумления. — «Неужели и эта сейчас скажет, что спать одна боится?»
— Что случилось? — прошептала я.
В эту секунду кошка вздрогнула и тоже подняла голову.
— Не могу уснуть, — пожаловалась Каталина, переминаясь у дверей с ноги на ногу и комкая в руках подушку. — У меня все мысли о тебе. Просто голова кругом. Не получается отвлечься и успокоиться. Я столько лет была одна, а сейчас ты здесь. Это кажется сном, и я очень боюсь проснуться. Сложно взять себя в руки. Мне страшно и я не хочу отходить от тебя ни на секунду. Можно я рядышком полежу? Я не помешаю. Просто буду любоваться всю ночь тем, как ты спишь.
— Гони её! — тихо прошипела Мики.
— Интересно, каким образом? Так-то это её дом, — я вздохнула. — Хорошо. Иди сюда. Ложись с другой стороны. Только обещай, что спать будешь.
— Конечно! Оли, спасибо! Ты так добра.
Каталина побежала к кровати.
«Кажется, она и не сомневалась, что сможет меня уговорить. Даже предусмотрительно взяла с собой подушку».
— Боже, ты с ума сошла! — Простонала «хвостатая».
«Наверное. Но какой у меня
