118
Комиссия по расследованию причин возникновения голода под председательством сэра Джона Вудхеда (отчет был опубликован в мае 1945 года) повествует сдержанным официальным языком о серии трагических ошибок, совершенных властями, и об алчности частных лиц, являющихся причинами голода в Бенгалии. «Изучение истории и причин голода в Бенгалии было для нас печальной задачей. Глубокое сознание трагедии не покидало нас ни на миг. Полтора миллиона бедных бенгальцев пали жертвой обстоятельств, в которых сами они были неповинны. Общество вместе со своими учреждениями не смогло защитить своих более слабых граждан. Здесь имел место крах, социальный и моральный крах, наряду с крахом системы управления». Комиссия ссылается на низкий уровень экономики в провинции, на то, что вследствие застоя в промышленном развитии растет перенаселенность сельскохозяйственных районов, что значительная часть населения влачит голодное существование и не сможет выдержать серьезного ухудшения экономического положения, на весьма плохие санитарные условия и низкий уровень питания, на отсутствие каких-либо «резервов безопасности», поскольку речь идет о здоровье и материальной обеспеченности. Комиссия считает, что бедствия населения объясняются, в первую очередь, следующими причинами: неурожаем, отпадением Бирмы, приведшим к прекращению импорта бирманского риса, проводимой правительством политикой «отказов», повлекшей разорение беднейших слоев населения, требованиями военных властей в отношении поставок продовольствия и предоставления транспорта и отсутствием доверия к правительству. Комиссия осуждает как правительство Индии, так и правительство Бенгалии за их политику, или за отсутствие у них зачастую какой-либо’ политики, или за постоянные изменения ее, за их неспособность предвидеть события и принимать соответствующие меры, за их отказ признать факт голода и предать его гласности даже в тех случаях, когда голод уже наступил, за полную недостаточность принимаемых имп мер. Комиссия далее заявляет: «Но, взвесив все обстоятельства, мы нередко приходили к выводу, что, приняв своевременно смелые, решительные и хорошо продуманные меры, правительство Бенгалии было бы в силах в значительной степени предотвратить ту трагедию голода, которая имела место». Далее комиссия заявляет,что «правительство Индии заблаговременно не осознало необходимости организовать плановые перевозки зерна... Правительство Индии должно совместно с правительством Бенгалии нести ответственность за принятое в марте 1943 года решение отменить контроль над ценами... Последз^ощее предложение правительства Индии — ввести свободную торговлю на большей части территории Индии — было совершенно неоправданным, и его не следовало вносить. Осуществление этого предложения, против которого выступили многие провинции и княжества... могло бы привести к серьезным катастрофам в различных частях Индии». После описания апатии и неудовлетворительной работы правительственного аппарата как в центре, так и в провинции комиссия отмечает, что на «жителей Бенгалии или, по крайней мере, на некоторые слои ее населения также падает доля вины. Мы упоминали об атмосфере страха и алчности, которая при отсутствии контроля над ценами была одной из причин быстрого роста цен. Бедствие стало источником огромных прибылей, а в тех условиях прибыль для одних означала смерть для других. Значительная часть общества жила в роскоши, в то время как другая голодала. К страданиям людей относились безразлично. Коррупция была широко распространена по всей провинции и во многих классах общества». Общая сумма прибылей, полученных на этой торговле голодом и смертью, определяется в 1,5 миллиарда рупий. Таким образом, при полутора миллионах умерших от голода смерть каждого человека соответствовала примерно тысяче рупий сверхприбыли!
119
Дж. Р. Д. Тата, выступая 30 мая 1945 года в Лондоне, также отрицал, что война позволила Индии существенно расширить ее промышленность и промышленный потенциал. «Может быть, в отдельных случаях это и имело место, но в целом, если исключить военные заводы и другие специальные отрасли промышленности, связанные с войной, расширения промышленности не произошло. Если бы не было войны, приступили бы к осуществлению ряда проектов. На основании личного опыта я могу говорить
о проектах, от осуществления которых пришлось отказаться ввиду невозможности получить кирпич, сталь и машинное оборудование. Кто говорит
о промышленном и экономическом прогрессе в Индии во время войны, тот не знает истинного положения дел». Далее он сказал: «Я должен рассеять этот миф. Глупо говорить о том, что Индия сделала существенный шаг вперед и выиграла что-то в результате войны. В силу тех или иных причин Индия не продвинулась существенно в своем развитии. Скорее имело место серьезное замедление ее развития. В действительности произошло следующее. В результате войны и вклада, внесенного в войну Индией, мы имеем миллионы погибших от голода в Бенгалии. Мы также испытывали острый недостаток в текстиле. Таким образом, ясно, что никакого экономического прогресса не было».
120
Халлетт^ Абенд, бывший в течение многих лет корреспондентом газеты «Нью-Йорк тайме» на Дальнем Востоке, пишет в книге «Pacific Charter» (1943 год): «Справедливость требует признать, что в экономическом отношении японцы проделали великолепную работу в Корее. Когда они начинали управлять страной, она страдала от антисанитарных условий, болезней и нищеты. Горы лишились своих лесов, долииы были подвержены постоянным наводнепиям, приличных дорог не существовало, большинство населения было неграмотно, каждый год вспыхивали эпидемии тифа, черной оспы, холеры, дизентерии и чумы. В настоящее время произведены посадки лесов в горах; железные дороги, телефон и телеграф работают превосходно; здравоохранение поставлено образцово; построено множество хороших шоссейных дорог; с помощью устройств для борьбы с наводнением и ирригационных сооружений удалось резко увеличить производство продовольствия; были построены прекрасные порты и хорошо была поставлена их эксплуатация. Страна стала настолько процветающей и здоровой, что население выросло с 10 до 24 миллионов, и средний уровень жизни в настоящее время несравненно выше, чем в начале века». Но Абенд указывает, что все эти экономические улучшения были осуществлены не на благо корейского народа, а для того, чтобы японцы могли получать большие прибыли.
121
«Последний шаг разума сведется к познанию того, что имеется бесчисленное множество вещей, которые лежат за его пределами. Он обнаружит свою слабость, если не сумеет это сделать».
122
«Если бы бога не было, его следовало бы выдумать».
123
Можно сказать, что индийские княжества в целом, стремясь сохранить свою внутреннюю автономию, в равной мере желают создания сильной федеральной Индии, в которую они входили бы на равных правах. Некоторые из видных министров и государственных деятелей княжеств решительно воспротивились предложению разделить Индию и разъяспили, что в случае такого разделения княжества, возможно, предпочтут сохранить самостоятельность и не связывать свою судьбу пи с одной из частей разделенной Индии. Первый министр Траванкура Рамасвами Айер, один из самых способных и опытных министров княжеств (хотя он и славится своими деспотическими методами и преследованием тех, кто ему не по пра-ву), является решительным поборником внутренней автономии княжеств. В то же время он энергичный и непреклонный противник создания Пакистана пли любого другого плапа раздела. В речи, произнесенной б октября 1944 года на собрании бомбейского филиала Индийского совета по международным делам, он заявил: «Иными словами, княжества должны быть — и, на мой взгляд, будут — включены в некую схему, согласно которой различные политические и административные единицы в Индии, сохраняя полную автономию в местных делах, будут сотрудничать с другими единицами в образовании и деятельности центральных законодательных и исполнительных органов. Такпе органы будут успешно функционировать в пределах и за пределами Индии в качестве национальных и координирующих, а равно и представительных органов. Внутри Индии отношения между отдельными единицами будут строиться на началах равенства, и не может быть никакой речи о превосходстве одних над другими, хотя их права, не входящие в компетенцию центральной власти, должны быть твердо установлены и соблюдаться». Далее он говорит: «Я лично считаю, что независимо ни от каких договорных прав право на существование нельзя признать ни за одним индийским княжеством, не участвующим в создании центрального руководящего или центрального контрольного органа, ведающего вопросами, равно затрагивающими индийские княжества и Британскую Индию, или не подчиняющимся лояльно всем политическим мероприятиям, выработанным в целях управления Индией, и всем идеологическим принципам, которые могут быть выработаны в результате свободного и равноправного обсуждения и вытекающих из него компромиссов». «Я хочу решительно подчеркнуть, хотя и знаю, что моя точка зрення вызовет известные возражения, что ни одно индийское княжество не имеет права на существование, если оно не следует за Британской Индией — либо не идет впереди нее — в вопросах, имеющих важное значение для благосостояния народа».
