Читаем без скачивания Радуга Шесть - Том Клэнси

— О'кей, Джон, ты получил разрешение. Кто вступит в контакт с ним?

— У меня есть его телефонный номер, — заверил Кларк директора ЦРУ.

— Тогда позвони ему, Джон. Считай, что я одобрил это, — закончил директор без особой охоты. — Что-нибудь еще?

— Нет, сэр. Большое спасибо. Как поживает Мэри-Пэт и дети?

— С ними все в порядке. А твой внук?

— Совсем неплохо. Пэтси отлично справляется с ним, и Сэнди взяла на себя работу с Джей Си.

— Джей Си?

— Джон Конор Чавез, — объяснил Кларк.

Какое сложное имя, подумал Фоули, но промолчал.

— Ну что ж, хорошо. Действуй, Джон. Надеюсь, мы скоро увидимся.

— Спасибо, Эд. До свидания. — Кларк нажал на кнопку телефона. — Билл, наша просьба удовлетворена.

— Отлично, — ответил Тауни. — Когда собираешься звонить?

— Как тебе нравится прямо сейчас?

— Постарайся все обдумать, — предостерег его Тауни.

— Не беспокойся. — Кларк снова переключил кнопки на телефоне. Одна включила кассету записи разговора, лишь затем он нажал другую кнопку и набрал номер Москвы.

— Шесть-Шесть-Ноль, — ответил по-русски женский голос.

— Я хочу поговорить лично с Сергеем Николаевичем. Прошу передать ему, что звонит Иван Тимофеевич, — сказал Кларк на самом лучшем своем русском языке.

— Да, — ответила секретарша, пытаясь понять, каким образом этот человек узнал номер прямой линии председателя.

— Кларк! — раздался громкий мужской голос. — Как ты чувствуешь себя в Англии? — Игра началась. Председатель перестроенного российского агентства внешней разведки хотел продемонстрировать, что он знает, где находится Кларк и чем занимается, и нет смысла спрашивать, каким образом он узнал об этом.

— Мне нравится местный климат, председатель Головко.

— Это новое подразделение, которым ты командуешь, немало потрудилось за последнее время. Я слышал, что произошло нападение на твою жену и дочь, — надеюсь, с ними все в порядке?

— Они оказались в неприятном положении, но сейчас с ними все в порядке, спасибо. — Разговор велся на русском языке, которым Кларк владел, словно родился в Ленинграде — Санкт-Петербурге, поправил себя Джон. Это была еще одна привычка, от который трудно отказаться. — А теперь я стал дедушкой.

— Неужели, Ваня? Прими мои поздравления. Это прекрасная новость. Признаюсь, что я был очень обеспокоен, когда узнал о нападении на твою семью, — Головко говорил совершенно искренне. Русские всегда были очень сентиментальным народом, особенно когда это касалось маленьких детей.

— Я тоже, — ответил Кларк. — Но все кончилось удачно. Я сам захватил одного из подонков.

— Я не знал об этом, — продолжал председатель, — трудно сказать, лгал он или нет, подумал Джон. — Итак, какова цель нашего разговора?

— Мне нужна твоя помощь с одним именем.

— Что это за имя?

— Это вымышленное имя, применяемое при оперативной деятельности: Серов Иосиф Андреевич. Этот офицер, бывший офицер, по моему мнению, работал с «прогрессивными элементами» на Западе. У нас есть основания полагать, что он спровоцировал ряд операций, включая нападение на моих людей здесь в Герефорде.

— Мы не имеем никакого отношения к этому нападению, Ваня, — тут же заверил его Головко самым серьезным голосом.

— Мы и не думаем, что вы имели какую-нибудь связь с этим, Сергей, но человек с этим именем, опознанный как русский, передал ирландским террористам деньги и наркотики.

Он был известен ирландцам по давним связям, включая контакты в долине Бекаа. Так что я думаю, что когда-то он работал в КГБ. У меня есть также описание его внешности, — и Кларк передал описание Серова.

— Ты сказал — Серов. Это странное имя для псевдонима.

— Да, мне это известно.

— Это так важно для тебя?

— Сергей, вдобавок к тому, что террористы убили двух моих людей, они подвергли непосредственной опасности жизни моей жены и дочери. Да, мой друг, это очень важно для меня.

В Москве Головко размышлял над просьбой Кларка. Он был знаком с ним, они встретились восемнадцать месяцев назад. Оперативник большого таланта и поразительно удачливый, Кларк был опасным врагом, воплощением профессионального офицера разведки, вместе со своим молодым коллегой, Доминго Чавезом, если он правильно вспомнил это имя. Головко знал также, что дочь Кларка замужем за Чавезом, между прочим, он узнал об этом совсем недавно. Кто-то передал эту информацию Кириленко в Лондоне, хотя он не мог припомнить, кто именно.

Но если это был русский, и к тому же бывший чекист, который размешивал варево в террористическом котле, то такой человек наносит только вред России. Стоит ли удовлетворить просьбу Кларка? — задал себе вопрос председатель. Что находится на поверхности и что может скрываться внутри? Если он даст сейчас свое согласие, ему придется довести дело до конца, в противном случае ЦРУ и другие западные службы откажутся от сотрудничества. Будет ли это отвечать интересам страны? И интересам его организации?

— Я постараюсь удовлетворить твою просьбу, хотя не могу дать никакого обещания, — услышал Кларк. О'кей, это означает, что Головко думает над этим вопросом.

— Я буду считать это личным одолжением с твоей стороны, Сергей Николаевич.

— Понимаю. Позволь мне собрать всю информацию, которой располагает мое ведомство.

— Очень хорошо. До свидания.

— До свидания.

Кларк нажал на кнопку магнитофона, достал кассету и спрятал ее в ящик стола.

— Ну что ж, приятель, посмотрим, что ты сможешь сообщить мне.

Компьютерная система в российской Службе внешней разведки не была такой совершенной, как в аналогичных западных службах, и было не так много людей, умевших профессионально пользоваться компьютерами. Головко же прекрасно ладил с компьютером, и ему даже нравилось, что далеко не все сотрудники ФСБ столь же поднаторели в этом. Головко научился пользоваться этим обстоятельством, потому что ему далеко не всегда хотелось, чтобы кто-то исполнял для него работу. Он любил делать все сам. Через минуту на экране его компьютера была полная информация, полученная по вымышленному имени офицера.

ПОПОВ, ДМИТРИЙ АРКАДЬЕВИЧ — возник текст на экране. Далее шел служебный номер, дата рождения и время службы в Комитете. Он был уволен в отставку в звании полковника незадолго до конца первого сокращения кадров, которое урезало бывший КГБ почти на треть. Головко увидел, что начальство отзывалось о нем весьма положительно, но он специализировался в области, к которой больше не проявлялось особого интереса. Из его департамента были уволены практически все сотрудники, получившие пенсии в стране, где на пенсию можно прожить в лучшем случае пять дней в месяц.

Ничего не поделаешь, сказал себе Головко, улучшить их положение не в его силах. Достаточно трудно было выбить из Думы финансирование для его урезанного агентства, несмотря на то что сейчас страна нуждалась в его службе больше, чем когда-либо, и этот Кларк провел две операции, которые принесли немалую пользу его стране, напомнил себе Головко. При этом, правда, нужно принять во внимание, что предыдущие операции Кларка нанесли значительный урон Советскому Союзу... но опять, не следует забывать, что его действия помогли самому Головко продвинуться вверх и занять место председателя агентства, вызвав опалу на головы предшественников.

Да, придется прийти на помощь. Это будет неплохим козырем в случае переговоров с ЦРУ, если Головко потребуется их помощь.

Вдобавок Кларк всегда поступал с ним честно, напомнил себе Сергей, и его несколько беспокоило то, что бывший офицер КГБ помог террористам организовать нападение на семью Кларка. Нападения на штатских были запрещены в международном «кодексе» разведывательного сообщества. Да, иногда жене офицера ЦРУ могли причинить небольшие неприятности в прежние дни «холодной войны» между Востоком и Западом, но физический вред? Никогда. Помимо того, что такие поступки были недостойными, они могли привести к вендеттам, которые только мешают основному занятию разведывательных служб — сбору информации. После пятидесятых годов деятельность разведывательных служб стала цивилизованным и предсказуемым занятием. Предсказуемость была тем, что русские всегда больше всего хотели от Запада, и эта черта распространялась на обе стороны. Кларк был предсказуем.

Придя к такому решению, Головко распечатал информацию с экрана компьютера.

— Какие новости? — спросил Кларк у Билла Тауни.

— Швейцарцы не спешили с расследованием. Оказалось, что номер счета, который дал нам Грэди, действительно был настоящим.

— Был? — спросил Джон, думая о том, что дальше последует «но», всегда сопровождающее плохие новости.

— Этот счет, так сказать, по-прежнему действует. Он начался с того, что на него положили шесть миллионов американских долларов, затем было снято несколько сотен тысяч, и позднее, в день нападения на больницу в Герефорде, с него сняли почти все, оставив только сто тысяч долларов. Основная сумма переведена в другой банк, на другой счет.