человеком наличия или отсутствия излучения за пределами видимого человеку спектра. Какое-то электромагнитное излучение на самом деле в глаз попадает, но человек его просто не видит, его глазные рецепторы (палочки и колбочки) не возбуждаются, не генерируют никаких сигналов в мозг, и то, что при этом человек видит, воспринимается как черный цвет, как темнота.
Высказав это замечание – о необходимости наличия реципиента (человека) для рассуждений о свете или тьме, – тут же плюнем на это и умчимся в глубь времени (см. Время), к «самому началу», возносясь в своем моделировании над мирозданием, возведя себя на уровень наблюдающего за тем, как «все началось», когда «ничего не было». Поскольку это мысленное путешествие до нас осуществляли многие, оставившие после себя несколько гипотез о происхождении Вселенной, поиграем с описанием одной из них – гипотезой Большого взрыва – как наиболее широко известной.
Если попытаться смоделировать ситуацию «тьмы предвечной» в рамках этой гипотезы, мы назовем тьмой предвечной пресловутую «точку сингулярности», в которой нет не только никаких электромагнитных волн, никаких частиц, но и самого пространства, равно как и времени тоже нет (напомню, что это – гипотеза, а не научный факт). Чтобы создать для самих себе более комфортное интеллектуальное состояние в условиях непонимания и невозможности создать мало-мальски приемлемый зрительный образ сказанного, произносят слова о «свернутости пространства-времени». В этой «точке» есть все и нет ничего: вся будущая Вселенная, вся материя, вся энергия, все время, я, вы, этот текст и прочее сосредоточены в ней как некая потенция. Про это «ничего», равное «всему», можно сказать, что это и есть «тьма предвечная». А можно и не говорить, оперируя Большим взрывом как абстрактной математической моделью, в каких-то аспектах неплохо описывающей дальнейшую эволюцию Вселенной, а в каких-то вступающей в противоречия с наблюдаемым. Однако мы не можем себе все это представить на простом эмоционально-чувственном уровне, особенно в том случае, когда мы лишены возможности погрузиться в мир математических образов, мир формул и уравнений, в котором вполне себе оказывается доступна – до известного предела – более высокая степень интеллектуального комфорта.
Невозможность простого образного ощущения сингулярности «в которой все», а вне ее не то что «ничего», а вообще нельзя говорит про существование чего-то «вне», ибо пространства нет как такового, привлекает приверженцев божественного происхождения Вселенной, и поэтому к гипотезе Большого взрыва в клерикальной среде отношение вполне благосклонное: упрощенно говоря, Бог этот самый Большой взрыв и организовал. И весь «Шестоднев» метафорически описывает именно Большой взрыв и процесс формирования первоматерии, возникновения электромагнитного излучения и т. д. Теория Большого взрыва подвергалась и подвергается в чем-то убедительной, а в чем-то не вполне критике. Не углубляясь в существо споров и аргументов, составляющих сегодня живой процесс развития современной космологии, скажем, что, согласно иным современным представлениям, Большого взрыва никогда не было и быть не могло, что Вселенная вечна, бесконечна, безгранична в пространстве и во времени. Процитируем один из современных учебников по физике: «Вселенная никогда не имела начала и никогда не будет иметь конца, она всегда существовала и будет существовать. Все это касается Вселенной в целом, точнее говоря – материи, из которой она состоит. Отдельные же ее части, например Земля, Солнечная система, звезды и даже звездные системы – галактики, постоянно то тут, то там возникают, зарождаются, совершают долгий путь развития и, наконец, прекращают свое существование в этом виде, с тем чтобы образующая их материя приняла новую форму. Сама же материя, постоянно изменяя свою форму, не уничтожается никогда; она вечна, и вечно ее движение… По мере развития науки и техники раздвигаются границы исследования Вселенной, открываются более далекие от нас миры и подтверждается учение о бесконечности Вселенной».
В рамках так сформулированных представлений об устройстве Вселенной разговоры о «тьме предвечной», кажется, теряют смысл.
Умами человеческими, однако, правят не одни лишь передовые научные гипотезы. В реальности большинством умов и практически всеми сообществами людей – странами, народами, государствами и пр. – правят идеологии, большинство из которых опираются на религиозные представления. Даже светские общества основы своей морали черпают в религиозных традициях, а уж политические движения всегда соотносят свои цели и идеалы с религией. Поэтому о глубоком и влиятельном поныне водоразделе между теми, кто считает «Тьму» и «Свет» двумя противоборствующими началами, отражающими вечную борьбу Добра и Зла, Бога и Дьявола, отводя при этом «Тьме» старшинство, роль лона, в котором рождается Свет, и теми, кто видит мир иначе, надо знать. Потому что это приводит к формированию противоборствующих политических направлений, различающихся моделей управления динамикой общественных процессов, разных идеалов и конечных целей бытия. Причем целей не только эсхатологических, «по промыслу Божьему», а целей человеческих, пытающихся их достичь здесь и сейчас.
Когда люди пришли к мысли о едином Боге-творце, заменив Им множество разнообразных богов и божков из языческого пантеона, возникла необходимость описать самого Бога, его качества и свойства. Среди прочих одной из очевидных проблем была необходимость объяснить существование зла в мире. (См. Добро и Зло.) Это нуждалось в каком-то объяснении, поскольку Единый Бог, Творец постулировался как источник блага, но должен тогда быть и источник зла, у зла должна быть своя природа, своя причина.
Я постараюсь сдержать себя от соблазна уйти в огромный и древний мир рассуждений о добре и зле, восходящий к Сократу, Конфуцию, Платону – да, в общем, почти всем философам, мыслителям не только прошлого, но и настоящего. Я лишь напомню, что в рамках христианства сформировалась доктрина под названием «теодицея», призванная устранить противоречие, согласовать идею благого Божьего промысла о мире с наличием в мире зла. Я ограничу себя, потому что это небольшое, но важное для меня эссе посвящено «тьме», а не проблеме добра и зла в хоть сколь-нибудь возможной полноте. Тьма как метафизическое Зло возникает в одной из концепций неприятия теодицеи, то есть благости Божьей и созданного им мира. Эта концепция называется гностицизм, и ее краеугольным камнем является утверждение, что не только неотъемлемой характеристикой, свойством бытия является Зло, но и вообще бытие порождено вовсе не Благим Творцом, а иной, абсолютно злой сущностью, каковая и сварганила из «тьмы предвечной», о которой в Книге Бытия сказано: «и тьма над бездною», существующий несовершенный и злой мир. Так произошло потому, считают гностики, что создавал этот мир не благой добрый Бог, а злой Демиург. Этот злой Демиург хоть и подчинен воле Верховного Божества, но в своем стремлении доказать «Первичному богу», что может сотворить свой мир, который будет лучше, чем у него, Демиург создает материю и
