многое объяснялось еще и тем, что теперь ей уже не нужно было опасаться уничтожающе-строгого взгляда тети Каммы.
Бедная тетя Камма! Лучшее, что она могла сделать в этой жизни, так это умереть!
Винни снова почувствовала угрызения совести. Она пыталась думать с теплотой о тете Камме, но у нее ничего не получалось.
Сандер Бринк умер в эту ночь. Попрощавшись со всеми по очереди, он пожелал, чтобы с ним остались только Бенедикте и Натаниэль.
Дольше всего он беседовал со своим сыном Андре и невесткой Мали.
Разумеется, при кончине присутствовал Кристоффер — но главным образом как врач. Кристоффер рассказывал потом, что до самого последнего вздоха Сандер держал Натаниэля за руку. И мальчик сидел тихо, спокойно, не испытывая никакого страха.
И когда Сандер умер, Натаниэль радостно вздохнул и сказал, что у дяди Сандера все теперь хорошо, что он попал к своим, к тем, кого знал.
Бенедикте изумленно спросила у него, кого он имеет в виду.
Он имел в виду его родителей, мать и отца. Но не его старшего брата, которого Сандер не любил. Нет, не только Людей Льда встречают после смерти родители, пояснил мальчик. Это относится ко всем людям, но несколько в ином плане. Если предки Людей Льда принимают участие и в земных делах, то предки остальных людей обитают в иных сферах и встречают там только тех, кого хотят встретить.
Кристоффер спросил, не лучше было бы, если бы люди после смерти встречали еще и тех, с кем не ладили в земной жизни, чтобы помириться с ними, на что Натаниэль с отсутствующей улыбкой ответил: «Ты имеешь в виду небесный рай, но дело обстоит не совсем так».
Как же именно обстоит дело, он сказать не пожелал. Да и можно ли было требовать так много от четырехлетнего ребенка?
Слова Кристоффера заставили задуматься Рикарда. Антипатия к другому человеку может быть серьезной и необъяснимой. И от этой антипатии не так-то легко отделаться, и тут вряд ли поможет переход в иную сферу. Рикард знал пару таких людей, которых он не выносил и которые не выносили его, хотя ни разу не сказали друг другу дурного слова. И у него не было ни малейшего желания встречаться с ними после смерти.
Значит, Натаниэль был все же прав. Как всегда.
Во время грустного завтрака Хеннинг сказал:
— Дорогая Криста, ты чем-то хочешь поделиться с нами, не так ли?
Она чуть не подскочила на месте.
— Неужели это так заметно? — изумленно спросила она.
Все тут же закивали.
— Мне не хотелось говорить об этом вчера вечером, — со вздохом произнесла она, — когда мы все так были озабочены состоянием Сандера. Но…
Оглядевшись по сторонам, она убедилась в том, что Натаниэля нет поблизости. Он играл в это время во дворе с Бранцефлором.
— Это… произошло вчера, когда мы собирались уже выйти из дома. Я искала в ящике шапку мальчика и обнаружила, что…
Все напряженно смотрели на нее.
— … что мандрагоры там нет.
— Что? — воскликнул Хеннинг, вскакивая с места. Бенедикте в страхе уставилась на Кристу.
— Лучший друг Людей Льда… — произнес Андре. — Но ты, конечно, нашла ее?
— Нет. Мы с Абелем обыскали все. Поэтому мы и приехали так поздно.
— А мальчик? Что говорит он?
— Мне не хотелось спрашивать его об этом. Ведь он был так привязан к ней.
— А не мог он ее просто стащить? — спросил Ветле.
— Это просто немыслимо! Но мы вспомнили, что он говорит о ней уже несколько недель. С тех самых пор, как…
— Все ясно, — спокойно произнес Хеннинг.
— Да, мы тоже так решили. Приход черных ангелов… Теперь-то мы знаем, что они делали в его комнате.
— Они забрали мандрагору? — скептически произнес Рикард. — Но зачем?
— Не знаю. Я ничего не могу понять, — ответила Криста. — Ясно только одно: они вытравили из памяти Натаниэля все воспоминания о ней. Ведь когда мы уходили из дома, он ни словом не обмолвился о ней, хотя раньше всегда брал ее с собой.
— Значит, он забыл о ней совершенно? — недоверчиво спросил Ветле.
— Да. Точно так же, как он совершенно не помнит о визите черных ангелов.
— Надо сказать, что теперь нам стало легче жить, — заметил Абель. — Ведь мы так боялись, что черные ангелы проделали какой-то магический ритуал с мальчиком. Для нас куда лучше, что их интересовала только мандрагора.
— Хотя для нас это очень тяжелая потеря, — вставила Криста.
— Да, — сказал Хеннинг. — Мне ужасно не хватает мандрагоры!
— Мне тоже, — сказала Бенедикте, и все кивнули.
— Лично я никак не могу понять, зачем она понадобилась черным ангелам, — сказал Кристоффер. Откинувшись на стуле, Хеннинг сказал:
— Возможно, она уже сыграла свою роль? Может быть, ей после долгой и верной службы пора уже на покой?
Все с сомнением посмотрели на него. Мандрагора отменно служила Людям Льда на протяжение нескольких веков, но с особой силой она была привязана именно к Натаниэлю. А ведь впереди у него была вся жизнь!
Что же означали эти вспышки молнии? И эти заклинания? Все это просто непостижимо!
Винни осталась на похороны. Все одобрили это, и ей хотелось побыть с Рикардом как можно дольше. К тому же ей было любопытно переговорить с Бенедиктой.
Никто не рассчитывал на то, что Бенедикте захочет вести этот разговор до того, как тело ее любимого Сандера будет предано земле.
На следующий день после похорон она попросила Винни, чтобы та зашла к ней.
Трое подростков в это время отправились на прогулку с пуделем.
Винни была заранее готова к этому разговору, тем не менее, многое оказалось для нее неожиданным.
Бенедикте угостила ее чаем с печеньями, оставшимися после похорон. Сначала Бенедикте просто предавалась воспоминаниям о Сандере, и скорбь ее была безмерной. Но когда чай был выпит, а печенье съедено, пожилая женщина начала свой рассказ:
— История наша длинная и запутанная, поэтому я не могу рассказать тебе сразу обо всем. Когда-нибудь Рикард расскажет тебе об этом. Но, я думаю, мне следует начать с Анны-Марии, прабабушки Кристы, жившей в 1800-х годах. Она и ее муж Коль долгое время были бездетными…. — взявшись руками за голову, Бенедикте воскликнула: — Нет, все-таки я начала не с того! Рикард уже рассказывал тебе о Тенгеле Злом?
— Собственно говоря, нет. Просто он говорил о своем предке, заключившем соглашение с самим духом Зла.
— Нельзя сказать, что с духом Зла, поскольку под этим подразумевается Сатана. Наш прародитель Тенгель присягнул на верность Злу, гению всех злых сил, включающему в себя и Сатану,
