ноте, позволю себе завершить высокоучёный спор о юриспруденции, и перейти к практике. — Он вздохнул, вытащил из кармана разгрузки флягу с водой и сделал пару глотков. — Извини, тебе не предлагаю, так как полагаю что у тебя несовместимость с водой. Ты, наверное, пьёшь что-то горючее?
— Зависит от степени воплощения. — Девушка небрежно взмахнула рукой. — В принципе где-то в полной материальности могу и воду. Наверное. — Она задумалась так, что замерла словно статуя.
— Ну, если посетишь меня в городе, могу угостить напалмом. Не знаю, как на вкус, но горит так, что хрен потушишь.
Девушка, чуть склонив голову искоса глянула на Соколова, и кивнула своим мыслям.
— Я, пожалуй, тоже не стану спрашивать. — И через мгновение она словно взорвалась на мириады огненных искр, облепивших Владимира с головы до ног, и впитавшихся в тело прямо сквозь одежду. А ещё через пару секунд, из правой руки вытекла сверкающая алым светом субстанция, превратившаяся в ту же девушку.
— А у тебя ничего так. Уютно. — Она широко улыбнулась, и забросила косу за спину. — Ну мы куда-нибудь сегодня идём?
— Где-ж я так нагрешил-то? — Пробормотал Владимир, и оглянулся, ориентируясь на местности. — Туда. — Он показал направление рукой.
Остатки посёлка, встретили их развалинами домов, и странно-чистой гравийной дорогой, где сохранились старые мачты уличного освещения.
Дерево за сотни лет пребывания в волнах хаотической энергии приобретало совершено случайные качества, от мягкости словно изъеденное червями, до прочности или как Владимир увидел в одном доме — полную прозрачность стен, с сохранением формы брёвен, и фактуры. Добыча таких материалов являлась очень существенной частью дохода свободных искательских артелей, несмотря на вес и общие габариты. Кое-что даже превращалось в драгоценные металлы. Так на одном из аукционов продали книгу, сохранившая текст, но со страницами из золота. Конечно такие артефакты стоят куда дороже чем драгоценный металл того же веса, но Владимир не отвлекался. Последний раз в эти места люди забредали лет сто назад, и империи очень не помешает информация о состоянии внутри аномалии.
Обычно всё пространство таких зон, затягивалось туманом, через который мало что можно разглядеть. Но когда появлялись люди, в непроницаемой завесе образовывалась огромная дыра, через которую видно всё что творилось на земле. Владимир знал, что и сейчас, где-то не очень высоко летит самолёт разведчик, с линзами диаметром в полметра, способный разглядеть даже трещины на земле.
— Сокол, здесь Небо.
— На связи. — Владимир про себя чертыхнулся.
— У тебя гости. Справа, там, где зелёная крыша двухэтажного дома, движется стая огненных волков. Идут под мощным скрытом, но наш штатный наблюдатель как-то углядел.
— Принял. Спасибо Небо.
— Всегда на связи. Держись. Тут за тебя весь Сибирский Округ кулаки держит.
Огненные волки, конечно не владели никакой магией огня, а представляли собой стайных животных похожих по структуре на волка, но крупных, размером с быка, со шкурой огненно-красного цвета, с хорошей сопротивляемостью высоким температурам, от чего их не брали узоры огня, и высокотемпературное оружие.
Коты сразу вошли в ближний бой со стаей приняв удар слева, когда волки разделились, обтекая здание, а не говоря ни слова дух огня, или как там звать существо, которое изображало из себя девушку, духиня? Приняло удар справа.
Владимир помогал как мог, нанося удары с дальней дистанции, не экономя силы, и к моменту, когда стая закончилась, опустел и его источник, вместе с хранилищем энергии в кристалле.
Такой выплеск конечно вытащил все силы из Соколова и он, сняв шлем, присел прямо на землю, тяжело дыша, и глядя на мир сквозь пот, текущий по лицу.
— Ешь давай! — Девочка-дух, поднесла ему на ладонях сразу три ярко-жёлтых ядра, и Владимир не задумываясь накрыл их ладонью всасывая прорву энергии. — Ещё. — Коты стали подкатывать к ногам Соколова ядра, дух их поднимала и буквально заталкивала в тело причём что-то в ноги. Что-то в руки и плечи, а что-то прямо в макушку.
— Что чувствуешь? — девушка нагнулась к лицу Владимира.
— Щас лопну…
— Это правильно. — Она кивнула. — Огненное Гнездо так и говорит, что тебя будет переполнять сила, и что тебя будет рвать, но ты потерпи. Немного совсем, минут десять. Потом станет легче.
Эти десять минут показались Владимиру вечностью. Его выворачивало так, что кровь прилила к голове, а руки дрожали, но он, зажав желудок и тело в тиски воли, даже не сплюнул. Мир сузился до куска земли, с чахлым кустиком, пробившимся сквозь гравий, собственного тяжёлого дыхания, и урагана, бушующего в теле. А когда всё кончилось, понял, что не зря доверился духу. В теле плескалось как минимум втрое больше энергии, чем до того, и даже навскидку, там сейчас скопилось не менее пяти-восьми миллионов эрг, что позволяло с умеренным оптимизмом смотреть на встречу с монстром до пятидесятого-восьмидесятого уровня.
Дурнота быстро проходила, замещаясь эйфорией, и Владимир чуть напрягся, восстанавливая самоконтроль, и огляделся на котов, сидевших вокруг.
— Так, парни, быстро доедаем всё что выпало, и вперёд. Надо до темноты хотя бы глянуть что там в центре происходит.
— А ты? — Белый, подошёл ближе и осторожно боднул головой в лоб Соколова.
— Да вроде в норме. — Владимир ещё раз оценил состояние организма.
— Хорошо. — Зверь, который уже перерос Владимира по высоте, лизнул его в щёку, и пошёл вперёд, не оглядываясь, а остальные фамильяры пристраивались по бокам клином.
— Хорошие спутники. — Прокомментировала девушка, и рукой откинула косу за спину.
— А ты, кто? — Спросил Соколов, надевая шлем. — Хотелось бы прояснить твой статус в нашей шумной компании.
— Я это ты. — Девушка пожала плечами. — Не фамильяр, нет. Фамильяры — они питомцы души. А я скорее друг. Но я не могу жить сама по себе. Ваш мир очень неудобен для проживания эфирных духов. Нужна привязка. К хорошему, насыщенному энергией предмету, или к человеку. Но привязка к предмету, она нестойкая. Даже когда проводится правильно. Такую привязку легко снять, развоплотив духа. А вот привязка к человеку — она очень особая. Можно сказать, что я тебя понимаю, как друг которого ты знаешь десятки лет.
— А я тебя?
— И ты меня знаешь, всю мою сознательную жизнь. — Девушка негромко рассмеялась. — Я появилась в тот момент, когда ты ударил огненным ураганом по всем планам бытия, и меня вынесло
