Как же противно ощущать себя беспомощным! Бегающим взглядом я искал, за что зацепиться, но резкость никак не хотела наводиться. Несколько раз промелькнуло размытое пятно, на котором мне все-таки удалось сфокусировать взгляд. О! Знакомый сарайчик! Напрягся. Снова ослепительная вспышка, и я внутри бревенчатого строения. Чуть не упал. Что же зиран со мной сделал и когда закончится его «заморозка»?
– Мужики, живую щуку вам в брюки! Чужих во дворе не видели?
Так, меня хватились. Если догадаются заглянуть в сарайчик, то мне останется лишь сквозь землю провалиться. Причем это был не худший вариант. Встречаться еще раз с Анисимом? Вот уж кто оказался настоящим монстром. Может убить человека взглядом, а от самого сталь отскакивает, и взрывчаткой не взять. А наши этого не знают…
– В сарае посмотри! – донеслось снаружи.
Приготовился к худшему, но недовольный голос подал надежду на благоприятный исход.
– Да чего там глядеть? Дверь на засов с утра заперта.
– А я тебе сказал…
Договорить мужик не успел. В доме прогремел взрыв.
«Неужели Виктор? Сумел-таки что-то пронести!»
Со стороны входа во дворе началась пальба.
«Надо же, как вовремя! – В следующую секунду я уже так не думал. – Кого к порядку сюда несет?!»
– Пошли вы все на фиг, я нанимался за прудом присматривать, а не под пули лезть. – Внутрь заскочил мужик, прикрыл за собой дверь и рыбкой нырнул под широкие нары.
Не уверен, что он меня заметил, но теперь в сарай мог зайти кто угодно. И, главное, я бы тоже мог выйти, если бы умел ходить. А то стоишь тут как столб. Снаружи стреляют, внутри тип под лавкой сидит, дышать боится…
Интересно, если я чихну, он еще глубже забьется или вылезет посмотреть, что за шум? Решил не рисковать, постарался выше задрать нос, чтобы отодвинуть его от запыленной рубахи.
До чего же дурацкое состояние! Там бой идет, неизвестно кто кого, а я не то что помочь – даже наблюдать не имею возможности. А ведь нужно еще и ребят предупредить. Им нельзя сталкиваться с чужаком!
Мобильные мы с Виктором оставили в машине. Но даже имей я сейчас телефон, толку-то.
– Да чтоб тебя …! – знакомый голос и такие же знакомые выражения заставили взглянуть в окно.
Умеет Мелехова появляться в самые «подходящие» моменты. Да еще так эффектно! Сейчас она сидела верхом на заборе. Поставив ноги на верхнюю перекладину, девушка искала место, куда лучше спрыгнуть. Выбрала. Одного лишь она не учла – коварный штакетник проник со спины под блузку и во время прыжка разорвал одежду юной парашютистке. Да так, что вся задняя часть блузки осталась висеть на заборе.
– Сволочь, я ее сегодня первый раз надела! – Она ударила «обидчика» ногой.
«Как все знакомо! Только у Пахома появилась замена. Теперь нам нужно встретиться с девушкой».
После яркой вспышки в глазах потемнело до такой степени, что не сразу удалось понять, состоялось ли перемещение.
– Костя, что с тобой? – Анфиса удержала меня от падения.
– Ослаб я что-то совсем. У тебя телефон с собой?
– Конечно. Сейчас достану. Только ты сначала пожуй вот это. – Она вложила мне в рот травяной шарик.
«Молодец, Зау!» – мысленно похвалил ясновидящую, а вслух сказал:
– Набери Семена и поднеси мне телефон к уху.
– Одну минуту. – Мелехова освободила меня от рубахи. – Не возражаешь, я немного прикроюсь?
Переодевшись, она стала нажимать кнопки. Связи не было.
– Точно, он же глушилку включил! Как же ребят предупредить?
– О чем?
– К Анисиму сейчас подмога должна подойти, да и сам он целого взвода стоит, а то и больше.
– Давай Наташку к нашим отправим. Она меня за забором ждет.
– Наташа здесь? Зачем?
– Зау прислала, чтобы мне было легче через ограду перебираться.
«Вот уж действительно ясновидящая! И как только догадалась? Снадобье передала, связь обеспечила…»
Силы к этому времени начали возвращаться. Я оставил Анфису у сарайчика, а сам поспешил к забору.
– Наташа, привет. Сможешь Семену весточку передать?
– Здравствуйте. Конечно, смогу.
– Тогда слушай, что наши должны знать.
Я как смог быстро рассказал о беседе с Анисимом, о его убийственном взгляде, с которым встречаться категорически воспрещается, о том, что без трансмиграции пришельца не одолеть и о скором подкреплении в стане врага. Попросил дать знак, если мы услышаны. В следующую минуту стрельба прекратилась.
– А теперь передай, что чужак, скорее всего, не знает, куда я подевался. И это можно использовать. Пока еще противник уверен, что время играет в его пользу.
– Передала.
– Умница. Оставайся здесь, ты наши глаза. Странно, а почему я тебя не слышу?
– Не знаю.
– Ладно, если что, подползу еще раз. – Пригибаясь к земле, быстро вернулся к сарайчику.
– Ну, как?
– Порядок, наши теперь все знают. Будем ждать их действий.
Ждать пришлось недолго.
– Пахом, смотри, они белую тряпку вывесили. Патроны, что ли, закончились? – донеслось со стороны дома.
– Поняли, что не по Сеньке шапка, живую щуку им в брюки. Поговорить желают.
– А оно нам надо?
– Пусть идут, – раздался голос Анисима.
Глава 22Семейная реликвия
Чуть раньше, на опушке леса в пятидесяти метрах от центрального входа на подворье
Наташа слова Кости передала не только Семену. Практически все бойцы небольшого отряда узнали об убийственных способностях Анисима. Добавила она также, что не чувствует Виктора, который пропал сразу после взрыва в доме.
– Я сожгу их к чертовой матери! – закричала Людмила.
– На войне, девочка, без потерь не бывает, – положила ей на плечо руку Зау. – И Виктор знал, на что шел.
– Отец? Как он мог?
– Значит, при других раскладах будущего мы бы потеряли гораздо больше. В составлении прогнозов он был непревзойденным специалистом.
Ясновидящая пока не успела рассказать девушке первый вариант этих же событий, когда пострадали практически все.
– Вы знали, что он погибнет? И ничего мне не сказали?
– Нет, о Викторе я ничего не выясняла, основные события сейчас разворачиваются вокруг Кости. К тому же мои нынешние видения очень туманны. Приходится все делать на ходу. Ты уж извини. – Женщина отвернулась и смахнула предательскую слезу.
Шатенка смутилась, сообразив, что начала обвинять ни в чем не повинного человека.
– И что нам теперь делать, кувырком их всех через коромысло? – нарушил напряженное молчание Кошевар.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
