То, что он связался с Коннолли и в результате в его боксе стоят два фургона с оружием. То, что происходит сейчас в Неваде. И ему следует не отсиживаться, а искать свое место в этом мире?! А точнее — показать другим, где его место, выбрав его самостоятельно?
Трейси был прав, если так, то ему потребуются люди, много людей. Солдаты. Армия.
Кто-то придет сам, кого-то они пригласят, кого-то заставят. В конце концов, даже если карантин закончится и правительство Соединенных Штатов, в самом деле, наведет порядок, он всегда сможет объяснить, что действовал из лучших побуждений. Пытался помочь, победить хаос.
А если страна рушится, то и подавно нельзя мешкать. Ведь не одному ему в голову приходят такие здравые мысли. Интересно, какой процент населения рехнулся и взбесился? Видимо, это все-таки что-то вроде вируса… И у него иммунитет. По крайней мере, Макриди на это надеялся.
Да, мешкать нельзя, ни в коем случае. Но и торопиться не следует. Пару недель или даже месяц необходимо отсидеться, присмотреться и принюхаться, делая разведывательные вылазки. Понять окончательно, куда склонилась чаша весов… И своего рода стартовый состав команды для этого у него уже под рукой.
Сонни Бою Карл доверял больше других — и потому, что парень повоевал с арабами, и потому, что хорошо разбирался в технике, был послушным, исполнительным и немногословным.
Насчет остальных он пока не разобрался.
Трейси источал потенциальную опасность, но он был нужен из-за своей сноровки. Притом «ковбой» был далеко не глуп.
Эдгар Гувер, похоже, обычный увалень, привыкший исполнять чужие приказания. Это хорошо.
Чахлый очкастый Гофер — сомнительное приобретение, но должен ведь кто-то, в самом деле, и кофе варить. Из него получится неплохой адъютант.
Карл захлопнул «Государя» и проверил мобильный — связи не было. Что ж, оно и к лучшему. Карл, было, решил вызвонить кое-кого из Вегаса и окрестностей, но решил, что старые знакомые ему сейчас как раз ни к чему. Новые люди — чистый лист, и сам он для них тоже чистый лист. А на чистом листе можно нарисовать, что заблагорассудится.
В дверь постучали, вошел Сонни Бой. Механик всегда так делал: стучал, но входил, не дожидаясь приглашения. Карл на него за это не сердился, да и скрывать ему было нечего.
Коннолли, кстати, интересовался насчет работника, который живет в подсобке автомастерской. Обычно во время визитов ирландца или доставок Джоном «машин с подарками» Сонни Бой уже мирно спал или смотрел телевизор в своем закутке и носа оттуда не высовывал. На осторожные вопросы Макриди он отвечал, что за свою недолгую, но богатую на события жизнь твердо усек: не следует совать нос в чужие дела.
Однако Карл выложил ирландцу все, что знал о Сонни Бое. В том числе и о службе в Ираке. Коннолли пообещал, что разузнает о прошлом механика более детально, и вскоре сообщил, что Сонни Бой не врет. Он действительно был сыном канадки и мулата, действительно служил в Ираке снайпером. Демобилизован из-за психического расстройства.
— Расстроился твой парень из-за того, что во время спецоперации попал в иракскую девчушку вместо боевика, который вертелся рядом. Убил наповал. Его отправили на отдых, назначили внушительную пенсию, предложили работу и лечение, но он на все это забил. От пенсии, работы и лечения отказался, дом продал и отправился путешествовать. Был сезонным рабочим, строителем, теперь вот прибился к тебе. Вроде бы чист, — Коннолли повертел в руках стакан с «Рэдбристом», — но я бы на твоем месте от него избавился. Мне он не нравится.
— В каком смысле?! — опешил Карл.
— Нет-нет, не то, что ты подумал. Уволь, выдай хорошее пособие… Посади на автобус.
— На нем держится половина работы, Бреннан. Я уже подумывал взять его в долю.
— Смотри сам, Карл. Я сказал свое слово, ты волен прислушиваться к нему или нет…
И вот сейчас Сонни вошел в кабинет Карла Макриди.
— Что ты хотел? — спросил Карл.
— Поговорить, кэп.
Сонни без приглашения сел в кресло напротив Карла.
— Я зашел в бокс и увидел, что находится в фургонах, — без обиняков начал Сонни. Карл в бешенстве вскочил.
— Как ты посмел! И где ты взял ключи?! Они есть только у меня!
— Я давно уже сделал дубликат, кэп, — спокойно сказал механик, скрестив руки на груди. — Сядьте, пожалуйста.
Макриди опустился на диван.
— Вот, — Сонни протянул удостоверение. ФБР. Специальный агент.
Сверкающий жетон Министерства юстиции. Личный номер.
Карл сжал виски ладонями и зажмурился.
— Да, я — специальный агент Хаммерсмит, ФБР, Управление по борьбе с терроризмом, — как показалось Карлу, немного виновато сказал механик. — Скажите, мистер Макриди, вы знали, что находится в фургонах? Я спрашиваю, потому что мне кажется, что вы неплохой человек и могли бы нам изрядно помочь… Итак — знали или нет?
— Нет, — пробормотал Карл.
— Но вы оказывали услуги определенного рода человеку, которого зовут Бреннан Коннолли?
— Оказывал, разумеется. Сонни, то есть специальный агент Хаммерсмит, что за ерунда, ты же сам все прекрасно видел! Самого Коннолли я не так уж хорошо и знаю, он имел какие-то дела с моим покойным отцом, и я всего только ремонтировал машины, которые Коннолли или его люди пригоняли!
— И не только ремонтировали, но еще и уничтожали. Автомобили, в которых были мертвые тела, — бесстрастно уточнил фэбээровец.
— Какие тела?! — Макриди снова привстал с кресла, изображая, что поражен услышанным до глубины души. — Я не видел никаких тел… Машины были с пулевыми пробоинами, кажется, но я…
— Допустим, хотя я в этом сомневаюсь. К тому же жидкости — они, знаете, имеют свойство просачиваться. Я собрал ряд проб, они давно уже в управлении, мистер Макриди. Но все это, в принципе, не так страшно.
— Что вы имеете в виду?
— Сотрудничество.
Сонни расслабился и уселся удобнее, видя, что Карл готов к диалогу. Карл и в самом деле прикидывал, как же вести себя после столь неожиданного открытия. С одной стороны, сегодняшний день показал, что ФБР и прочие государственные структуры сейчас имеют столько же влияния на происходящее, как если бы они находились на Венере. С другой — оставался шанс, что все наладится…
— Я внимательно слушаю, спецагент Хаммерсмит.
— Как вы, несомненно, знаете, Бреннан Коннолли — международный террорист. Все эти слова о патриотизме, которыми он так любит прикрываться, — шелуха. Мертвецы, которых вы давили прессом вместе с машинами — как раз и есть жертвы разборок внутри их системы, и это были в основном куда более достойные уважения люди, чем Коннолли. Они хотя бы пытались бороться за идею, а не за деньги.
