на четыре моложе тебя, нужно только завтра фотку вклеить и штамп на фотографиях оттеснить. Конечно, штамп липовый, но в поезде ночью погранцы на это забьют. А, ну и миграционную карту сделать, но это мелочи.
— А куда я с этим паспортом попаду? Как визу чешскую получу?
— Никак не получишь, это ж не загранпаспорт, а обычный, — удивился Виктор. — Ты с ним только в Украину попадешь. А уже там подождешь недельку, а я за эту неделю что-нибудь придумаю. В общем, завтра к обеду будет и тебя миграционная карта и паспорт.
— А выехать, как, ты ж сам говорил, что на вокзале могут ждать.
— Ну, это как раз не проблема, я тебе билет возьму из Калуги. Подсядешь там в поезд до Киева, а до Калуги… а до Калуги я подброшу на машине — возьму у отца. С его номерами нас тормозить не будут, — улыбаясь, резюмировал Виктор.
— Тебе весело? И сколько ж мне там куковать в Киеве?
— Я еще завтра свяжусь с товарищем институтским, который сейчас в Киеве представительством рекламного агентства руководит. Он со спецслужбами не связан, обычный институтский одногруппник. На этот Новый год со своей киевской красавицей приезжали в Прагу, я им помог гостиницу забронировать и культурную программу организовал, хотя они спохватились за три дня, что мест в гостиницах нет. Под Новый год в Праге туристов как в пингвинов в Антарктиде. Так что не откажет мне в услуге.
— Спасибо тебе, Джокер. Ты… — Алекс подбирал слова
— Умка, — перебил Виктор, я тебе уже говорил, что Новиковы своих напарников не бросят? Говорил…Или ты думаешь, что за десять лет что-то изменилось?
— Нет… но все-таки.
— Никаких "все-таки". Ты в опасности и по своей глупости не хочешь понять, в какой.
— Не начинай… своей глупости. Ну не верю я в эти все масонские заговоры.
— А я тебе, что о масонских заговорах говорил? Нет. Все эти теории заговоров в инете и газетах как раз и расписываются для того, чтобы толпу отвлечь. Эх… вечер всего не объяснить. Я тебе в Праге все расскажу и покажу. Главное, чтобы ты туда добрался.
— Договорились, — Алекс вздохнул, — чувствую, "пиво подошло к концу". И спать охота. Где у тебя можно разместиться?
— Можно на диване, можно на кресле, оно раскладное. Только запасного постельного комплекта у меня нет. Если у меня здесь кто и ночует, то со мной вместе, — Алекс хитро прищурился, — только учти, эти кто-то исключительно женского пола. Так что будешь спать под пледом.
— Ерунда. Я сегодня в грузовом отеке самолета спал, а ты меня пледом пугаешь.
**********
Старинные часы с боем, притаившиеся в темном в углу рядом с дверью, одгим гулким и протяжным ударом сообщили, что уже час ночи. Этот антикварный экземпляр достался Рогову еще от прежнего владельца кабинета, а тому от его предшественника. Временами Рогову казалось, что именно эти часы, наблюдающие, как меняются лица за столом, и есть настоящие хозяева кабинета, а сам он только временная декорация, которую сменят и не вспомнят. Поэтому резкий звук единственного удара заставил Рогова вздрогнуть и зло покосится на угол.
Несмотря на такое позднее время, Рогов все еще сидел в кабинете, где было так накурено, словно в пивном баре пятничным вечером, когда офисный персонал подтягивается отпраздновать окончание своей "трудовой". Рядом с полной пепельницей перед Сан Санычем лежали фотографии и распечатки докладов. Пиджак валялся на диване у окна, сам хозяин, в распущенном галстуке и слегка расстегнутой рубашке, пялился на часы, но пустой взгляд говорил, что мысли его сейчас далеко.
Старый лис вел свое негласное и никем не санкционированное наблюдение за Бурковским и его операцией. О ней даже Звягин не знал — Рогов не очень доверял молодому карьеристу. Причиной интереса к операции была отнюдь не карьера зятя, как думал Бурковский. Та неудача с вербовкой Харламова, не была простой случайностью. Тогда срыв вербовки произошел по инициативе Рогова, который был уверен, что все спустится на тормозах, мало ли кого из центра поручают завербовать, а операция срывается. Потому тогда и поддался странной просьбе старого знакомого, с которым они еще в ГРУ начинали. Просто по старой дружбе помог, ну точнее, не только по старой дружбе, но и за кое-какие услуги со стороны друга. Еще тогда удивился — откуда тот знает о том, что Харламов в сфере его, Рогова, интересов, ведь друг то не был из Организации. А вот теперь как получилось… Теперь Громов стал понимать, что не случайной была просьба, да поздновато уже. И начальству ж не скажешь, что мол "друг попросил, и я сорвал операцию".
Если сейчас всплывут все детали тех событий, то полетит его голова, причем возможно и не в переносном смысле. Он, как никто другой, знал, как поступает Организация в таких случаях, и несчастный случай или передозировка снотворным будут большим везением. Тогда уж лучше самому…
Оставалось одно — не допустить вербовки сейчас, чтобы не всплыли, даже случайно, причины, почему Харламов тогда своим поведением сорвал всю операцию. Рогов планировал организовать несчастный случай, как только бойцы Звягина произвели бы захват объекта — для этого в отряде Звягина был преданный ему, Рогову, человек. А для страховки имелся медик в управлении, который ему обязан жизнью дочери, поэтому не подведет — если несчастный случай не получится, организует отравление так, что причина смерти окажется более, чем естественной, даже несмотря на молодой возраст Харламова. Но теперь карты явно путались.
"По всему получается, что Бурковский ведет какую-то свою странную игру" — размышлял Рогов. "Сам, лично поехал в аэропорт встречать Новикова, того с кем Харламов тогда программу писал. Новиков давно работает на Организацию, и успел высоко взлететь. Эти ботаны всегда делают быструю карьеру, не то, что ты, свою башку годами подставляешь, чтобы хоть чего-то достичь. В любом случае приезд Новикова санкционировали из центра.
Разговаривали они в машине, включив защиту от прослушивания, что тоже неспроста. Вечером к Новикову домой приезжает Харламов, но его захват не произвели. Что все это может значить? Если сейчас отправить рапорт на Бурковского, всплывет несанкционированная слежка, да и чем это мне поможет? Только раньше времени привлеку внимание своим интересом к Харламову. В общем, что бы там Бурковский ни мутил, надо вопрос по Харламову закрывать и немедленно".
Для такой работы у Рогова был специалист, о котором в Организации не знал никто — в этом Рогов не сомневался.
Рогов встал из-за стола, застегнул воротник рубашки, поправил галстук и нажал кнопку внутренней связи.
— Первый
