о Софии специальным указом. Однако данное осуждение касалось лишь одного конкретного аспекта богословской системы Булгакова, в чьих трудах были подняты многие другие важнейшие темы. Если говорить о творческом наследии Булгакова в его целокупности, то оно, как нам представляется, еще не получило надлежащей церковной оценки.
С. Н. Булгаков. 1910-е годы
Биография Сергея Николаевича Булгакова была неординарной и богатой событиями. Он родился в 1871 году в г. Ливны Орловской губернии, в семье священника. Образование получил в Ливенском духовном училище, Орловской духовной семинарии и Елецкой гимназии. В 1890-х годах отошел от Православия и увлекся марксизмом. В 1898 году окончил юридический факультет Московского университета, после чего два года изучал марксизм в Германии. К началу XX века вернулся к религии (духовный путь Булгакова отражен в его книге «От марксизма к идеализму»). В 1901–1906 годах — профессор политической экономии Киевского политехнического института и приват-доцент Киевского университета; в 1906–1918 годах — приват-доцент политической экономии Московского университета и профессор политэкономии Московского коммерческого института. В 1912 году защитил докторскую диссертацию на тему «Философия хозяйства». С 1905 года участвует в работе Московского религиозно-философского общества памяти Вл. Соловьева, с марта 1907 года сотрудничает с Вольным богословским институтом, в феврале-марте 1910 года становится одним из основателей книгоиздательства «Путь». В 1907 году — член II Государственной Думы. В 1910-х годах участвует в работе «новоселовского кружка», выступает с публикациями на церковно-общественные темы, становится одним из признанных лидеров религиозного возрождения. Член Всероссийского Поместного Собора 1917–1918 годов. В 1918 году, по благословению Святейшего Патриарха Тихона, рукоположен в священика. В конце 1922 года выслан из Советской России. В 1923–1925 годах — профессор церковного права и догматического богословия на юридическом факультете Русского научного института в Праге; с 1925 до конца жизни — профессор догматического богословия и декан Свято-Сергиевского православного богословского института в Париже. Скончался в Париже в 1944 году[2104].
В течение всего периода имяславских споров Булгаков был активным их участником и не скрывал своих симпатий к имяславию. В 1917 году в книге «Свет невечерний» он писал: «Имя Божие, которое есть постоянно совершающееся действие силы Божией, энергия Божества, есть Бог»[2105]. Однако систематическим осмыслением собственно богословской проблематики этих споров Булгаков занялся уже после революции 1917 года. В книге «Православие», опубликованной в начале 30-х годов[2106], Булгаков говорит о важности вопроса, поднятого имяславскими спорами, для развития православного богословия:
Вопрос этот не получил еще догматического разрешения <…> в богословской литературе, он далек еще от достаточного обсуждения. В настоящее время имеется два различных направления в понимании этого вопроса. Одни (называющие себя имяславцами) являются вообще сторонниками реализма в почитании имени: они веруют, что в Имени Божием, призываемом в молитве, уже есть и присутствие Божие (о. Иоанн Кронштадтский и др.); другие же держатся более рационалистического и номиналистического понимания, по которому Имя Божие есть человеческое, инструментальное средство для выражения человеческой мысли и устремления к Богу. Практические делатели Иисусовой молитвы и, вообще, мистики держатся первого мнения, так же как и некоторые богословы и иерархи; вторая точка зрения характеризует школьное богословие и православную схоластику, отразившую на себе влияние европейского рационализма. Во всяком случае, богословское учение об Имени Божием в настоящее время является одной из самых очередных и существенных задач при самоопределении православия, которую наше время передает будущим векам. Этим определяется основная магистраль современного православного богословствования <…>[2107]
Наиболее полное раскрытие проблематика имяславских споров получила в «Философии Имени», которую Булгаков писал в 1920–1921 годах[2108], находясь в Крыму; в начале 1940-х годов Булгаков вновь вернулся к этой книге, написав софиологический post scriptum к главе об имени Божием; книга была опубликована лишь в 1953 году, девять лет спустя после смерти автора. «Философия Имени» — итог не только многолетних размышлений Булгакова о природе имен вообще[2109]и имен Божиих в частности, но и увенчание всего богословско-философского творчества мыслителя. В этой книге отдельная глава посвящена имени Божию: она и станет объектом нашего внимания.
Имя Божие — проекция трансцендентного на имманентное
Исходным пунктом рассуждений Булгакова о природе имени Божия является мысль о том, что «трансцендентное существо Божие открывает Себя человеку в Своих свойствах», которые суть «сказуемые, предикаты к Божественному Существу». Всякий предикат есть вместе с тем и именование, и все имена Божии так же соотносятся с существом Божиим, как сказуемые с подлежащим. Подлежащее всегда трансцендентно сказуемым; оно раскрывается, но не исчерпывется ими. Оно, следовательно, есть «нечто трансцендентно-имманентное»[2110].
Подобным же образом подлежащее всех подлежащих, и подлежащее κατ᾿ εξοχήν[2111], основа всякой сказуемости, субъект всех сказуемых, Божество, раскрывается как трансцендентно-имманентное, всякое откровение Божие, всякая феофания есть новое сказуемое, новое имя к неизреченному и неименуемому. Бог открывается человеку и в человеке, и человек именует Бога, дает Ему имена, по аналогии тому, как он дает их себе подобным. Разумеется, это Бог именует Себя в человеке и чрез человека Своим откровением, однако совершается это чрез религиозный опыт, мистическое созерцание, философское умозрение, научное постижение, нравственный подвиг, одним словом, чрез человеческое творчество и жизнь. И может казаться (как казалось Фейербаху и многим до него и после него), что человек создает Бога по образу своему, как объективную проекцию самого себя. Эта иллюзия возможна именно потому, что именование Божие совершается в человеке и чрез человека, есть его деяние, пробуждение его феофорных и феофанических потенций, реализация в нем заключенного образа Божия, его изначального богочеловечества[2112].
Вопрос о происхождении имен Божиих рассматривается Булгаковым в контексте паламитского различения между сущностью и энергиями Божиими. Сущность Божия трансцендентна, неизреченна и неименуема:
Трансцендентность Божества и трансцендентность вещи к своим сказуемым суть совершенно различного порядка: Божество трансцендентно самому миру, премирно, Оно существует в Себе и для Себя, абсолютно самодовлеюще, и Его откровение в мире, выражающееся в миротворении, есть акт безусловной любви и снисхождения Божия, Его вхождения в тварный мир, богоистощания. Поэтому мы имеем здесь абсолютное откровение Начала, запредельного космосу, в космосе, чрез этот последний: здесь трансцендентность не внутримировая, не космическая, в которой выражается отношение субстанции к атрибутам, подлежащего к сказуемым, но премирная. Здесь отношение «отрицательного» (апофатического) и положительного богословия: премирное Божество, Абсолютное, становится Богом для мира и в нем открывается. Однако это различение находится за пределами отношения предикативности, лежащей в основе именования. То, что Бог есть Абсолютное, не терпящее
