Сияние саидар обняло стройный стан Зеленой. Неслыханно! Женщина не стала испрашивать разрешения, не сообщила, какое плетение предполагается использовать, и все это несмотря на то, что в Совете действуют строжайшие ограничения на использование Силы. Свив пряди всех Пяти Сил она соткала вокруг Аша’мана нечто, напоминающее плетение для обнаружения следов. В этой области Романда не особо разбиралась. Голубые глаза Населле расширились.
– Он направляет, – выдохнула она. – Или, по крайней мере, удерживает саидин.
Брови Романды удивленно выгнулись. Даже Лилейн приоткрыла рот от изумления. Обычно, для обнаружения мужчины, способного направлять, приходилось исследовать оставленные им следы, и после этого отсеивать подозреваемых, чтобы вычислить преступника. По крайней мере, до сих пор. Но это же просто чудесно. Или было бы чудесно, если бы способные направлять мужчины не начали с некоторых пор носить черную одежду и без стеснения разгуливать повсюду. И все же, теперь Аша’маны лишатся своего преимущества над Айз Седай. Джахар никак на это не отреагировал. Его губы тронула несколько презрительная усмешка.
– Ты можешь выяснить, что именно он направляет? – спросила Романда, и, к сожалению, Населле покачала головой.
– Я думала, что смогу, но нет. Хотя с другой стороны… Эй ты, Аша’ман! Направь поток Силы к одной из Восседающих. Только не вздумай плести ничего опасного, и не смей трогать ее!
Мериса смерила ее сердитым взглядом и уперла кулаки в бедра. Должно быть, Населле не поняла, что это один из ее Стражей. Малкири без зазрения совести указывала ему, что делать.
Взгляд Джахара сделался упрямым, и юноша открыл рот, чтобы возразить.
– Сделай, как она говорит, Джахар, – пресекла его попытку Мериса. – Он мой, Населле, но я позволю тебе распоряжаться им. Только один единственный раз.
Населле явно была потрясена. Значит, она действительно ничего не заметила.
Упрямство все еще читалось во взгляде Аша’мана, однако он, судя по всему, подчинился, потому что Населле радостно захлопала в ладоши и засмеялась.
– Саройя, – восторженно объявила она. – Ты направил поток на Саройю. Доманийка из Белой Айя. Я права?
Медная кожа Саройи побледнела. Поежившись под своей шалью со светлой бахромой, Белая сестра поспешно подвинулась к тому краю скамейки, где должна была быть спинка. Аледрин на всякий случай сделала то же самое.
– Ответь ей, Джахар, – приказала Мериса. – Он любит поупрямиться, но на самом деле, он хороший мальчик.
– Доманийка из Белой Айя, – неохотно подтвердил Джахар. Саройя покачнулась, едва не свалившись на помост. Юноша бросил на нее презрительный взгляд. – Всего лишь поток Духа, и он уже развеялся.
Лицо Саройи потемнело, но от гнева или от смущения – сказать было трудно.
– Выдающееся открытие, – произнесла Лилейн. – Надеюсь, Мериса позволит тебе попрактиковаться еще, Населле, но Совету надлежит закончить начатое. Уверена, ты не станешь возражать, Романда.
Романда сдержалась и не бросила на нее негодующий взгляд. Слишком часто Лилейн позволяет себе переступать черту.
– Если твоя демонстрация закончена, – сказала она, – можешь удалиться, Населле.
Зеленая Малкири покидала шатер крайне неохотно, возможно потому, что судя по виду Мерисы, практиковаться ей больше не позволят. Вообще-то, все Зеленые знают, что нужно соблюдать осторожность с любым мужчиной, который может оказаться Стражем другой сестры. Но у Населле не было выбора.
– И что же Возрожденный Дракон предлагает нам, мальчик? – спросила Романда, когда Населле вышла за пределы круга, очерченного стражем от подслушивания.
– А вот что, – сказал он, гордо глядя ей прямо в глаза. – Сестры, преданные Эгвейн ал’Вир, могут привязать к себе узами Аша’манов, общим числом сорок семь человек. Вы не можете требовать в Стражи самого Возрожденного Дракона или тех, кто отмечен драконом. Но любой Солдат или Посвященный не имеет права отказать вам.
Романда почувствовала, как из легких вдруг вышел весь воздух.
– Согласись, это отвечает нашим интересам, – невозмутимо обратилась к ней Лилейн. Эта женщина, пропади она пропадом, все знала наперед.
– Я согласна, – отозвалась Романда. Если их Стражами станут сорок семь мужчин, способных направлять, они смогут существенно расширить свои круги. И, быть может, создать круг, объединяющий их всех. И если существуют ограничения, нужно определить их.
Фэйзелле вскочила на ноги, словно бы собрание было официальным:
– Это нужно обсудить. Я требую официального заседания!
– Не вижу в этом необходимости, – не вставая, ответила ей Романда. – Это, по крайней мере, лучше чем, то… о чем мы условились раньше. – Не стоит раскрывать слишком много в присутствии этого мальчика. Да и самой Мерисы. Что связывает ее с Возрожденным Драконом? Она – одна из тех, кто принес ему клятву верности?
Саройя резко выпрямилась, едва Романда успела закончить фразу:
– Вопрос в том, зачем ему предлагать нам это. Может, он хочет таким образом нас контролировать? Это мы еще не выяснили.
– Мне кажется, природа уз Стража делает твое предположение весьма сомнительным, – сухо отрезала Лирелле.
Фэйзелле поспешно встала, и они с Саройей едва ли не хором выпалили:
– Порча… – и обе с подозрением уставились друг на друга.
– Саидин чист, – сообщил Джахар, хотя никто к нему не обращался. Мерисе стоило бы обучить мальчика манерам, прежде чем приводить его в Совет.
– Чист? – с сарказмом переспросила Саройя.
– Он был запятнан в течение трех тысяч лет, – безапелляционно заявила Фэйзелле. – Как он может быть чист?
– Порядок! – приказала Романда, пытаясь восстановить контроль над ситуацией. – Порядок! – Она не сводила взгляда с Саройи и Фэйзелле, пока те не вернулись на свои места, после чего повернулась к Мерисе. – Я полагаю, что ты вступала с ним в соединение? – Зеленая просто кивнула. Те, кто находился сейчас вокруг, явно не вызывали у Мерисы восторга, и у нее не было желания говорить больше, чем действительно необходимо. – Можешь ли ты подтвердить, что саидин теперь свободен от порчи?
Женщина ответила без колебаний:
– Могу. Мне самой потребовалось время, чтобы убедиться в этом. Мужская половина Силы гораздо более чужда нам, чем вы можете себе представить. Это не неколебимая и спокойная мощь саидар, а скорее бушующее море пламени и льда, в котором волны смешали все и вся. Но я уверена. Он чист.
Романда выдохнула. Это чудо снимет множество страхов и предрассудков.
– У нас неформальное заседание, но я выношу вопрос на голосование. Кто за принятие этого предложения?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
