– Как ты дошел до такого решения? Потребовалась бы масса, превышающая массу твоего тела в несколько раз, чтобы обеспечить необходимую энергию. Даже при полной конверсии. Ты бы не смог это сделать!
– Я и не делал. Мне показалось, что массы самой сферы будет достаточно, чтобы провести реакцию без потерь.
– Понятно, – хмуро ответил старший. – Продолжай.
– Я провел реакцию конверсии, стараясь придерживаться одного края участка, что было довольно трудно, – как и большинство сферических теплиц, эта штука вращалась, как сумасшедшая. Может быть, из-за этого слишком большая масса вступила в реакцию. Или сфера оказалась массивнее, чем я предполагал…
– Ты хочешь сказать, что не знал точного объема сферы? У тебя с мозгами что-то не в порядке? Сколько тебе лет?
– Пятнадцать, – ответ снова прозвучал угрюмо. Спрашивающий заметил обиду и понял, что был невежлив.
Но считал, что в данных обстоятельствах имеет право на эмоции.
– Пятнадцать лет, но по какой шкале?
– По местной, относительно центра масс этой системы.
– Хм, продолжай.
– Большая часть планеты испарилась. Остатки взорвались под действием гравитации. Сейчас они вращаются вокруг источника энергии на разных орбитах, что, конечно, не приносит пользы.
Они на мгновение замолчали. Самый дальний и бесполезный кусок фермы, медленно вращаясь, проплыл под ними и двинулся к светящейся сфере газа, держащей обломок прочными нитями гравитации. Проверяющий не то что бы кипятился – для тела, состоящего из метана и кислорода, это было бы трудно даже при температуре полградуса по абсолютной шкале, – в нем постепенно разгорался гнев:
– Позволь все расставить на свои места. Ты послал раба с сообщением, что на ферме все идет из рук вон плохо и тебе нужен совет. Правильно ли я понимаю, что ты потратил столько времени на то, чтобы разрушить один из участков и выращивать культуры, вкус которых тебе не нравится? Боюсь, ты теряешь мое расположение.
– Дело не в том, что мне не нравится вкус, а в том, что я не могу это есть.
Студент, вероятно, тоже разозлился. Иначе трудно было объяснить такое признание. Остатки самообладания суперинтенданта окончательно испарились.
– Ты не можешь это есть? Весьма прискорбно. С твоего разрешения я возьму образцы этих отвратительных химикатов. Может, ты соизволишь показать мне, чем питался? Довольно трудно добраться до этих мест, особенно с приличным количеством рабов. Чем ты кормил их? Возможно, тебе стоит оставить это хозяйство и заняться исследовательской работой на одной из туманностей, добывая питание из облака свободных атомов, растянувшихся на десять парсеков? Ты! Юнец!
– Я брал еду с участков, где был аммиак. Там же питались и рабы.
– Очень хорошо. Тогда я взгляну на водные культуры. Видимо, проблема в них. Думаю, тебе не стоит сопровождать меня. Это третий участок от источника энергии. Я сам найду дорогу. – Он резко встал, не дожидаясь ответа.
И студент без тени раскаяния, просто из детского упрямства, позволил ему уйти, не предупредив об опасности.
Возможно, даже заговори он, ничего бы не изменилось. Суперинтендант был рассержен и, поглощенный своим гневом, а позднее – анализом участков, вероятно, не обратил бы внимания на предупреждение ученика.
Проверяющему пришлось признать, что на самом дальнем участке было слишком холодно для большинства химических реакций. Естественный жизненный процесс шел слишком медленно, чтобы быть полезным. То, что молодой ученик смог вырастить хоть что-то, говорило в его пользу. Пока суперинтендант вращался в орбите сферы, она обернулась вокруг оси только один раз. Даже та небольшая скорость, которую придавала ему гравитация, была выше скорости вращения планеты.
Следующие два участка были абсолютно пустыми. Студент сказал, что это косвенный результат его экспериментов. При более тщательном осмотре выяснилось, что физически они не повреждены. Студент не смог бы обработать их так, чтобы ничего не осталось, даже если был очень голоден. Толпа рабов могла… но им запрещалось даже приближаться к участкам. Их кормили хозяева. Суперинтендант пока еще никого не собирался обвинять в том, что рабы вышли из-под контроля.
Участки были крупные, хотя и не крупнейшие в системе. Их твердые массивные тела миля за милей окутывала водородная смесь. Суперинтендант напрасно напрягал чувства, пытаясь распознать особенно сложные смеси – еду, которую он предпочитал. Вокруг планет вращались тела меньших размеров, но они были крошечные и не могли удержать жидкие или газообразные легкие элементы, необходимые для питательных культур.
Основным и, кажется, единственным достоинством следующего участка был интересный внешний вид. Кроме более или менее стандартного количества спутников, вокруг него вращалось кольцо, состоящее из твердых частиц, путешествующих по непрерывно переплетающимся лабиринтам орбит. На поверхности и в атмосфере процветали различные культуры. Суперинтендант остановился, чтобы взять образец, и признал, что студент снова справился неплохо.
Гнев постепенно остывал. Он осмотрел весь участок вдоль орбиты, иногда останавливаясь, чтобы взять пробы. В эти минуты он совершенно успокаивался. К тому времени, когда его запасы воздуха были исчерпаны, он пришел в себя.
Освободиться от орбитальной скорости и возобновить падение к солнцу не составило труда. Он продолжил путь дальше на внутренние участки и уже оставил планету с кольцом далеко позади, когда его внимание привлек объект, находящийся далеко в стороне от линии полета.
Физически – ничего примечательного: объект был меньше его собственного тела. Через некоторое время стало ясно, что предмет находился на орбите около центрального источника энергии, где были разработанные участки. Его очертания были то четкими, то странно расплывчатыми. Мерцание, по-видимому, было абсолютно хаотичным. Объект заинтересовал суперинтенданта, он изменил курс и направился к нему: студент ничего не говорил о друзьях или помощниках.
Постепенно все прояснилось, и проверяющий помрачнел. Он не мог поверить глазам, но факт нельзя было отрицать.
– На помощь! Пожалуйста, помогите! Хозяин!
Волну ужаса сменила волна гнева. Это не был ему подобный, раненый или умирающий. Это был раб! Более того, раб был далеко за пределами фермы и не имел права находиться здесь без надзора. Раб, который посмел позвать на помощь!
– Что ты здесь делаешь? – суперинтендант задал вопрос и одновременно направил на раба узкий луч энергии. – Как ты смеешь находиться тут без приказа?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
