как они поднимались вверх по дороге, освещенной янтарным светом, шум волн, бьющихся о скалистое островное побережье, становился все громче. Наверху освещение кончилось, а между двумя последними куполообразными наземными светильниками протянулось какое-то сплошное белое заграждение. В янтарном свете ламп можно было различить две надписи на белом фоне. Левая была на испанском, правая — на английском:
PELIGRO! ОПАСНО!
За ограждением виднелся мыс, врезающийся в море, в неверном свете луны вздымались и пенились волны, шум прибоя стал оглушительным. Кендрика вели на место казни.
41
От нависших над мысом скал отрывались клубы тумана и плыли над Тихим океаном. Эван подавил в себе панический страх, вспомнив условие, заключенное им с самим собой: он не умрет без сопротивления. Его не удастся убить без борьбы, какой бы тщетной она ни казалась. Он будет сражаться до конца, используя малейшую возможность для спасения. Его окружали вьющиеся тропические растения со стволами толстыми и крепкими от влаги и непрерывно обвевающих их ветров. По обеим сторонам дороги, уставленной круглыми янтарными светильниками, в непролазной, никогда не просыхающей грязи буйствовала молодая поросль с сочной листвой. Мексиканец, направляющий мафиози к месту убийства, делал это очень неохотно. По мере того как они приближались к белой ограде, голос его звучал все глуше и глуше.
— Al freute, al freute! — нервно выкрикивал он. — Adelante!
— Перелезайте через барьер или обойдите его, конгрессмен, — промолвил человек из секретной службы холодным тоном выполняющего свои обязанности профессионала, для которого жизнь и смерть ничего не значат.
— Не могу, — ответил Кендрик. — Барьер слишком высокий, а по бокам — что-то вроде колючей проволоки.
— Где?
— Да вот, — Кендрик указал на темнеющие заросли.
— Не вижу…
«Сейчас!» — безмолвно вскрикнул кто-то внутри Эвана. Быстро обернувшись, он ринулся на охранника, обеими руками ухватил автомат и стал тянуть его к себе, выкручивая кисть мафиози и упираясь плечом в его грудь. Затем, отчаянно напрягшись, собрав все силы, он сбил охранника с ног и швырнул его в кусты, в грязь. Кендрик воткнул автомат в рыхлую влажную землю и, освободив правую руку, зачерпнул полную пригоршню грязи и залепил ее в лицо мафиози, прямо в глаза.
Мафиози выкрикивал в ярости что-то нечленораздельное, пытаясь одновременно открыть глаза, выдернуть из земли оружие и освободиться от хватки Эвана. Кендрик навалился сверху на убийцу, который метался и корчился от боли. Правой рукой он все сгребал и сгребал грязь и совал ее в рот и глаза мафиози. Внезапно его пальцы наткнулись на что-то твердое, с неровной поверхностью… камень! Он был чересчур велик, не по руке ему, но уже ничто не могло его остановить. Напрягши мышцы, Эван вытащил из грязи тяжелый зазубренный обломок скалы, поднял его и обрушил на голову своего палача. Охранник-убийца обмяк, его тело осело на мокрый низкорослый кустарник и рыхлую землю.
Эван схватил автомат и бросил взгляд в сторону мексиканца. Тот притаился в зарослях позади янтарного светильника, который вдребезги расколотил ногой, выжидая окончания схватки, чтобы увидеть, кто умрет, а кто останется в живых. Увидев победителя, он вскочил на ноги и бросился бежать по дороге.
— Стой! — закричал Кендрик, с трудом переводя дыхание и продираясь сквозь заросли. — Стой, или я убью тебя! Ты прекрасно меня понимаешь.
Мексиканец остановился и медленно обернулся к Эвану. Луч света падал на его лицо.
— Я здесь ни при чем, сеньор, — произнес он, к удивлению Эвана, на чистом английском.
— Ты хочешь сказать, что не нажимаешь на курок, а только показываешь им, где это надо делать?
— Я ни при чем, — повторил тот. — Я рыбак, но сейчас на рыбной ловле прилично не заработаешь. Я получу свои песо и уеду домой к своей семье в Эль-Дескандо.
— Ты хочешь опять увидеть свою семью?
— Si, очень хочу, — ответил мексиканец. Губы и руки его тряслись. — Если бы это случилось, я бы не вернулся назад.
— Ты хочешь сказать, что такого никогда прежде не случалось?
— Ни разу, сеньор.
— Тогда откуда ты знаешь дорогу? — закричал Кендрик, пытаясь перекрыть шум ветра и прибоя. Он попробовал восстановить дыхание, постепенно осознавая, что облеплен грязью с головы до ног и внутри у него все болит.
— Когда нас сюда привезли, нам раздали карты острова и сказали, что тех, кто не изучит их полностью за два дня, отошлют домой.
— Зачем? Для многократных казней?
— Говорю вам, нет, сеньор. Здесь пролегает водный путь, по которому перевозят наркотики, и это очень опасно. Конечно, мексиканские и американские патрульные катера быстро прибудут на вызов, но все же остров должен охраняться.
— Быстро прибудут на вызов?
— Владелец острова — могущественный человек.
— Его имя — Гринелл?
— Не знаю, сеньор. Все, что я знаю, — это сам остров.
— Ты бегло говоришь по-английски. Почему ты не говорил по-английски до этого? — Эван жестом указал на мертвого мафиози. — С ним?
— Повторяю, сеньор, я не хотел принимать в этом участия. Мне сказали, куда вас надо отвести, но когда мы подошли к этому месту, я начал понимать. Я ни при чем, сеньор. Но я оставил в Эль-Дескандо семью, а здешние хозяева — люди могущественные.
Эван в нерешительности воззрился на мексиканца. Было бы легко, так легко лишить его жизни, чтобы не рисковать. И все же была слабая надежда, что запуганный мексиканец не лжет. Кендрик понимал, что ведет переговоры, предметом которых является его собственная жизнь, но они касались также и другой жизни, и это обстоятельство значительно их облегчало.
— Ты понимаешь, — сказал он, подходя к своему собеседнику поближе и повышая голос, чтобы его хорошо было слышно, — что если ты возвратишься в дом без него, а он не появится или они найдут его тело здесь либо на скалах, выброшенное волнами, то тебя убьют. Понимаешь ли ты это?
Мексиканец дважды кивнул:
— Si.
— Но если я тебя не убью, ты получишь шанс, не так ли? — спросил Эван, поднимая оружие мафиози.
Штатный работник кивнул, прикрыв глаза.
— Поэтому в твоих же собственных интересах и в интересах твоей семьи там, в Эль-Дескандо, присоединиться ко мне. Разве не так?
— Так. — Мексиканец открыл глаза. — Присоединиться в чем?
— В том, чтобы убраться отсюда подальше. Там внизу, в доке, возле цистерны с газом стоит лодка. Она довольно велика и годится для путешествия.
— У них есть другие лодки, — прервал его проводник палача. — Они более быстроходны, чем правительственные патрульные катера. А кроме того, есть еще и вертолет с мощными поисковыми прожекторами.
— Что? Где?
— Возле побережья на другом конце острова. Там оборудована цементная посадочная
