Нед нахмурился:
— Когда гибли мои гвардейцы, вы стояли возле королевы и наблюдали за происходящим, не проговорив ни слова.
— И не скажу впредь. Как мне кажется, тогда я был без оружия и панциря — в окружении отряда Ланнистеров. — Евнух с любопытством нагнул голову. — Когда я был мальчишкой — до того, как меня обрезали, — мне довелось поездить с труппой кукольников из Вольных Городов. Актеры научили меня тому, что у каждого человека есть своя роль — в жизни, в спектакле… и при дворе. Королевский палач должен быть страшным, мастер над монетой — скупым, лорд-командующий гвардией — доблестным… а мастер над шептунами — лукавым, подобострастным и бессовестным. Доблестный доносчик столь же бесполезен, как трусливый рыцарь. — Взяв у Неда бурдюк, Варис отпил вина.
Нед поглядел на лицо евнуха, пытаясь угадать истину под шрамами кукольника и фальшивой щетиной. И решил еще выпить вина, на этот раз оно прошло легче.
— Можете ли вы освободить меня из этой ямы?
— Я мог бы… но зачем? Нет, начнут задавать вопросы, а ответы приведут ко мне.
Нед не ожидал другого.
— Вы откровенны.
— У евнуха нет чести, щепетильность — роскошь, недоступная пауку, милорд.
— Согласитесь ли вы хотя бы вынести записку?
— Это будет зависеть от ее содержания. Если вы хотите, я охотно предоставлю вам перо и бумагу, но когда вы напишете свое послание, я прочту его — а уж доставлю или нет, будет зависеть от его соответствия моим собственным целям.
— Вашим собственным целям… и каковы же они, лорд Варис?
— Мир, — ответил Варис без малейших колебаний. — Если в Королевской Гавани была хоть одна душа, которая отчаянно стремилась сохранить жизнь Роберту Баратеону, так это я. — Он вздохнул. — Пятнадцать лет я защищал короля от врагов, но не сумел защитить от друзей. Кстати, какой странный припадок безумия заставил вас сообщить королеве, что вы узнали правду о происхождении Джоффри?
— Безумство милосердия, — признал Нед.
— Так, — проговорил Варис. — Можно было не сомневаться. Вы честный и почтенный человек, лорд Эддард. Иногда я забываю об этом. Слишком уж редко мне встречались люди, подобные вам. — Он оглядел камеру. — И когда я вижу, что принесли вам доблесть и честь, то понимаю причину.
Нед Старк припал головой к влажному камню и закрыл глаза. Левая нога его пульсировала.
— Насчет королевского вина… Вы допросили Ланселя?
— Конечно. Серсея сама дала ему бурдюки и сказала, что это любимое вино Роберта. — Евнух пожал плечами. — Охотнику грозит много опасностей. Если бы кабан не расправился с Робертом, король упал бы с коня, или его укусила бы лесная гадюка, или поразила случайная стрела… лес — это бойня богов. Короля убило не вино… а ваше милосердие.
Нед опасался именно этого.
— Боги простят меня!
— Если боги существуют, — проговорил Варис, — а я в этом не сомневаюсь. Королева в любом случае не стала бы долго ждать. Роберт начал выходить из-под ее контроля, и ей нужно было избавиться от него, чтобы освободить себе руки и разделаться с братьями короля. Вот эта парочка — Станнис и Ренли. Кольчужная и шелковая перчатки. — Он утер рот тыльной стороной ладони. — Вы проявили глупость, милорд. Вам нужно было послушаться Мизинца, когда он просил вас поддержать претензии Джоффри на престол.
— Но как… как вы могли узнать об этом?
Варис улыбнулся:
— Я знаю это, — а откуда, вам знать не надо. Кроме того, я знаю, что сегодня утром королева нанесет вам визит.
Нед медленно поднял глаза:
— Почему?
— Серсея боится вас, милорд… однако у нее есть и другие враги, которых она боится еще больше. Ее возлюбленный Джейме сейчас сражается с речными лордами. Лиза Аррен засела в Орлином Гнезде, окруженная камнем и сталью… и симпатии к королеве она не испытывает. В Дорне Мартеллы не простили Ланнистерам убийство принцессы Элии с ее детьми. А теперь еще ваш сын идет от Перешейка во главе северной рати.
— Но Робб почти мальчишка, — удивился Нед.
— Мальчишка, но во главе войска, — сказал Варис. — Бесспорно, он еще мальчишка, как вы сами сказали. А поэтому Серсея не спит по ночам из-за братьев короля… в особенности из-за лорда Станниса. Его-то притязания подлинны. Станнис — знаменитый и доблестный полководец. К тому же он полностью лишен милосердия. Нет на земле существа более жуткого, чем истинно справедливый человек. Никто не знает, чем занимался лорд Станнис на Драконьем Камне, однако клянусь, он уже собрал больше мечей, чем ракушек на берегу. Вот что мучит Серсею: пока брат ее и отец расходуют свои силы на сражение со Старком и Талли, лорд Станнис высаживается, объявляет себя королем и сворачивает кудрявую головенку ее сыну, а заодно и ей самой. Хотя я действительно верю, что голова сына ей дороже.
— Станнис Баратеон — подлинный наследник Роберта, — сказал Нед. — По праву престол принадлежит именно ему, и я готов приветствовать его восхождение.
Варис цыкнул зубом.
— Серсея не станет вас слушать, уверяю вас. Станнис, возможно, завоюет престол, однако приветствовать его будет лишь ваша отрубленная голова, если вы не сумеете обуздать свой язык. Санса была так трогательна; стыдитесь зачеркнуть ее труды. Вам даруют жизнь — если вы хотите принять ее. Серсея не дура. Она знает, что ручной волк полезнее мертвого.
— Вы хотите, чтобы я стал служить женщине, которая убила моего короля, погубила моих друзей, искалечила моего сына? — В голосе Неда слышалось явное недоверие.
— Я хочу, чтобы вы служили стране, — ответил Варис. — Скажите королеве, что вы признаете свою вину, прикажите сыну сложить оружие и признайте Джоффри истинным наследником. Предложите ей объявить Станниса и Ренли бесчестными узурпаторами. Наша зеленоглазая львица знает, что вы — человек чести. И если вы предоставите ей мир, в котором она нуждается, дадите время расправиться со Станнисом и пообещаете унести тайну в могилу, полагаю, королева позволит вам уйти в Черные Братья и провести остаток своих дней на Стене — рядом с братом и вашим незаконнорожденным сыном.
Мысль о Джоне наполнила Неда стыдом и печалью, слишком глубокой для слов. Если бы только увидеть мальчика снова, сесть рядом, поговорить. Боль пронзила сломанную ногу под грязно-серым гипсом лубков. Нед вздрогнул, бессильно разжав и снова сжав пальцы.
— Это ваш собственный план, — выдохнул он, — или вы в союзе с Мизинцем?
Евнух явно удивился.
— Скорее я подружусь с Черным Козлом Квохора. Мизинца можно назвать вторым по изобретательности среди всего народа Семи Королевств. О да, я скармливал ему избранные слухи — в достаточном количестве для того, чтобы он мог поверить, что я в его руках… Аналогичным образом я позволяю Серсее считать, что я поддерживаю ее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
