Читаем без скачивания Маг и его Тень. Рождение Мага - Фанфикс.ру Blizzard

— Профессор, я читала об омолаживающем зелье. Вы забыли дописать один ингредиент — призрачные ягоды. Без них зелье не обретет полную силу и отнимет лишь пару лет вместо положенных двадцати, — затараторила она.

Снейп неторопливо повернулся.

— Мисс Грейнджер как всегда считает себя умнее всех. Минус пять баллов с Гриффиндора за неуместные высказывания.

— Но ведь…

— Еще минус пять за пререкания с преподавателем. Озаботься вы прочесть чуть больше, знали бы, что призрачные ягоды не используют в зельеварении с двенадцатого века. Они не растут ни на одном из шести материков и считаются исчезнувшим видом, — профессор встал за кафедру. — Благодаря мисс Грейнджер четвертый курс Гриффиндора получает дополнительное задание: написать о пятнадцати компонентах, которых более не существует в природе, и перечислить заменяющие их ингредиенты.

Невилл тихо вздохнул, не отрывая глаз от парты. У Симуса и Рона вырвался недовольный стон. Парвати и Лаванда ограничились негодующими взглядами в сторону покрасневшей Гермионы. Гарри рассеянно перебирал врученные Крысоловом ягоды, не вынимая руку из кармана. Призрачные ягоды, да? Посмотрим.

Раньше люди знали о существовании грани, и магов, способных отправиться туда, было куда больше. Сейчас те истории в лучшем случае считают детскими сказками. О применении той магии и тех ингредиентов и помыслов не возникает.

Крис, похоже, думал о том же:

«Не приложить ли к работе образцы всех пятнадцати исчезнувших компонентов? Только представь реакцию Снейпа!»

Сегодня они работали в паре с Невиллом, что было довольно удобно, когда тот не пытался ничего положить в котел. С чисткой и нарезкой клубней он справлялся на ура. Первой густой голубой состав как всегда получила Алиса, затем Гермиона с Роном и, наконец, Гарри. В полученное зелье отправился последний компонент — призрачные ягоды. Гриффиндорцев на мгновение обдало облаком горячего пара, чугунные стенки покрыла плотная полупрозрачная мазь. Настоящее зелье омоложения, коего маги не видели с двенадцатого века. Алхимики, вернувшие миру старинный рецепт, застыли над открытием. Один с абсолютно невинным, другой с обеспокоенным видом.

Снейп, судя по всему, сперва собирался с победным блеском в глазах поставить им по «Т», но затем присмотрелся к содержимому котла повнимательнее… У профессора задрожали руки.

— Что бы сделали, Поттер? — ликование причудливо смешивалось с обреченностью.

— П—профессор, сэр, извините, — выдавил доверчивый Невилл, и мысли не допускавший, что Гарри Поттер, опытный и уверенный, может испортить зелье, — это я виноват.

Казалось, стой в аудитории гроб, маг тут же улегся бы в него и, не сказав ни слова, накрылся крышкой. Поттер и Лонгботтом совершили знаменательное открытие в зельеварении, о котором будут помнить спустя столетия — чем не кошмар для человека, всю жизнь посвятившего тонкому и точному искусству приготовления волшебных снадобий? Сейчас профессор сам готов был отдать двадцать лет жизни, только бы никогда больше не видеть Поттера и не слышать о нем.

После урока Невилл шепнул ему:

— Я бы извинился перед Гермионой. Все—таки ей столько пришлось пережить…

«Да! А мы все это время провели в кресле перед камином!»

— … ее чуть не укусил обо… профессор Люпин. Она чудом спаслась. Рон сказал, ты за все лето даже не написал, не поинтересовался, как она после нападения Блэка. Сбежал и все.

Осуждение в словах Невилла едва не заставило его расхохотаться. Гермионе всего лишь не повезло. Или повезло, это уж как посмотреть. Когда прямо в больничном крыле появился оборотень, рядом с бесчувственной девушкой оказались только Снейп и Помфри. Даже Уизли был не настолько глуп, чтобы думать, будто целью была магглорожденная Грейнджер. Сомнительно, чтобы к школьной целительнице у кого—то были серьезные счеты, но вот Снейп… Пожиратель смерти под крылышком Дамблдора. Неизвестно, хотели ли его убить или только напугать, ведь существовали куда более надежные способы избавиться от мага, чем натравить оборотня. Нет, даже не так. Натравить на Снейпа именно этого оборотня.

Но что самое странное, Люпин клялся, что выпил аконитовое зелье, и директор подтвердил клятву при помощи ментальной магии. Чтобы подменить флаконы, много сноровки не нужно, но вот создать идентичный по вкусу, цвету и запаху состав, да еще рассчитанный на оборотня, который пил настоящее зелье годами и отчетливо знал его вкус и запах — тут нужно быть настоящим мастером. Но и это возможно. Тогда как точно рассчитать время и место срабатывания портала и перемещения Снейпа уже кажется невероятным. Такой план готовят заранее, не мог же кто—то знать, что в это время зельевар окажется в больничном крыле из—за Гермионы.

«Крис, портал можно настроить не на место, а на человека?»

«Можно. Не о том думаешь. Как бы его ни настраивали, если это делал не директор или кто—то из преподавателей замка, кого он знает и принимает, портал ни за что не сработал бы в стенах школы. Если маг не может создать портал сам, его делает специалист, но с кровью и согласием заказчика. Иначе Хогвартс не считался бы самым защищенным местом в Англии».

Мимо прошла бледная, осунувшаяся Гермиона. Которая просто случайно оказалась на пути разъяренного зверя и получила несколько рваных шрамов от его когтей, пока оборотень силился добраться до мага. Полнолуние не грозило ей превращением, мадам Помфри успела вмешаться в процесс заражения. Лунными ночами девушку ожидали бессонница, слабость и лихорадка. Пока не расплата, но предупреждение за игры с чужими судьбами без должного умения или элементарного везения.

* * *

— … Заклятия. Они бывают разной силы и формы. Согласно рекомендациям Министерства магии, мне следует обучить вас некоторым антизаклятиям и на этом остановиться.

Под «некоторыми» антизаклятьями наверняка подразумевались универсальные чары вроде протего.

«От проклятий слабого мага защитит, но сильный волшебник сметет оппонента вместе со всеми блоками. Каждому заклинанию второго октана и некоторым первого противодействуют свои заклинания, разработанные специально для этого, — Крис, похоже, включился в лекцию по—своему и вознамерился дополнить слова Грюма. — От некоторых почти невозможно защититься».

«Угу, — скучно выслушивать давно уже известное, — давай учиться связкам. Почему о них упоминается в паре учебников по боевой магии, но нигде не объясняется, как их создавать?»

— … Я не должен показывать вам, каковы из себя запрещённые тёмные заклятия, пока вы не перейдёте на шестой курс — вас считают недостаточно взрослыми, чтобы до этого времени иметь дело с такими вещами.

«А толку расписывать технику применения? Применять ее могут лишь единицы, силы нужны немалые. Это уже верхний предел второго октана, многих ты знаешь магов, им обладающих? И вообще в одиночку им выучиться невозможно. По крайней мере, я о таком не слышал».

— … Но профессор Дамблдор придерживается более высокого мнения о вашей выдержке, он считает, что вы справитесь, а я скажу так, чем раньше вы будете знать противника, тем лучше. Как можно защитить себя от того, чего никогда в жизни не видел?

Как защититься от чего—то незримого, неощутимого — но смертельно опасного? Остались ли в мире хоть какие—то способы противостояния магии грани?

— … Волшебник, который собирается применить к вам запрещённое заклятие, не станет делиться своими планами, он не будет действовать открыто, на ваших глазах, вежливо и тактично.

Будет, еще как будет. Гарри рассеянно усмехнулся. Только опытные дуэлянты действуют достаточно быстро, чтобы не дать менталисту возможность прочесть в их сознании дальнейшие ходы и видение боя. Отточенные годами схваток боевые рефлексы, увы, магии разума не поддавались. В остальных случаях у Гарри была чудесная возможность сплести контрпроклятье или кинуться в сторону еще до вербального оформления заклинания, чем он и пользовался.

Демонстрация трех непростительных его не впечатлила. Видел уже. И даже на себе испытывал. Но настроение после урока все равно оказалось мерзким, да и сочувствующие взгляды, в глубине полные жадного любопытства, особой радости не внушали. Как выжить после смертельного проклятья? Да очень просто, всего лишь стать приманкой для Темного лорда, пешкой Дамблдора, которая никогда не должна была встать на доску.

Хоть Снейп отстал, не назначал отработок по вечерам. Причем не назначал их всей школе либо отправлял особо провинившихся к Филчу и Спраут, у которой как раз поспевали бубонтюберы. Поговаривали, будто вечерами он что—то варит, запершись в лаборатории. Гарри, кажется, догадывался, что именно. Ну—ну, удачи, профессор, но не надейтесь на помощь предоставленных Невиллом воспоминаний об уроке. Он не видел призрачных ягод и не сможет их вспомнить, а омут память никогда не считался самым объективным способом разделения воспоминаний. Правда, при мысли о Снейпе, раз за разом перебирающим новые сочетания и пропорции ингредиентов, лежавших тогда на столе Гарри и Невилла, становилось немного стыдно. Совсем немного, не настолько, чтобы пойти покаяться или подбросить зельевару горсть ягод из—за грани. Гарри поспорил с Крисом, что какое—нибудь зелье профессор все же изобретет. Пусть не омолаживающее, но сварит. Крис стоял на том, что Снейп вспомнит прошлогодний случай с крысой и догадается, что любимый ученик от нечего делать мог сунуть в котел первую попавшуюся ему на глаза гадость. И потребовать полного отчета, возможно, с применением легиллименции. Логически предположить, что в тот день могло оказаться в кармане Гарри, совершенно не представлялось возможным, ибо в карманах у Поттера могло найтись… ну, одним словом, туда лучше было бы не совать руки. Либо ими, либо рассудком можно было легко пожертвовать при столь неосмотрительных действиях.