с ума он не сошел и всегда знал точно, чего хочет. Чего он хотел на этот раз?»
– А камень был какой? – спросил он.
– Бельзор. Непонятно…
Тетка Чари присвистнула. Сварог растерянно кивнул:
– Действительно…
Бельзор – еще одна разновидность чудо-камней, добываемых на Островах.
Добывают его горняки с заткнутыми ушами, и на тамошние прииски с превеликой охотой берут глухих, потому что люди с нормальным слухом долго не выдерживают, несмотря на высокую плату и хитромудрые затычки для ушей…
Бельзор именуют «орущим камнем». Невидный, темно-коричневый с редкими белыми крапинками, мягкий и слоистый, как слюда. Этот минерал был бы совершенно бесполезным, не надели его природа преудивительнейшим качеством. Чтобы высечь из кремня искры, нужно скребнуть по нему железом.
Чтобы бельзор издал дикий поросячий визг, достаточно чиркнуть по нему ногтем.
Никто не знает, почему так получается, это самый обычный камень.
Должно быть, и Творец любит порой пошутить. Или создавал этот камень с дальним расчетом, неисповедимым для смертных… Легко понять, что работающие с бельзором мастерские располагаются за городской чертой – никаких официальных предписаний на сей счет нет, но любой, вынужденный жить по соседству с таким заведением, подожжет его через неделю и непременно будет оправдан в суде…
– Значит, ваш папаша хочет там устроить сокровищницу, – сказала тетка Чари. – Только и всего. Где же еще применяют бельзор, как не в «денежных комнатах»?
– У нас прекрасная сокровищница, – покачала головой Делия. – Прадед построил. Она и без того выложена бельзором, за девяносто лет туда ни один вор не смог забраться. Правда, дедушкин министр финансов украл пару миллионов – но путем махинаций с документами, а это совсем другое…
– Интересно, что ваш дедушка с ним сделал? – фыркнул Сварог.
– Шкуру содрал, конечно, – безмятежно сказала Делия. – Дедушка был крут.
– Содрал в прямом смысле или в переносном?
– В обоих. Так что не удивляйтесь, милорд, моей стойкости в борьбе с невзгодами. У меня великолепная наследственность. Кто-то из первых Баргов, кажется Могарек, месяц прятался в лесной хижине, питаясь сырыми зайцами и молодым крыжовником, но своего часа дождался и столицу отвоевал назад…
Но все-таки, как вы думаете, зачем отцу такая комната?
– Я вижу единственное объяснение, – сказал Сварог. – Ему нужна была комната, где в стене не проделаешь незаметно дырочку.
– Это и так ясно, – пожала плечами Делия. – Но зачем?
– Чтобы не просунули трубочку, не прыснули ядом…
– Глупости, – сказал она. – Отыщется сотня случаев подсунуть яд проще и незаметнее… Странно…
– А знаете, что лично мне кажется странным? – спросила вдруг тетка Чари.
– Что?
– Полнейшая пустота на реке. Ни единого суденышка.
– Этот чертов шаррим…
– Шаррим, между прочим, не должен распространяться на середину реки, поскольку там – нейтральные воды. Мы – на самом кратком речном пути, соединяющем закатный и восходный берега континента. Обычно здесь не протолкнуться от иностранных судов. Раз двадцать приходилось проплывать по Аки и Рону и всегда стоит чуть ли не толчея… А сейчас – пусто, словно проплыл Великий Кракен. Или согласно девятому параграфу Кодекса о речном судоходстве перекрыты ронерские границы. Особые условия, дающие право на исключения… – Она повернулась к Бони. – Ступай-ка ты, соколик, в кочегарку. Посиди там, вдруг понадобится выжать полный пар. А с пулеметом и командир справится.
– Я в истопники не нанимался… – слабо, скорее для самоутверждения, ерепенился Бони.
– Принцесса тоже не нанималась – и ничего, кидала. Марш!
Бони потащился вниз. Микрофоны, осенило Сварога. Выложенная бельзором комната – прекрасная защита от любопытствующего нахала, которому вздумается продырявить стену тонюсеньким сверлом и просунуть микрофон на тонюсеньком проводке… Стоп. Земные разведки микрофонами не располагают пока что. А для восьмого департамента микрофоны с проводами – позавчерашний день. И если Конгер ухитрился неведомыми способами дознаться о существовании микрофонов, мог заодно и узнать, что они бывают без проводов, так что любой бельзор будет бессилен… Действительно, странно.
Ладно, это проблемы Конгера, тут со своими бы разделаться…
– Накаркала я, – без выражения сказала тетка Чари.
– Что? – встрепенулся Сварог.
Она кивком показала вперед.
Над горизонтом, где зеленоватая вода сливалась с голубым небом, создавая некое подобие лоранского флага, меж крутыми, обрывистыми берегами, взметнувшимися на добрую сотню уардов, чернело шесть дымков с разлохмаченными вершинами, в равных почти промежутках протянувшихся поперек реки.
– Торжественная встреча, – сказала тетка Чари. – Медяшка надраена, пушки заряжены…
– Может, совпадение какое? – уныло предположил Сварог, сам в совпадения не веривший.
– Когда шесть вымпелов поперек фарватера? Голубчик, нас в лихие времена столько раз ловили и поджидали в засаде, что я такие вещи спиной чувствую. – И вопросительно взглянула на него, понимала субординацию насквозь и оттого не стала ничего предлагать сама, оберегая авторитет командира. Правда, единственными свидетелями их разговора были капрал и Делия, но это ничего не меняло.
– Полный вперед, – сказал Сварог. Перехватив ее неодобрительный взгляд, пожал плечами. – Лучше уж убедиться поскорее. Если что, быстренько повернем, а буде окажется, что и вверх по течению приготовлена столь же теплая встреча, причалим к тому берегу и поскачем на отдохнувших лошадках…
– И весело поедем в Хелльстад? – тихо спросила Делия. – Потому что другого пути просто не будет…
– И весело поедем в Хелльстад, – сказал Сварог, подвигал пулемет на громоздком станке, вверх-вниз, вправо-влево. – Шег, без команды не стрелять!
– Понял, – бросил капрал, не оборачиваясь. Он уже уложил в желоба ракеты и замер, хищно пригнувшись, держа обе руки на огромных барашках поворотных винтов.
Сварог, вытянув шею, взглянул на головки громоздких ракет. Покрутил головой. Капрал уложил одну с красным оперением и три с желтым. Красное оперение означало картечь, а желтое – «гаррогельский огонь», студенистую адскую смесь, браво горевшую даже на воде, нечто вроде здешнего напалма.
Шедарис готовился воевать обстоятельно и серьезно, на совесть отрабатывая будущий герб…
Проследив направление его взгляда, тетка Чари хохотнула и заунывно процитировала:
– «Применение „гаррогельского огня“ судном, не входящим в состав военных флотов держав Виглафского Ковенанта, влечет за собой причисление означенного судна к пиратским независимо от флага и обстоятельств применения. Экипаж поголовно карается повешением или пожизненными каторжными работами». Вот не думала опять попасть под пятый параграф…
– Со мной вас всех ждет масса удовольствий и острых ощущений… – задумчиво сказал Сварог, выругав про себя отвечавшего за боеприпасы «Принцессы» Брагерта. Ну, в конце концов, не выбрасывать же за борт «желтоперки»?
На душе у него стало скверно. Беспокоила не засада как таковая, а выбранное для нее место – аккурат лигах в трех от того места, где беглецы вышли к реке. Снова совпадение? Бабушке вашей скажите…
Он взял подзорную трубу, раздвинул во всю длину. Дымки из тонких ниточек стали
