В первый праздник Иисус с учениками справлял пасху, и Иуда, думая, что Иисус не знает про его измену, был с ними. Но Иисус знал, что Иуда продал его, и, когда все они сидели за столом, Иисус взял хлеб, разломил на двенадцать частей и подал по куску каждому ученику, и Иуде так же, как и другим, и, не называя никого, сказал: возьмите, ешьте мое тело. И потом взял чашу с вином, передал им, чтобы они все, и Иуда пил из нее, и сказал: один из вас прольет мою кровь. Пейте мою кровь. Потом Иисус встал и стал всем ученикам мыть ноги, и Иуде, и когда кончил, то сказал: я знаю, что один из вас предаст меня на смерть и прольет мою кровь, но я накормил и напоил его и вымыл ему ноги. Я сделал это затем, чтобы научить вас, как надо поступать с теми, которые делают вам зло. Если будете поступать так, то будете блаженны. Ученики же всё спрашивали, кто из них предатель. Но Иисус не назвал его, чтобы они не наказали его. Когда же стало темно, Иисус указал на Иуду и в то же время велел ему уходить. Иуда встал из-за стола и убежал, и никто не остановил его. Тогда Иисус сказал: вот что значит возвысить сына человеческого. Возвысить сына человеческого значит быть таким же благим, как отец, не к одним любящим нас, но ко всем, и к тем, которые делают нам зло. И потому не рассуждайте об учении моем, не разбирайте его, как это делали православные, а делайте то, что я делал и теперь сделал перед вами. Одну заповедь даю вам: любите людей. Всё учение мое в том, чтобы всегда и до конца любить людей. После этого на Иисуса напал страх, и он с учениками ночью пошел в сад, чтобы укрыться. И дорогой сказал им: вы все не тверды и все робки: если меня станут брать, вы все разбежитесь. На это Петр сказал ему: нет, я не оставлю тебя и буду защищать, хотя бы до смерти. И все ученики то же сказали. И тогда Иисус сказал: если так, то приготовьтесь к защите, заберите запасы, потому что придется скрываться, и заберите оружие, чтобы защищаться. Ученики сказали, что у них есть два ножа. И когда Иисус услыхал это слово о ножах, на него нашла тоска. И, зайдя в пустынное место, стал молиться и к тому же побуждал учеников; но ученики не понимали его. Иисус сказал: отец мой, дух! прекрати во мне борьбу искушения. Утверди меня в исполнении твоей воли, не хочу своей воли, чтобы защищать свою плотскую жизнь, а хочу твоей воли, чтобы не противиться злу. Ученики всё не понимали его. И он сказал им: не думайте о плотском, а старайтесь подняться духом: сила в духе, плоть бессильна. И в другой раз сказал: отец мой! если неизбежны страдания, пусть они будут; но и в страданиях желаю одного, чтобы свершилась во мне не моя, но твоя воля. Ученики не понимали. И он опять боролся с искушением и, наконец, победив его и подойдя к ученикам, сказал: теперь решено, можете быть спокойны, я не буду бороться и отдамся в руки людей мира этого.
Лук. XI, 53. После этого стали православные архиереи всеми силами подыскиваться под Иисуса, чтобы как-нибудь погубить его.
Иоан. XI, 47. Они собрались в совет и стали судить. Они говорили: надо как-нибудь прекратить этого человека.
48. Он так доказывает свое учение, что если оставим его, все поверят в него и бросят нашу веру. Уж и теперь половина народа поверили в него. А если иудеи поверят в его учение о том, что все люди сыны одного отца и братья, что нет в нашем народе еврейском ничего особенного от других народов, то римляне совсем заберут нас, и не будет больше еврейского царства.
Лук. XIX, 47. И долго советовались православные архиереи и ученые и не могли придумать, что с ним делать.
48. Они не могли решиться убить его.
Иоан. XI, 49. И тогда один из них, Каиафа (он был первосвященником в этот год), придумал вот что: он сказал им:
50. Надо вот что помнить: одного человека полезно убить для того, чтобы не погиб весь народ. Если мы оставим этого человека, то народ погибнет, это я предсказываю вам, и потому лучше убить Иисуса.
52. Если даже и не погибнет народ, то все-таки он разбредется и отойдет от единой веры, если мы не убьем Иисуса. И потому лучше убить его.
53. И когда Каиафа сказал это, тогда все решили, что нечего думать и надо непременно убить Иисуса.
54. Они бы и сейчас взяли Иисуса и убили бы его, но он скрывался от них в пустыне.
55. Но в это время подходил праздник пасхи, и много народа всегда сходилось в Иерусалим к празднику.
56. И православные архиереи рассчитывали на то, что Иисус с народом придет к празднику.
57. Вот они и повестили в народе, что если кто увидит Иисуса, то привел бы его к ним.
Иоан. XII, 1, 2. И случилось так, что за шесть дней до пасхи Иисус сказал ученикам: пойдемте к Иерусалиму. И пошел с ними.
Иоан. XI, 8. И сказали ему ученики: не ходи в Иерусалим; архиереи решили теперь побить тебя камнями. Если придешь, они убьют тебя.
9. И Иисус сказал им: я ничего не могу бояться, потому что я живу в свете разумения. И, как всякий человек, чтобы не спотыкаться, может ходить днем, а не ночью, так всякий человек, чтоб ни в чем не сомневаться и ничего не бояться, может жить разумением.
10. Только тот сомневается и боится, кто живет плотью; а кто живет разумением, для того ничего нет ни сомнительного, ни страшного.
Иоан. XII, 2. И Иисус пришел в деревню Вифанию подле Иерусалима к Марфе и Марии. И сестры сделали ему там ужин. И когда он сидел за ужином, Марфа служила ему.
3. А Мария взяла фунт дорогого, цельного, пахучего масла, пролила его на ноги Иисусу и вытирала их своими волосами. И когда по всей горнице разошелся дух от масла,
4. Иуда Искариотский сказал:
5. напрасно Мария потратила масло дорогое. Лучше бы это масло продать на триста гривен и отдать нищим.
8. А Иисус сказал: нищие еще будут у вас, а меня уж скоро не будет.
7. Она это хорошо сделала, она приготовила мое тело к погребению.
12. Поутру Иисус пошел в Иерусалим. Народу было много к празднику.
13. И когда узнали Иисуса, то окружили его, стали срывать ветки с дерев и кидали ему одежду свою на дорогу и все кричали: вот он, наш истинный царь, тот, который научил нас истинному Богу.
14. Иисус сел на осленка и ехал на нем, а народ бежал перед ним и кричал.
Мф. XXI, 10. И так въехал Иисус в Иерусалим. И когда он въехал так в город, взволновался весь народ и спрашивал: кто это такой?
11. И те, кто знали его, отвечали: это Иисус, пророк из Назарета Галилейского.
15. И вошел Иисус в храм я опять повыгнал оттуда всех продавцов и покупателей.
Иоан. XII, 19. И видели всё это православные архиереи и говорили друг другу: смотрите, что делает этот человек. Весь народ за ним идет.
Марк. XI, 18. Но не смели они прямо взять его из народа, потому что видели, что народ пристал к нему, и придумывали, как бы им хитростью взять его.
Иоан. XII, 20. Между тем Иисус был в храме и учил народ. В народе, кроме иудеев, были греки язычники. Греки слышали про учение Иисуса и понимали его учение так, что он учит истине не одних евреев, но всех людей.
21. И потому они хотели быть тоже его учениками и сказали об этом Филиппу.
22. А Филипп сказал Андрею. Ученики боялись сводить Иисуса с греками. Они боялись, чтобы народ не озлобился на Иисуса за то, что он не признает разницы между евреями и другими народами, и не решались долго сказать это Иисусу, но потом оба вместе сказали ему. Услыхав то, что греки желают быть его учениками, Иисус смутился. Он знал, что народ возненавидит его за то, что он не делает разницы между иудеями и язычниками, за то, что сам признает себя таким же, как язычники.
23. Он сказал: пришел час объяснить то, что я понимаю под сыном человеческим. И пускай я погибну за то, что я без различия между иудеями и язычниками объясняю значение сына человеческого, но я буду говорить истину.
24. Пшеничное зерно только тогда принесет плод, когда само погибнет.
25. Тот, кто любит свою плотскую жизнь, тот теряет жизнь истинную, а кто небрежет жизнью плотской, тот сохраняет ее в жизнь вечную.
26. Кто хочет служить моему учению, тот пусть делает то же, что и я. А кто делает то же, что и я, тот будет награжден отцом моим.
27. Душа моя борется теперь: отдамся ли я расчетам временной жизни, или исполню волю отца теперь, в этот час. И что же, неужели теперь, когда наступил тот час, в котором я живу, я скажу: отец, избавь меня от того, что я должен делать. Не могу я сказать этого, потому что я живу теперь.
28. И потому говорю: отец! прояви себя во мне.
31. И сказал Иисус: отныне приговорен к погибели мир людей. Отныне то, что владеет этим миром, будет уничтожено.
32. И когда будет возвеличен сын человеческий над земною жизнью, то он всех соединит в одно.
34. И тогда иудеи сказали ему: мы понимаем по закону, что есть вечный Христос; как же ты говоришь, что должен возвеличиться сын человеческий? Что же такое значит возвеличить сына человеческого?
35. На это Иисус отвечал им: возвеличить сына человеческого значит жить тем светом разумения, которое есть в вас.
