ее глаза, чтобы она наслаждалась жизнью. Я никогда не видел, чтобы моя мама танцевала. А встретив Роберто, она научилась любить жизнь.
— Бабушка непредсказуема. Она всем навязывает свое мнение. Боюсь, как бы у отца не начались проблемы с разводом.
— У твоего отца достаточный штат юристов. Кстати, ты можешь ему помочь. Рамона не в силах будет заставить Роберто жить так, как хочется ей.
Виктория присела на диван.
— Прав был папа, когда сказал, что можно уехать на край света, но невозможно убежать от своих мыслей. Мы здесь, в другом городе, вдали от всех своих родных, а все равно думаем о них. Переживаем.
Даниэль чуть склонил голову.
— Мы переживаем и волнуемся за тех, кто нам дорог, — он присел рядом с ней, убрал волосы за ушко. — Но ты права, — он поцеловал ее в шею, — нам надо на время забыть обо всех и всем. Просто наслаждаться этими днями. Нашим медовым месяцем.
— Всего неделя, — напомнила Виктория.
— Неделя. Но какая. Она останется в нашей памяти навсегда…
Карлос смотрел, как Сабрина убирает со стола. Он думал о Кристине. Ему безумно хотелось поговорить с ней, но Роберто ни на минуту не оставлял ее одну. Словно защищал, оберегал. Что же произошло? Что они такого узнали?
— Ты думаешь о том же, о чем и я? — спросила его Сабрина.
— Хочу забыть, но не получается. Вроде бы ничего страшного. Все закончилось хорошо.
— Ты прав, — Сабрина присела за стол. — От мыслей никуда не денешься. Хочется забыть, Ане получается.
Карлос присел напротив нее. Он ведь знал, что Сабрина не родная дочь Кристины, но не мог сказать ей об этом. Ведь тогда ему нужно сказать, почему Кристина открыла ему правду. Сейчас еще нельзя. Еще не пришло время.
— Кристина была такой радостной, — задумчиво произнес Карлос.
— Ее глаза так сияли, я знаю маму, она умеет радоваться, но сегодня все было по-другому. В нашем доме часто проходили вечера, но мама и папа никогда не танцевали, словно не любили, не умели, не могли. А сегодня, я увидела ее с другой стороны. Что она обычная женщина, которой тоже хочется быть любимой. И кто бы что бы ни говорил, Роберто ее любит, как и она его. Я не видела, чтобы мама целовала папу, а тут при всех она позволяла это Роберто.
— Думаю, что Роберто и не собирался ни у кого спрашивать разрешение.
— Они вели себя так, словно…
— Муж и жена, — закончил за нее Карлос.
— Вот именно. Когда они вновь вернулись в церковь ив стали рядом. Как будто бы родители.
— Но они и есть родители.
— Я подумала об отце. Мама никогда не любила его как мужчину. С Роберто же ведет себя по-другому.
— Не надо, Сабрина. Не думай о том, чего не могло бы быть. Не обвиняй Кристину в вольном поведении. Мы же понимаем, да и ты сама говорила, что с Рафаэлем они были просто друзьями, хоть и являлись супружеской парой.
— Я головой это понимаю, а сердце болит, что папа…
— Он был счастлив с Кристиной по-своему.
— Возможно ты прав. Они так решили. Это был их выбор. Только мне очень жаль отца и маму, — в этот момент Сабрина подумала о Луз.
— Мне жаль всех, — Карлос сжал ее руку. — Но не будем оглядываться, поверь, впереди нас ждет только радость.
— Да, я знаю, я очень благодарна маме, — в этот раз Сабрина уже говорила о Кристине. — Она самая лучшая. Она любит нас. Тебя. Ты стал нашей семьей.
Карлос кивнул. Он и есть их семья. Кристина его настоящая мать. Сабрину же просто воспитала, но она никогда не обделила лаской.
— Думаю, что скоро и Роберто станет частью нашей семьи, — прошептала Сабрина. — Честно, я очень хочу, чтобы мама была счастлива. А Роберто, это именно тот мужчина, который способен это сделать. Только я не могу не думать о папе. Он тоже заслуживал счастья.
— Все его заслуживают, те, кого мы знаем, и даже те, о ком не имеем понятия. Как бы прискорбно это не звучало, извини меня сразу, но думаю, что сейчас твоему отцу было не очень комфортно. Кристина, встретив Роберто, не смогла бы более оставаться с Рафаэлем. ТЫ же это понимаешь?
— Не знаю. Может быть, она бы вообще не позволила себе никаких отношений.
— А было ли это правильным?
— Не знаю. Нельзя строить свое счастье на несчастье другого.
— Да, мы все любим говорить эти слова, но жизнь устраивает нам испытания, мы совершаем поступки, о которых можем потом сожалеть. Кому-то наши действия приносят разочарования. Следовать, поступать и жить — это все разные вещи. Мы живем сегодня. Я не верю, что ты была бы согласна с тем, чтобы Кристина и Рафаэль продолжали изображать счастливую семью. Роберто и Палома расстались.
— Ты абсолютно прав. Я все понимаю. Просто мне очень не хватает папы.
— Сабрина, ты не одна. Я всегда буду рядом. Даниэль, Виктория — мы все одна семья. Кристина никогда не разлюбит тебя. Она твоя мама.
— Она лучшая мама на свете.
Карлос постарался улыбнуться. Он верил в эти слова. Был рад, что Кристина и его мать тоже. И был благодарен судьбе за то, что она позволила ему узнать материнскую любовь.
— Когда они вернутся. Ты сможешь поговорить с Кристиной.
— Я хочу и не хочу этого. Порой, когда ты не знаешь — живешь спокойно. Мама должна обрести свое счастье. Я верю в Роберто. Конечно, у них еще очень много проблем и забот. Впереди у Роберто развод. Как все сложится? Да еще есть его мать, которая не очень-то жалует Кристину.
— Роберто решит этот вопрос. На свадьбе Виктории ее не было видно. Она успокоится.
Он понимал, что гораздо сложный вопрос возникнет с его отцом Алехандро. Он ни за что не отступится. Он не даст Кристине жить спокойно. Вот это большая проблема. И это еще Даниэль ничего не знает.
— Как ты думаешь, когда вернется мама? — спросила Сабрина.
— Думаю, что к приезду Виктории и Даниэля. Я слышал, как Роберто сказал Энрике, чтобы он не ждал Кристину на работу в течение недели. Они устроили себе отпуск. У Виктории и Даниэля медовый месяц. Так что мы остались одни.
Сабрина улыбнулась. Пожить в тишине вдвоем — прекрасная перспектива…
Возможно ли наверстать упущенное время? Этого хочется каждому, порой понимая, сколько всего могло бы быть. Особенно остро это чувствуешь, когда начинаешь терять, когда обретаешь вновь. Проходят минуты, часы. День сменяется другим. Время не стоит на
