Читаем без скачивания Теории личности - Л Хьелл

Второй вопрос касается роли основных положений в формировании теоретической системы, а именно, их влияния на построение теории на начальных стадиях. С нашей точки зрения, осознавал их на начальном этапе персонолог или нет, философские положения теоретика о природе человека одновременно расширяли и сужали его взгляды на личность. В качестве примера рассмотрим положение свобода — детерминизм. Любой теоретик, придерживающийся положения свободы, будет, по определению, придавать особое значение тем аспектам функционирования человека, которые предполагают, что люди способны контролировать собственное поведение. Далее положение свободы в соединении с творческой мыслью теоретика способно открыть для него какие — то новые направления, в русле которых он будет стремиться объяснить сущность природы человека.

Таким образом, положение свободы значительно расширяет взгляды теоретика на личность. Теоретик стремится детально изучать определенные области функционирования человека и изобретать теоретические концепции для их описания и объяснения. В то же время, однако, неимоверная сложность поведения и переживаний человека предполагает, что перспективы также и сужаются. Теоретик игнорирует или сводит до минимума те аспекты поведения человека, которые хорошо объяснимы в терминах детерминизма. Например, теоретик, провозглашающий идею о том, что люди имеют неограниченную свободу, несомненно, не будет придавать большого значения или даже будет отвергать важность физиологических, генетических и ситуационных детерминант поведения. Хотя эти аспекты поведения человека тоже следует как — то объяснить, теоретик не принимает во внимание никакие соображения или, по крайней мере, снижает их роль. Следовательно, положение свободы направляет персонолога по определенным теоретическим тропам, открывая ему глаза на какие — то аспекты поведения человека, которые, возможно, до него не рассматривались, и в то же время заставляя его «в упор не видеть» другие важные составляющие психологического портрета человека.

Конечно, все это относится также и к ученому, стоящему на позиции детерминизма. Данное положение ведет его по другим теоретическим тропам, заставляя сосредоточивать внимание на тех аспектах поведения человека, которые демонстрируют влияние среды, и игнорировать или не придавать большого значения действиям человека, которые отражают свободный выбор. Тем не менее, сложность и неоднозначность поведения человека заставляют признать, что свобода также является характеристикой человека. Если теоретик придерживается узкого взгляда и допускает только детерминизм, в результате получается довольно односторонняя картина человечества. Таким образом, становится ясно, что является теоретик непоколебимым детерминистом или стойким последователем свободного выбора, его позиция по этому положению в определенной мере ограничивает объяснение природы человека.

Положение свобода — детерминизм — только одно из девяти, обсуждавшихся в этой книге. Мы считаем, что остальные восемь основных положений оказывают точно такое же влияние на создание и разработку теорий личности. Хотя каждое из них может иметь большее или меньшее значение по мнению данного теоретика, (например, положение субъективность — объективность является центральным в теориях Роджерса и Скиннера и периферическим в позициях Олпорта и Бандуры), все девять положений влияют на персонолога, когда он создает свою теорию. Ни один теоретик не строит концепцию в вакууме, он собирает данные и в рамках существующих философских представлений размышляет о природе человечества. Из того факта, что основные положения отражают различия в восприятии поведения человека разными теоретиками, следует, что можно рассматривать личность с разных точек зрения.

И третий вопрос: являются ли исходные положения о природе человека единственным фактором, влияющим на построение теории личности? Конечно же, нет. Философские воззрения персонолога постоянно подвергаются множеству других воздействий при построении или пересмотре теории. Кроме основных положений, на мнение теоретика влияют такие факторы, как исторический период, в котором он живет, объем психологического знания, объем его знаний о психологии и других дисциплинах, академическое образование и другие контакты с миром идей, общение с коллегами (и в некоторых случаях с пациентами) и, в целом, жизненный опыт теоретика. Никогда не следует забывать, что теоретики, исследующие личность, сами являются людьми, перед которыми стоит задача создать теорию о людях. Как и у всех нас, их сознание подвержено влиянию множества жизненных обстоятельств, происходящих во времени и в социальном контексте. Следовательно, мы должны помнить, что каждая теория личности каким — то образом отражает биографию, а также основные положения создателя этой теории.

В качестве примера этого эффекта взаимодействия вновь рассмотрим положение свобода — детерминизм. И Фрейд, и Скиннер были непоколебимыми детерминистами; они были совершенно уверены в том, что все действия человека абсолютно детерминированы и такой возможности, как свободный выбор, не существует. Но на вопрос, что конкретно определяет поведение человека, эти два теоретика отвечали совершенно по — разному, потому что положение детерминизма взаимодействовало с другими факторами в жизни каждого из них. Фрейд, например, был врачом, жил в такое время и в таком обществе, где сексуальность фактически была под запретом, и средством к существованию для него было лечение пациентов. Следовательно, он искал детерминанты поведения внутри человека, в его биологии, в каком — то локусе причинности, не осознаваемом его пациентами в себе, в том, что связано с сексуальностью, которую пациенты не могли выразить в своей повседневной жизни и которая так беспокоила их. Ид во всей его бессознательности, иррациональности и сексуальной силе и славе было конечным результатом поиска Фрейдом детерминант поведения.

А Скиннер, который обожал механические приспособления даже в молодые годы, был академически воспитан на точности, интересе к животным, поглощенности процессом научения и беззаветной преданности инвайронментализму в американском бихевиоризме. Скиннер зарабатывал на жизнь в научных лабораториях, работая с испытуемыми — животными и людьми, изобретая и конструируя оригинальные экспериментальные приборы, разрабатывая и проводя эксперименты по научению и вообще манипулируя переменными окружения. Совершенно не удивительно поэтому, что внимание Скиннера было сосредоточено на детерминантах поведения, находящихся вне человека. Разумеется, он преуспел, найдя их в окружении, что отражено в его центральной и хорошо сформулированной концепции подкрепления.

Когда мы представляем себе позицию каждого теоретика по всем девяти основным положениям и то, как они взаимодействуют с его уникальными жизненными обстоятельствами, мы начинаем понимать, из чего образуется формальная структура теории личности. Говоря так, мы ни в коей мере не хотим преуменьшить роль основных положений в теоретическом построении; мы просто помещаем эти положения в определенную систему координат. Как указывалось ранее, сам процесс создания теории о человечестве основывается на определенных философских положениях. Однако различия взглядов и концепций, сформулированных теоретиками, также обусловлены различием их личного опыта.

Остается один заключительный вопрос: какова будет роль основных положений в теории личности будущего? С осторожностью мы отвечаем, что так как они имеют отношение к основному вопросу — что есть человечество, их роль будет оставаться неизменной. Основные положения, касающиеся человеческой природы, будут являться основой для всех будущих теорий личности, независимо от их специфического содержания или формы. А вот теории, гипотезы, методология и эмпирические исследования, которые образуют психологию личности как дисциплину, изменятся. Появятся новые теоретики, которые по — другому соотнесут свои переживания и уникальные особенности личности с основными положениями. Вероятно, они получат новые данные о поведении человека, относящиеся к психологии и другим смежным дисциплинам. В то же время можно ожидать, что изменившиеся условия в мире повлияют на их теории так же, как они повлияли на теории их предшественников. Все ученые, о которых мы писали в этой книге, испытали на себе воздействие событий, происходивших в то время, когда они жили. Влияние первой мировой войны на концепцию Фрейда об агрессивности человека — только один из примеров. Тем не менее, мы полагаем, что философские положения будут оставаться той структурой, на основе которой личностные теории будут создаваться в обозримом будущем.