будете как ребенок.
Он удивленно поднял бровь, посмотрел на Юнис, затем на Вини.
— Я думаю, что это могла бы сделать любая из вас в отдельности, но вдвоем?
— Джейк, вы пошлый старик. Смотрите — Вини уже покраснела. Но мы можем, не так ли, Вини? Наш «мани хум».
— О да, можем, мистер Саломон.
— Крови и переломанных костей не будет?
— О нет, сэр! Это очень успокаивает. Расслабляет.
— Все можно попробовать хотя бы один раз.
— Но вам для этого придется раздеться, — сказала Джоанна.
— Я так и знал, что здесь какой-то подвох.
— Джейк, вы можете оставить на себе трусы. Но мы разденемся, от этого больше эффект. Мы так настраиваемся на упражнения. Идите разденьтесь, затем наденьте трусы и халат. Мы придем к вам в зеленую комнату. Сразу после этого вы перекусите, примете ванну и отправитесь спать.
— Может быть, мне лучше сперва искупаться? После дня в суде от меня разит, как от скунса.
— Нормально пахнет. В любом случае мы с Вини теперь можем управлять своими ощущениями и при желании можем не обонять… или слышать какой-нибудь отвлеченный звук, или еще что-нибудь.
— Это правда, мистер Саломон.
— О'кей. Вини, если она будет меня бить, вы меня защитите. Адье, дорогие.
— Мы придем через пять минут, Джейк. Как только девушки остались вдвоем, Винифред сказала:
— Вы снова хотите, чтобы я разделась догола?
— Первый раз вы не раздевались. А наш дорогой доктор, конечно же, заметил, что вы красивая девушка. Мне показалось, что вас он поцеловал лучше, чем меня. Перестаньте краснеть, Вини. Если хотите, можете раздеться не полностью. Но вы должны пойти со мной. Иначе Джейк подумает, что я пытаюсь соблазнить его.
— О, мистер Саломон никогда о вас так не подумает!
— Он мужчина. Он такой же мужчина, как наш дорогой доктор. Мне нужна компаньонка, поскольку я всего лишь хочу ему помочь, чтобы он заснул без снотворного. У бедняжки сегодня был тяжелый день. Вини, он замечательно вел себя в суде; я расскажу вам об этом попозже. Давайте разденемся и накинем эти скромные халаты. — Вдруг она остановилась. — Может быть, я нарушаю ваши планы? У вас не назначено свидания?
Мисс Герстен снова покраснела.
— Назначено, но позже.
— Пауль допоздна работает? Извините. Это не мое дело.
Маленькая сестричка стала совсем пунцовой, но ответила спокойно:
— Мои дела — ваши дела, мисс Джоанна. Я должна ухаживать за вами — и я буду это делать! Но вы кажетесь мне старшей сестрой.
— Спасибо, Вини, дорогая. Но старшие сестры не должны чересчур любопытствовать.
— Я собиралась сказать вам, что мы с Паулем расстались.
— О, как жалко!
— Вовсе нет. Я не думаю, что он захотел бы из-за меня развестись со своей женой. И он обманывал меня. Но… Боб неженат. Пока.
— Пока? Вы планируете выйти замуж, дорогая?
— Я не думаю, что замужество можно запланировать. Оно происходит случайно. И неожиданно, как удар грома.
— Возможно, вы правы. Дорогая, всегда приходится делать выбор: либо выходить замуж, либо наслаждаться жизнью. К тому же «Боб» такое заурядное имя, что у меня даже нет желания угадать, кто он. По крайней мере, если я его не увижу.
— Скорее всего, не увидите. Он поднимается на служебном лифте и входит в мои комнаты через задний коридор — никто, кроме дежурного караульного, не видит его. А караульные не сплетничают,
— Если какой-нибудь караульный станет в этом доме о чем-нибудь сплетничать и я об этом узнаю, он окажется без работы так быстро, что у него голова закружится. Вини, я могу простить сплетни остальному персоналу, но у караульного особое положение, он облечен большим доверием и должен держать язык за зубами. Вини, если вы когда-либо захотите встретиться с Бобом — или еще с кем-нибудь — в каком-либо другом месте, то мои охранники доставят вас туда и заберут оттуда, а я даже не буду знать, где вы были.
— Спасибо. Но это самое безопасное место для нас… сейчас так мало безопасных мест. Правда, здесь он может почувствовать себя стесненно. Но что касается меня, то я горжусь им!
— Так и надо, дорогая. Как экс-мужчина, я знаю, что такое отношение мужчина ценит больше всего. «Горжусь им…» Но нам надо поспешить: мы заставляем Джейка ждать. Если вы собираетесь надеть трусики, то подыщите какие-нибудь обтягивающие. И спасибо, что одолжили мне этот наряд — без фартука и кепки он оказался очень эффектным. Я снимала на некоторое время накидку. Потом расскажу.
Через полминуты девушки уже спешили по коридору в зеленую комнату, каждая в халате и босиком. В последний момент Вини решила, что раз ее хозяйка будет заниматься медитацией голышом, то и она последует ее примеру.
Они застали советника в купальном халате. Он робко глянул на них.
— Надеюсь мы не заставили вас ждать? — спросила Джоанна. — Ваша ванна готова? Если нет, я наполню ее, прежде чем мы начнем. Затем вы окунетесь и сразу в постель, спать. Затем…
— Я схитрил. Я уже принял ванну — едва теплую, как вы и говорили, и немного поел.
— Хорошо. Тогда после этого — сразу в постель, мы поцелуем вас на ночь, и вы уснете прежде, чем мы успеем выйти. Джейк, это самое простое, что есть в йоге. Это не упражнение. Вдыхаете во время первого повторения молитвы, задерживаете дыхание еще на одно повторение, выдыхаете во время третьего повторения, повторяете молитву еще раз, а затем снова вдыхаете, и так далее. Все вместе, в треугольнике. Вы можете сесть в позу лотоса? Пожалуй, без тренировки вам это не удастся.
— Юнис…
— Да, Джейк?
— Мой отец был портным. До восьми лет я сидел в позе портного. Она подойдет?
— Конечно, если вам будет удобно. Если нет, то сядьте в любую позу, позволяющую вам расслабиться. Вам придется забыть о своем теле.
— Сидя в позе портного, я могу даже уснуть. Но что у вас за молитва?
Джоанна Юнис сбросила свой халат и словно стекла на ковер в позу для медитации: ступни направлены вверх и касаются бедер; ладони лежат на коленях.
— Слова такие: «Ом мани падме хум».
(Ом мани падме хум. Мне следовало бы давно научить Джейка.)
— Я знаю эту фразу. «Сокровище в лотосе». Но что это означает для вас, Джоанна Юнис?
Винифред последовала примеру Джоанны, — быстро разделась и села в «лотос». На этот раз она не покраснела.
— Это означает все и ничего, мистер Саломон. Это все хорошее: храбрость, красота, мягкость, отказ от того, что вы могли бы иметь, и удовлетворенность тем, что вы имеете, и деревья,
