этот сорванец наблюдает за мною! Лиам то почти нагонял свою «жертву», то отставал. К тому же он постоянно отвлекался: то принимался ковыряться прутиком в сугробе, то лепил снежки и закидывал их на крыши домов, то насвистывал, то прыгал по замёрзшим лужам, хрустя ледком… Когда Кэрол свернула на боковую улочку, мальчишка прошёл ещё немного вперёд и лишь затем нырнул на неприметную тропинку между дворами, которая, похоже, тянулась параллельно.
Мы же остановились на площади, у колодца. Идти дальше было рискованно: и самая наивная девица насторожится, если за ней увяжется шумная компания с маленькими детьми. Вряд ли заподозрит слежку, разумеется, но, возможно, откажется от своих планов, если побоится привлекать внимание.
О конечной цели таинственной эскапады Кэрол я, впрочем, уже догадывалась.
– Церковь.
– Да, – кивнула Паола, чудом расслышав одно-единственное слово, произнесённое шёпотом. – Мне тоже так показалось. Вряд ли у мисс Лоринг назначено свидание под бдительным оком отца Адама. Вы ни о чём не хотите рассказать, леди Виржиния?
У меня только вздох вырвался. Нелёгкая судьба сделала Паолу на редкость прозорливой.
Прежде, чем начать рассказ, я посмотрела на Чарльза и Кеннета и удостоверилась, что они не слушают нас. Но мальчики были увлечены игрой: возведение замка из снега, безусловно, интереснее любых взрослых разговоров, даже если замок больше похож на кривой сарай.
– Кэрол влюблена в Роберта Блаузи, – произнесла я, понизив голос. – Когда мы обедали у мистера Лоринга, она обратилась ко мне с необычной просьбой: устроить свадьбу. Мадлен тоже слышала, верно?
Мэдди горячо закивала, подтверждая мои слова, затем попыталась что-то сказать сама, но не сумела и лишь раскашлялась на морозе. Я нашла её руку и сжала, успокаивая и ободряя.
– Значит, чувства мистера Блаузи и мисс Лоринг взаимны? – продолжила Паола, делая вид, что не заметила неловкой паузы.
– Не думаю, хотя сама мисс Лоринг считает иначе, – покачала я головой. – Роберт Блаузи производит впечатление человека, влюблённого исключительно в мистику и суеверия. Вполне допускаю, что он оказывал романтичной девушке знаки внимания, которые она превратно истолковала. Поэтому её отец и выступает так резко против мистера Блаузи. Сомневаюсь, что они не ладят лишь потому, что не сошлись в толковании слов «алхимия» и «колдовство».
– Люди начинали войны и из-за меньшего, – возразила Паола негромко.
В этот момент Чарли потянулся, чтобы украсить рябиновыми ягодами верхушку снежной башни – и, запнувшись, плашмя рухнул прямо на неё. Я невольно отвлеклась от беседы и внутренне сжалась, ожидая, что вот-вот раздастся пронзительный детский рёв. Кеннет ровно пять секунд глядел на брата, который только и мог, что испуганно хлопать ресницами… а затем прыгнул вперёд и принялся растаптывать остатки замка. Чарли перекатился на спину и засмеялся.
От сердца у меня отлегло.
– К счастью, хотя бы сейчас мы избежали снежной войны не на жизнь, а на смерть, – шутливо подвела я итог разговору. – Пожалуй, стоит позднее рассказать Эллису о мисс Лоринг. Вчера её признание не показалось мне важным, да и стрельба по машине увела мысли в сторону. Но теперь я думаю, что это может быть частичкой головоломки.
– Пожалуй, – согласилась Паола. – Но посмотрим, что скажет Лиам. К слову, он что-то задерживается, если мне не изменяет память, то до церкви не так уж далеко идти.
Мадлен вызвалась было проверить, что с ним, но я остановила её. Следить за юрким мальчишкой, пробираясь в пышных юбках по сугробам – сомнительное удовольствие. Если уж и идти, то всем вместе и открыто. К счастью, долго беспокоиться нам не пришлось: Лиам вернулся, раскрасневшийся от бега и странно задумчивый. Мальчики Андервуд-Черри тут же оставили снежные развалины и бросились к нему. Однако он только обнял их машинально и сразу подскочил ко мне.
– Леди Гинни, там что-то странное творится, вот честно, – произнёс Лиам. Кеннет и Чарли, услышав непривычно серьёзный тон, шмыгнули под защиту юбок Паолы. – На кладбище суета, вроде как хоронить кого-то собираются… Кирни какого-то, – добавил он, смешно наморщив лоб. – Это вроде тот, которого лошади затоптали, да? Так вот, могилу уже раскопали почти, хоть земля и мёрзлая. Я думал, что Жёлтая Мисс на похороны пришла, решил назад поворачивать – а она возьми да и юркни в церковь. И не с главного входа, а сбоку откуда-то. Я потоптался – и за ней.
Дальше дело, по словам Лиама, и вовсе приняло странный оборот.
Отец Адам не участвовал в подготовке к похоронам. Более того, в церкви его видно не было – на первый взгляд. Но Кэрол, похоже, прекрасно знала, куда идти. Она заглянула в пристройку и прошла в боковую комнату, где находился спуск в подвал.
– Дальше я не полез, леди Гинни, – виновато поник Лиам, оправдываясь. – Если б меня там поймали – не отвертелся бы. Пришлось на карачках сидеть в пристройке и слушать.
Судя по всему, Кэрол приходила к отцу Адаму не в первый раз и прекрасно знала, где его искать. Он не обрадовался её визиту, однако согласился поговорить. Лиаму удалось расслышать не так уж много, но даже из обрывков фраз складывалась жутковатая мозаика.
«…не может молчать больше…»
«…сильный удар…»
«…ничего не боится теперь…»
«…расскажет всё, и я тоже, и нас обеих повесят, и пускай…»
Отец Адам говорил куда тише, чем Кэрол, но кое-что из его ответов Лиаму удалось различить: «Пока я храню тайну исповеди, молчите и вы».
И ещё:
«Спешка нас погубит».
Мы с Мадлен переглянулись. Паола, не дожидаясь указаний, взяла мальчиков Андервуд-Черри за руки и повела вниз по дороге, обратно к коттеджу Аклтонов. Не знаю, о чём думали остальные, но меня вела одна мысль: надо скорее рассказать обо всём Эллису.
Лиам некоторое время плёлся нами след в след, понурый, как побитая собака. Мадлен то и дело поглядывала на мальчишку. Увлечённая тревожными размышлениями, я видела это, но словно бы не замечала, как если бы находилась далеко отсюда.
Разумеется, он переживал. Услышать такое!.. Кто угодно падёт духом.
Но Мэдди, к счастью, оказалась наблюдательнее и вовремя сообразила, что мальчик, который долго жил в приюте, не станет унывать только из-за того, что услышит разговор возможных соучастников преступления.
– Стой, – наконец не выдержала она и, развернувшись, ухватила Лиама за руку. Затем поймала его сумрачный взгляд и твёрдо приказала: – Говори.
Мальчишка переступил с ноги на ногу, зажмурился – а потом выпалил виноватой скороговоркой:
– Попался я,
