Читаем без скачивания Сборник "След зомби" - Олег Дивов

Но даже сквозь усталость он все равно мечтал об этой прелестной светловолосой девчонке. У него уже несколько дней не было женщины, и от этого он чувствовал себя как-то неуютно.

– Как вам удалось выбраться? Тогда, с Объекта? – спросил Игорь Мэкса.

Тот неопределенно качнул головой.

– Вообще-то хороший командир не дает себя убить, – сказал он. – Я не говорю, что другие старшие групп были хуже, просто у меня с детства повышенное чутье на опасность. Меня за это Мастер… в смысле Витя Ларин весьма недолюбливал. Во всяком случае, мне так казалось.

Вдалеке, за кустами, снова разразился лаем большой опасный зверь. Серый крокодил Винни, по-прежнему заякоренный за сосну, шевельнул обрубками ушей и оглянулся.

– Так мне этот концерт надоел, – заявил Мэкс решительно. – Алекс! Будьте добры… Давайте пройдемся до вольера. Пусть они на вас посмотрят.

Вольер оказался разделенным на три части просторным загоном из металлической сетки на двухметровых столбах. Одна собака валялась расслабленной тушей под навесом, а вторая нервно расхаживала по своему отсеку и появление гостей встретила хрипом и рыком. Обе псины были очень красивые – спины и бока черно-серые, а лапы, животы и подпушка хвоста – почти белого цвета. Лобастые и зубастые мощные кобели.

– Батя! – сказал Мэкс рычащему псу. – Ну что такое? Иди сюда!

Пес со странным именем Батя приблизился к сетке, но рычать перестал.

– Фу! – скорее пролаял, чем сказал Мэкс. Игорь уловил, какая богатая у него интонация. В этом «фу» было все сразу – угроза, приказ, укоризна, требование делать что говорят… И собака, похоже, отлично все поняла. Так как заткнулась, вывалила язык и подошла вплотную. Кисточки на ушах у нее забавно топорщились, а пышный загнутый кверху хвост рассыпался на отдельные пряди цвета слоновой кости.

– Вот, смотри, – командовал собаке Мэкс. – Это Игорь. Это Алекс. Покажитесь, Алекс. Да не бойтесь, вы что, кавказов никогда не видели? Вот. Посмотрел? Ну и молодец. Еще раз гавкнешь, пеняй на себя. Господа, это Батя. А вон того флегматика зовут Хунта. Он у нас интеллектуал, и вы ему не интересны, поэтому мы его подзывать не будем. Ну а с Винни вы уже знакомы, он вас, можно сказать, как родных принял…

«Однако интересное у мужика чувство юмора, – подумал Игорь. – Или это у него комплекс застарелый так проявляется? Ведь знакомы мне эти прозвища. Так его коллег Охотников звали, тех самых командиров групп, которые «дали себя убить». Правильно Королев о Мэдмэксе отозвался – мол, тот еще психопат. Хотя, в общем, славный дядька. Одно другому не мешает».

– Ну, вроде бы церемония состоялась, – заметил Мэкс. Он повернулся к братьям, стоявшим бок о бок, и вдруг замер, рассматривая их очень внимательно.

– Что такое? – мгновенно среагировал Игорь. И снова ощутил легкое жжение в переносице. Характерный знак того, что на тебя смотрит находящийся в расстроенных чувствах экстрасенс.

Мэкс замялся и опустил глаза.

– Да так, – пробормотал он. – Показалось.

– Расскажите, – не попросил, а скорее потребовал Игорь.

– Экий ты… – усмехнулся Мэкс. – Горячий.

– У меня есть право задавать вам вопросы, Олег Петрович. Я не могу заставить вас отвечать. Но если вам что-то показалось странным, вы лучше скажите. Я понимаю больше, чем вы можете предположить. Я все-таки из Спецотдела.

Лесник потер ладонью щеку, повернулся к братьям спиной и зашагал к дому.

– Не дави на него… – прошептал Вестгейт.

– Отстань, – прошипел Игорь. – Он что-то заметил…

– Да нет! – сказал Мэкс, внезапно останавливаясь шагов через десять. Сказал, видимо, себе. Вернулся назад. Остановился перед братьями, оглядел их с ног до головы и аж скривился от напряжения. Братья молча ждали.

– Действительно, странно… – пробормотал Мэкс. – Но у меня из головы не идет один случай. Просто чертовски давно это было. Ребята, а не может быть такого, чтобы у одного из вас в Проекте отец работал?

– Где? – переспросил Игорь, не веря своим ушам.

– Ну, в Проекте, где ж еще. Как вы его теперь называете… Федеральная Контрольная Служба. Одна х…ня.

Игорь медленно повернулся к Вестгейту.

– Алекс, – сказал он. – Ты не мог бы Тине с завтраком помочь? А мы подойдем чуть позже.

– С превеликим удовольствием, – кивнул Вестгейт и мгновенно исчез за кустами.

– Я что-то не то сморозил? – поинтересовался Мэкс удивленным шепотом.

– Пока не знаю, – сказал Игорь. – Слушайте, Олег Петрович, давайте повторим. Вы сказали, что Проект и ФКС – это одно и то же. Или я вас неверно понял?

Лесник посмотрел на Игоря озадаченно.

– Разумеется, – ответил он. – Официальное название Проекта всегда было – Контрольная Служба. Только при большевиках он назывался Государственной Контрольной Службой СССР, это я точно знаю, мне Тим говорил. А потом, когда его в середине девяностых возродили, он стал называться ФКС. А ты что, не знал?

– Это какой еще Тим вам говорил?

– Ну… Тимофей Костенко. Я его видел как раз перед той заварухой… Перед штурмом.

Игорь заложил руки за спину и прошелся туда-сюда перед лесником. Из-за сетки на него ошарашенно таращился кобель Батя. Видимо, на его памяти с хозяином никто так себя не вел.

– Ничего не понимаю, – пробормотал Игорь. – Проект ведь был уничтожен… Расформирован. Разве нет? И вообще, откуда вы-то делаете такие умозаключения?

– Милый мой! – воскликнул Мэкс. – Я же был по этому делу у Безопасности главный свидетель! Ха! Никто Проект не расформировывал. Ты что! Огромная спецслужба, тысячи человек народу, офисы, агентурная сеть, производственные мощности… А сколько институтов на него пахало? Это же просто… Просто не по-государственному было бы – ломать такую отлаженную машину. Это Ларин мечтал ее до основания снести. Конечно, я тоже думал, что, как только мы устроим бунт, Проекту кранты. И действительно, уже через сутки после штурма на Проект наехала Безопасность. Которая, оказывается, давно на этих мерзавцев зуб точила. А потом они присмотрелись, осознали, что к чему, и просто фирму обезглавили. Поставили свое руководство. И все заработало по-прежнему, только в другом ключе. Ты пойми, родной, главное ведь в Проекте – идея! Ее реализовывали негодными фашистскими методами. Значит, методы нужно было сменить. Вот и все. Честно говоря, ты меня удивил… Я думал, ты в курсе.

– Так какая же у Проекта идея? – спросил Игорь, глядя себе под ноги.

– Контроль, – ответил Мэкс жестко. – Но согласись, в понятиях большевиков и в современном контексте это совершенно разные вещи, разве не так?

– Может быть… – пробормотал Игорь неуверенно.

– Не «может быть», а так точно. Ты думай, с кем говоришь. Уж если кто и должен ненавидеть эту структуру, так это я. Да, я не прошел обработку, я не стал таким, как Тим Костенко или Витя Ларин. Я остался человеком. Но я тоже с детства и по сей день под колпаком. Сначала меня держали за холку, потому что какая-то сука еще до моего рождения вычислила, что я неблагонадежен и не готов к борьбе за дело Коммунистической партии! Потом меня затащили в Охотники, потому что решили использовать как пушечное мясо! И наконец я торчу здесь, в этой жопе, в этой глуши несусветной, потому что слишком много знаю! Теперь можешь себе представить, где у меня сидит этот ваш Проект?!

– И тем не менее вы с этой фирмой сотрудничаете и сейчас держите для нас коридор…

– Я поверил, – сказал Мэкс, и Игорь понял – он действительно верит. По меньшей мере в то, о чем говорит. – Может быть, это моя беда. Но все-таки я работал в Проекте без малого десять лет. Я знаю эту структуру. Я ведь потом еще наблюдал, как она перестраивалась, когда руководство взяла на себя Безопасность. И я принял главную идею Проекта, основную, которая всегда была нормальной, пока на нее партийной идеологии не понавешали. И я готов ради этой идеи делать то, что я делаю.

– Ради контроля?..

– Ради блага моей Родины. Неужели это так сложно понять, Игорь?

– А вы уверены, что ФКС обеспечивает именно благо вашей Родины, Олег Петрович? – спросил Игорь очень вкрадчиво.

Лесник презрительно фыркнул.

– Вообще-то наше поле деятельности сейчас – общественное благо в масштабах всей планеты, – заметил Игорь.

Лесник не выдержал и расхохотался. Игорь внимательно следил за его реакцией и ждал.

– Х…ня! – заявил Мэкс, отсмеявшись. – Ты просто еще молодой.

– Ладно, – сказал Игорь, выставив перед собой ладонь, будто в попытке защититься от чужого и чуждого мнения. Теперь он понимал, отчего Мэдмэкс стал одним из командиров у Охотников. Господин Максаков умел транслировать эмоции. Он вбивал в тебя свою правду так, что она становилась и твоей правдой тоже. Каждое слово лесника будило в Игоре подозрения – а не прав ли этот старый черт? А не было ли так на самом деле? И почти со всеми выкладками Мэкса Игорь уже был готов согласиться целиком и полностью. Ему самому не хватало крошечного сигнала, буквально нескольких байтов информации, чтобы тоже все понять.