- Да. Даже атмосфера в доме изменилась. Ты разве не чувствуешь?
- Нет. Но если тебе легче - пожалуйста. Делай, что хочешь.
Но и это не помогло. За прошедшие годы случилось еще два выкидыша. К каким врачам мы не обращались - без толку. Теперь я теряла своих детей, не успев их родить.
И сейчас я устала плакать. Не было больше слез, было только огромное сожаление и один непонятный для меня вопрос. Зачем же он все-таки привел ее тогда к нам? Как многого мы могли избежать, как счастливо могли жить. И хотя Марат по-прежнему был рядом, по-прежнему говорил, что любит меня, тоска в его взгляде усиливалась и рвала мне душу. И все из-за нее. Из-за той девочки с матовыми неподвижными глазами, которая умерла много лет назад, но не оставила нашу семью, став роком и проклятием.
В очередной раз поглядев в зеркало, я удостоверилась, что нерадостные мысли не промелькнули на моем лице. Сегодня Марат должен был привести гостя, какого-то делового партнера, с которым познакомился совсем недавно в самолете.
- Его фирма поставляет медицинское оборудование, - объяснил муж, поправляя черный узкий галстук. - И я планирую заключить с ним контракт.
- Он придет с женой?
- Нет. Его жена работает.
Застегнула бриллиантовые серьги и повернулась к Марату спиной, подавая колье.
- Ммм...И кем?
- Тусовщицей, - рассмеялся Марат и скользнул подушечками пальцев по шее, убирая волосы в сторону. - Пока он работает, она развлекается в Москве.
- Ладно тебе, - миролюбиво погладила его по плечу. - Может, она действительно работает.
- Мне без разницы. Я просто ответил на твой вопрос.
Роман оказался пунктуален. Подъехал вовремя, прямо по часам, они обменялись с мужем рукопожатиями, а потом дружески хлопнули друг друга по плечу, чему-то рассмеявшись.
- У тебя очень красивая жена, Марат, - с искренней и широкой улыбкой сделал комплимент Ромка. - Тебе повезло. Это вам.
- Ой, спасибо. Не стоило, - смущенно залепетала в ответ, принимая от мужчины огромный букет роз. - И ко мне можно на ты.
- Ты один, Ром?
- Один, да.
Мы прошли к столу, и мужчины жадно накинулись на еду, словно с голодного края. Я ела мало, рассеянно ковырялась в тарелке, зато с интересом слушала Романа, рассказывающего интересные истории и смешные байки, заставлявшие нас с Маратом смеяться почти до слез.
- А твоя жена почему не приехала? - полюбопытствовала я перед десертом.
Рома как будто ушел в себя, нежно улыбнулся, припомнив что-то, без сомнения, приятное и встрепенулся, когда понял, что от него ждут ответа.
- Она работает, к сожалению. Из-за этого мы с Алей редко видимся, но стараемся по возможности видеться чаще.
- Иногда это бывает хорошо. Поругаться не успеете, - вставил Марат.
- Мы и так не ругаемся. Она просто ангел.
Он говорил с таким обожанием, с такой нежностью и любовью, что вынуждал ерзать на стуле. Словно я коснулась чего-то глубоко личного и сокрытого. Мы с мужем переглянулись. Марат издевательски фыркнул, но промолчал.
- А кем она работает, Ром?
- Она занимается очень многим. Работает редактором отдела рекламы в мужском журнале...
- В Плейбое, что ли? - от неожиданности Марат чуть не подавился.
- Нет, ты что. В престижном журнале. Не таком.
- А еще чем занимается?
- У нее свой магазинчик украшений. Пару лет назад напополам с подругой открыли, - с воодушевлением перечислил Рома, искренне гордившийся достижениями своей жены. - Она много путешествует. К тому же Аля - уважаемый критик. Может, слышали о студии на Крымском Валу? Аля помогает художникам устраивать там выставки.
Видно было, что Рома может разговаривать о своей жене бесконечно, выплескивая столько личного восхищения, что становилось неловко. Наверное, его жена очень счастливая женщина, подумала я, раз после стольких лет жизни в их отношениях сохранилась такая любовь, нежность и романтика. Из наших с Маратом отношений романтика давно ушла.
- Давайте я принесу десерт, - предложила мужчинам, и те согласно загудели. - Минутку.
Я хлопотала на кухне, доставала пирог и краем глаза наблюдала за мужем и гостем, которые о чем-то увлеченно разговаривали, явно довольные совместной беседой. Роман активно жестикулировал, Марат кивал и с интересом слушал. Краем глаза заметила, как Рома завертелся на стуле, что-то выискивая, а потом с радостью хлопнул в ладоши, извлекая на свет бумажник. Усмехнулась и покачала головой. Его жене точно повезло.
Десерт прошел как-то смазано и чуть не сорвался.
- Марат, все в порядке? - нагнулась к его уху и тихо зашептала, не привлекая внимание гостя. - Ты какой-то нервный.
- Все хорошо, - дернул ртом муж. - Ешь.
- Все было очень вкусно, Оксана. Вы настоящая волшебница, - Рома поцеловал мне руку и подмигнул мрачному Марату. - Не ревнуй. Я люблю только жену.
- Все в порядке.
- Простите. Вынужден прощаться. У меня самолет через час. Улетаю.
- Да-да, конечно, - еще раз с опаской покосилась в сторону Марата и направилась вслед за гостем. - Давай провожу, Ром.
Только Ромка выехал со двора, как Марат заметался по дому, ища ключи от машины.
- Ты куда? - брови от удивления поползли вверх. Я совсем не понимала такой перемены настроения. - Что случилось, Марат?
- Ничего. Мне надо уехать.
- Ночь на дворе.
- Мне надо уехать, я сказал!
- Почему ты кричишь?
- Если я говорю, у меня дела, значит дела.
- Они не могут подождать до утра?
- Нет, - отрезал мужчина и широкими шагами вылетел в прихожую, на ходу срывая с вешалки пальто. - Не могут.
- Ты скоро вернешься?
- Я не знаю.
Ни разу не оглянувшись, Марат прошагал к своей машине и громко хлопнул дверью, со всей силы газанув так, что газон и земля полетели во все стороны. Что случилось? Вроде с Романом они нормально общались, все было прекрасно. Прекрасный вечер, из тех редких, когда Марат остается дома. А тут сорвался так...
Я не знала причин, но на грудь словно камень положили. Почему-то внутри зрела уверенность, что в жизни последуют перемены. И эта уверенность совсем не радовала. Зябко передернув плечами, я закрыла дверь и скрылась в тепле уютного дома.
Глава 65.
На следующий день, дождавшись более-менее приличного времени суток, я позвонила Яше и спокойно потребовала отгул. Потребовала, тщательно контролируя малейшие вибрации голоса, чтобы не выдать и толики того панического страха и ужаса, которыми были пропитаны каждые клеточки моего тела. Трубка в руке подрагивала, зубы выбивали ритмичную дробь, но я лишь сильнее сжимала челюсти, игнорируя эмоции.
