– Здравствуйте, пришли проверить мою работу? – деланно спокойно уточнил Драко.
Малфой слышал много о дружелюбности Найджелуса от своего окружения, однако газеты прошлых лет были категорически с такими заявлениями не согласны. Репортеры плохо отзывались о Певерелле. Эгоистичный, высокомерный, избалованный – одни из самых распространенных эпитетов, которые можно встретить в газетных статьях о нем в тридцатых годах. И Драко никак не мог забыть, что он вырастил Темного Лорда. Должно быть, было в опекуне Марволо Мракса что-то такое, что сделало воспитанника безумным безжалостным чудовищем. Монстром, который до сих пор боялся своего бывшего опекуна, иначе почему вел себя «словно сказочный принц»?
– Я чиню шкаф, – отозвался Найджелус.
Он что-то раздраженно добавил шепотом, однако ничем не показал своего удивления осведомленностью Драко. И совсем не грозился наказаниями. Он присел на корточки и почти наполовину залез внутрь шкафа, так что голос его зазвучал приглушенно.
– Мои предки увлекались артефактами, так что я неплохо в этом разбираюсь. Здесь, например, в основу положено заклинание, аналог которому я, по счастливой случайности, хорошо знаю, хотя большая часть знаний Певереллов утеряна.
– Я слышал о Дарах смерти, – вставил Крэбб с уважением. Внешность сбивала его с толку больше, чем Драко, однако дураком Винсент тоже не был.
– О, вот уж что точно хотелось бы утерять, – хмыкнул из шкафа Найджелус. – Но скоро я от них избавлюсь. От мантии-невидимки уже избавился.
– Почему? – с сожалением поинтересовался Крэбб.
– Потому что от таких мощных артефактов можно ждать только неприятностей. Например, войны Гриндевальда и бесконечных ошибок Дамблдора, – сказал старший волшебник. – Хотя мантию, конечно, жаль. Она была единственной полезной вещью среди Даров, впрочем, и ее далеко не всегда использовали для благих целей.
– Вы просто пришли починить шкаф? – перебил его рассуждения Драко. Последнее, что интересовало Малфоя, это сказочные Дары смерти, которых он никогда не увидит, которые не играют ни малейшей роли в его судьбе. – Просто явились выполнить за меня поручение, от которого зависит жизнь моих родителей?
Голос Драко чуть не сорвался от возмущения и гнева. Он понимал, что должен отблагодарить этого человека за то, что тот пришел на помощь, однако не покидало ощущение, что это появление здесь из-за беспокойства о Малфоях, а потому что Темный Лорд знал – Драко не справится с заданием. Пусть Крэбб и Гойл верят в то, что им хочется, но их лидер не верил словам Найджелуса Певерелла, даже когда смотрел в его кажущиеся такими невинными глаза.
– Я делаю это не для тебя, – спокойно ответил собеседник. Он вылез и посмотрел на Драко внимательно, но равнодушно. – Пойми меня правильно, Малфой. Я не испытываю к тебе ненависти или чего-то подобного. Но у меня есть люди, о которых я должен позаботиться. Оттого, как скоро Темный Лорд сможет попасть в Хогвартс и выгнать отсюда Дамблдора, зависят их жизни. Поэтому шкаф я починю сейчас.
– Значит, на Малфоев всем плевать? – горько спросил Драко. Он уже успел понять за последние полгода что мир, от которого его тщательно оберегали родители, жесток, но от этого слезы лились только больше.
– Я позабочусь о том, чтобы их не убили, – пожал плечами Найджелус. – Не надо считать меня чудовищем.
– Вам больше восьмидесяти и посмотрите, как вы выглядите! -воскликнул Драко, всплеснув руками. – Вам не дашь больше семнадцати лет! Как вы этого добились? Скажете, что ни один человек не умер для вашего бессмертия?
– Это не бессмертие, – возразил ему Найджелус, но насчет жизней отрицать не мог. Путешествие во времени и причина, по которой Гарри снова вернулся в свое время, щедро были политы кровью не только Джинни и Кингсли, погибших в Тайной комнате, но и сотнями Певереллов, пострадавших из-за изобретения Морганы. Впрочем, Малфой все равно не слушал:
– Это не говоря о вашем сходстве с Поттером. Даже идиотам ясно, что он ваш внук. Про ваши внебрачные связи мы наслышаны! И самое главное… Я не знаю, что нужно сделать с ребенком, чтобы он решил стать Темным Лордом! Знаете, сомневаюсь, что в магическом мире найдется больший лгун и лицемер, чем вы!
К концу речи Винсент схватил его за локоть, придерживая. А Драко хотелось броситься в бой, надавать человеку, столь беспечно сидевшему перед ним, пощечин, сломать ему нос. Сделать больно. Малфой забыл о своей слизеринской натуре, о своем воспитании. Ему хотелось сорвать свою злость, пусть даже это станет последним, что он сделает в этой жизни.
– Может, ты и прав, – кивнул Певерелл после недолгих раздумий. – Я лгун и лицемер. Все, что писалось обо мне в газетах тридцатых – правда. И самое смешное в том, что я сам не до конца осознавал это, пока ты не высказался. Не знаю, как я дошел до этого, но мне плевать на магглов, на магглорожденных, да и на чистокровных, в общем-то, тоже. В этой жизни есть несколько человек, о которых я забочусь. И кроме моей собственной выгоды только их желания и безопасность могут заставить меня оторваться от моих любимых занятий и начать что-то делать. Война? К черту, она не моя. Но Марволо хочет победы, так и быть, только если в процессе он не убьет Гермиону и Рона.
– При чем тут Грейнджер? – нахмурился Драко.
Найджелус вскинулся, вспомнив, с кем разговаривает. Он направил палочку внутрь шкафа и произнес несколько сложно выговариваемых заклинаний. Что-то вспыхнуло, хлопнуло, а створки резко закрылись.
– Вот так вот, – сказал Певерелл. – Теперь не трогай шкаф несколько суток, потом его можно будет использовать.
Волшебник поднялся с пола, отряхнул мантию и мимо мальчишек направился к выходу из комнаты.
– Дамблдора тоже за меня убьете? – резко поинтересовался Малфой.
Позже он успокоится, поймет, на кого кричал, и раскается. Ему будет страшно, потому что такую истерическую реакцию ему не простил бы Темный Лорд. Но сейчас Малфой просто не мог себя контролировать. Слишком многое происходило в его жизни, нервы не выдержали.
– Альбуса? – задумчиво отозвался Найджелус. – Ни тебе, ни мне, ни даже Темному Лорду его не убить. По крайней мере, не в ближайшие годы.
– Но почему? Он так силен? – удивился Винс.
Певерелл улыбнулся им и покачал головой.
– Потому что у Альбуса есть одно незаконченное дело. И зовут это дело Джинни Уизли.
***
– Почему все закончилось тем, что ты занимаешься организацией свадьбы? – нахмурился Рон.
Гарри фыркнул. Они змейкой пробирались по тайному ходу под Гремучей ивой. Поттер шел впереди, вооружившись волшебной палочкой. Тоннель был известен многим, поэтому оказался хорошо защищен всевозможными ловушками и волшебными щитами, впрочем, большинство из них было направлено против вторженцев, а не желающих покинуть школу. По уму, ход следовало просто обрушить, ведь после того, как Люпин закончил обучение, в нем уже не было необходимости, однако Дамблдору явно нравилось рисковать. Сегодня Гарри грубо взламывал установленные ловушки, не волнуясь, что кто-то узнает об их прорыве. Рон и Гермиона все равно не собирались возвращаться в Хогвартс. Подростки несли с собой сумки с самыми необходимыми вещами.
