Моряки далее узнали, что на острове проживает сорок восемь человек, что мужчинам запрещается жениться до двадцатилетнего возраста, причем они могут иметь только одну жену, что Адам обратил всех островитян в христианскую веру, что местные жители признают себя подданными английского короля и, наконец, что их родной язык английский, но они понимают также по-таитянски. Когда у мужчин спросили, не желают ли они отправиться на фрегате в Англию, эти островитяне ответили: «Нет, мы женаты и имеем детей».
Корабль и его команда не произвели на островитян особого впечатления; они рассказали, что на острове уже побывал капитан Фолджер. Зато их очень напугал внезапно появившийся маленький черный пудель.
— Это, наверно, собака! — вскричали они. — Мы, правда, никогда еще не видели собаку, но знаем, что она кусается.
Впрочем, вскоре они убедились в добродушии этого животного и стали с ним играть.
Островитян провели в каюту, где угостили завтраком. Они вели себя очень скромно, сначала помолились, а потом уже с удовольствием принялись за еду. Во время завтрака состоялась беседа, в ходе которой проявился их большой природный ум.
Капитану стоило большого труда высадиться на берег. Прелестная дорога, обсаженная хлебными деревьями и кокосовыми пальмами, привела его к живописно расположенной деревушке с маленькими, но красивыми и удобными хижинами, поражавшими своей чистотой. На холме гостей встретила одна из дочерей Адама — прелестная молодая девушка в легком одеянии. Она провела их к своему отцу, еще очень бодрому на вид шестидесятилетнему старцу. Разумеется, речь вскоре зашла о заговоре Крисчена. Адам уверял, что не принимал в этом заговоре никакого участия и даже ничего не знал о нем вплоть до начала мятежа. Однако он с отвращением рассказывал о том, как Блай обращался со своими офицерами и матросами.
Капитан предложил Адаму отвезти его в Англию. Как только об этом стало известно, собрались почти все колонисты и начали со слезами на глазах просить не отнимать у них их доброго отца. Эта сцена растрогала даже англичан.
Все жители острова имеют весьма здоровый вид. Они черноволосы и обладают прекрасными зубами. Мужчины очень стройны, рост их достигает 5 футов 10 дюймов. Как мужчины, так и женщины одеваются в плащи, по виду напоминающие чилийские пончо, и носят на головах тростниковые шляпы, украшенные перьями. У них сохранилось еще много старого платья с «Баунти», но они его не надевают. Отсюда видно, что эти островитяне обладают большим вкусом, чем таитяне, их предки с материнской стороны.
Остров Питкэрн выглядит весьма привлекательно и, по-видимому, повсюду плодороден. Во внутренней его части водятся одичавшие свиньи.
Через семь лет после «Бретона» остров Питкэрн посетило американское торговое судно «Орел», с капитаном которого я беседовал в гавани Консепсьон. Ко времени этого визита население острова возросло почти до ста человек. Капитан был восхищен порядком, который он там застал. Адам управлял островом как король и в то же время как добрый отец. Он мирно улаживал все споры и недоразумения, причем никому даже в голову не приходило возражать против его решений.
Капитан рассказывал, что за каждой семьей закреплен земельный участок. Тщательно обработанные поля размежеваны и засажены различными растениями, главным образом бататом и ямсом. По воскресеньям колонисты собираются перед жилищем Адама. Он читает им Библию и наставляет хорошо себя вести и жить в согласии.
Каждый вечер, с заходом солнца, когда обитатели острова после дневной жары наслаждаются вечерней прохладой, молодежь рассаживается полукругом возле любимого батюшки Адама, и он рассказывает ей о своей родине, а также старается укрепить нравственность этих молодых людей. Адам знакомит их, кроме того, с жизнью других стран и народов, говорит об искусстве и изобретениях, описывает быт и нравы европейцев.
Адам вряд ли обладает большими познаниями. Однако он сумел дать колонистам такое образование, благодаря которому они смогут легко достигнуть более высоких ступеней цивилизации.
Поселение на острове Питкэрн
Рисунок художника Е. Финдена. 1820-е гг.
Его внимательные слушатели удивительно точно все запоминают и потому хорошо знакомы с нравами и обычаями цивилизованных народов.
Ругательства Адам запретил под страхом наказания. Когда несколько островитян во время посещения корабля услышали ругань одного матроса, они с удивлением спросили у капитана, неужели на его родине дозволяется употреблять подобные выражения. Ведь батюшка Адам учил их, что оскорблять ближнего своего нельзя даже словами!
Капитан не мог нахвалиться характером и поведением этого симпатичного маленького народа и приписывал все это примеру и поучениям патриарха острова. Добрый старик испытывал серьезную тревогу за будущее. Он говорил: «Мне уже недолго осталось жить на свете. Кто продолжит начатое мною дело? Мои дети еще не очень твердо стоят на ногах и потому могут сойти с правильного пути. Ими должен руководить нравственный человек, принадлежащий к одной из цивилизованных наций».
Как уже говорилось выше, я встретил на Таити одну из жен Адама, недавно прибывшую туда на европейском корабле. Именно от нее я и узнал многое из того, о чем здесь рассказал. По-английски она говорила довольно бегло, но на каком-то странном диалекте. Эту старую женщину заставила вернуться на Таити тоска по родине — чувство, в равной мере присущее всем народам. Вначале она хотела остаться здесь до конца своих дней, но потом отказалась от этого намерения. Она уверяла, что люди здесь гораздо хуже, чем в ее маленьком раю, куда она опять стремилась. Своего Адама она превозносила до небес и утверждала, что ни один человек в мире с ним не сравнится. Она все еще не могла вспоминать без гнева об убийстве англичан таитянами и хвалилась тем, что отомстила убийцам.
Адам поручил ей попросить миссионеров на Таити выделить для него преемника, ибо сам он совсем состарился и одряхлел. Кроме того, он собирался переселить на Таити несколько семей, потому что население его острова могло вскоре стать слишком большим по сравнению с местными ресурсами.
Миссия на Таити, конечно, не замедлит послать преемника Адаму, так как благодаря этому остров Питкэрн попадает под ее владычество. Остается только пожелать, чтобы отеческое правление Адама не сменилось деспотией, а его практическая философия не была вытеснена пустыми молитвенными формулами [244].
В 1791 г. английское правительство послало в Южное море фрегат «Пандору» под командой капитана Эдвардса, который должен был разыскать бунтовщиков с «Баунти». Он нашел тех, которые остались на Таити, и доставил их в Англию, где они были судимы по всей строгости закона и приговорены к смертной казни. Лишь немногие из них были помилованы.
