снег прозрачным, словно заковал дерево в хрусталь. Подойдя к нему, Даша кончиками пальцев погладила холодные кристаллики льда.
– Красавица, позолоти ручку… – вкрадчиво сказали рядом.
Вздрогнув, девушка оглянулась. У забора стояла пожилая цыганка, закутанная в облезлую каракулевую шубу и пуховый платок. Встретившись взглядом с Дашей, женщина улыбнулась и повторила:
– Позолоти ручку, хорошая. Погадаю, все расскажу: что было, что будет…
За ее спиной на дороге стоял замызганный микроавтобус. Черноволосый смуглый водитель, высунувшись из окна, покрикивал на молодых женщин, которые изо всех сил пытались толкнуть машину.
– Заглохли, – деловито пояснила цыганка. – Пока заводится, давай погадаю. А то, может, пустишь нас погреться, молодая хозяйка?
Даша ощутила укол страха и попятилась.
– У меня нет денег…
– Не уходи, бриллиантовая! – зачастила женщина. – Дай ручку, за так погадаю!
Взгляд ее черных глаз манил, завораживал, грудной голос лишал воли. Сама не желая, Даша просунула руку между прутьев ограды. Крепко вцепившись в ладонь твердыми пальцами, гадалка понесла обычное цыганское:
– Девушка ты добрая, сердечная. Богатой будешь, счастливой будешь… – Но вдруг осеклась и низко склонилась над рукой, разглядывая линии.
– Что случилось? – спросила Даша.
– На пхуч, – прошептала цыганка, выпуская руку девушки. – На пхуч! Змэкэс![76]
Она попятилась, оскальзываясь на льду, словно страшилась повернуться спиной. Отойдя на несколько шагов, низко поклонилась. Микроавтобус завелся, и цыганка поспешила к нему, повторяя:
– Васт, васт, Сара Кали![77]
Даша изумленно смотрела ей вслед, ощущая, как беспочвенный страх вползает в душу, сворачивается тугим холодным клубком.
– Кто там? Что случилось? – К воротам спешил Андрей.
– У них просто машина заглохла, – пояснила Даша.
– А от тебя чего нужно было?
Девушка пожала плечами.
– Пошли ужинать. – Андрей взял Дашу под руку, мягко, но настойчиво повел к дому. – Ты в следующий раз, если погулять захочешь, скажи мне. Я с тобою выйду. Хорошо?
Даша послушно кивнула, подумав, что вряд ли ей скоро захочется снова погулять.
После ужина она поднялась в свою комнату, немного посидела с альбомом, нарисовала еще один портрет грустного Дениса и легла спать. Долго ворочалась, то вспоминая странную цыганку, то гадая, о чем думает сейчас любимый. Наконец уснула.
Даше приснилась цыганка. Она хохотала, скаля желтые зубы, и приговаривала:
– Идут за тобой! Они идут! Не спрячешься!
– Кто идет? – хотела спросить Даша, но слова не слушались ее, замирали, и с губ слетало только невнятное мычание.
– Дай ручку, я ее отгрызу!
Лицо женщины превратилось в уродливую звериную морду, рот наполнился кровавой пеной. Даша хотела убежать, но тело не слушалось. Руки цыганки потянулись к девушке и начали удлиняться, удлиняться…
Даша проснулась от собственного стона. Долго лежала, почему-то боясь открыть глаза. Потом протянула руку, на ощупь включила ночник и тогда только осмотрелась. Комната как комната. Никаких цыганок и монстров.
– Это был сон, – шепотом сказала она себе.
Но больше уснуть не получилось. Несмотря на горящий свет, было не то чтобы страшно, но как-то не по себе. Снова вспомнился Денис, и тут же захотелось плакать.
– Прекрати! – строго произнесла Даша.
Она посмотрела на часы. Половина седьмого. Оказывается, уже утро. Стало немного легче. Пусть еще темно, но скоро уже мрак начнет редеть, рассеиваться и исчезнет, а с ним уйдут и страхи. До следующей ночи…
Даша встала и прошлась по комнате. Вот ведь парадокс какой. Когда нужно на занятия, просыпаться ужасно тяжело. Сейчас делать абсолютно нечего, можно спать хоть по двенадцать часов – так нет же, подскочила, и все тут.
За дверью раздались тяжелые шаги. Даша вздрогнула, прислушалась. Шаги зазвучали ближе. Девушка подкралась к двери и замерла, готовая закричать, позвать на помощь. Кто-то прошел мимо ее комнаты, сопя и бормоча сонным голосом. «Андрей проснулся, по телефону разговаривает», – с облегчением поняла Даша.
Хозяин спустился на первый этаж, погремел посудой на кухне, потом снова поднялся. Хлопнула дверь спальни, и воцарилась тишина. Девушка перевела дыхание, чувствуя, как гулко бьется сердце. От страха во рту пересохло, очень хотелось пить.
Даша накинула халат, вышла из комнаты, огляделась и первым делом ринулась к выключателю. В коридоре зажегся мягкий свет. Так было гораздо спокойнее. Девушка тихо зашагала по лестнице, включая по пути висящие на стене светильники.
На кухне она тоже сразу щелкнула выключателем. Достала из холодильника бутылку минералки, подошла к шкафу. Взгляд Даши упал на кухонный стол, и рука, протянутая за стаканом, замерла в воздухе. На белой мраморной плитке лежала спросонья забытая Андреем трубка домашнего телефона.
«Нельзя. Сергей запретил». Девушка плеснула воды в стакан. Сделала глоток, не сводя глаз с соблазнительно поблескивавшей серебристыми боками трубки. «Один звонок. Денису. Никто ведь не узнает». Только сказать, что с нею все в порядке, что она не забыла. Успокоить и спросить, как его самочувствие… Но тут же вспомнились слова брата: «Ты не должна выходить на связь. Ни с кем. Это очень серьезно. Пойми, это для твоей же пользы».
Девушка смахнула набежавшие слезинки, решительно схватила трубку и набрала номер, который знала наизусть.
– Алло. – Денис ответил тут же. – Алло!
Даша молчала, просто слушая родной голос, наслаждаясь его мягким звучанием.
– Вас не слышно, – теперь Денис говорил слегка встревоженно. Догадавшись, воскликнул: – Даша! Даша, это ты? Даша, ответь!
– Это я, – тихо сказала девушка и заплакала.
– Что с тобой? Не молчи, пожалуйста!
– Со мною все в порядке, – захлебываясь слезами, выдавила Даша – Я… пока не могу к тебе прийти.
– Почему ты плачешь? Дашенька, скажи правду: что случилось? Где ты?
Даша замолчала, утерла слезы и с трудом заставила себя оторвать трубку от уха. Дрожащий палец лег на кнопку отбоя. Этого достаточно. Денис знает, что она жива и здорова. О том, как парень может воспринять ее слезы, она не подумала.
– Малыш, тебе грозит опасность. Очень прошу: скажи, где ты? Пожалуйста, любимая…
Палец замер, так и не нажав на кнопку. Даша медленно поднесла трубку к уху и назвала адрес.
– Только не клади трубку! – умоляла Инга. – Я боюсь! Как он смог залезть на окно? Кто он?
– Не волнуйся, держись, – успокаивал Сергей. – Скоро буду, подъезжаю к городу.
Он давно уже переключился на гарнитуру и всю дорогу разговаривал с девушкой. Даже по телефону чувствовалось, что Инга на грани истерики или обморока.
– Милиция приехала?
– Да. Но они никого не нашли. Посоветовали выпить успокоительное и уехали. Он исчез, Сережа! А я чувствую: он где-то рядом… Так не бывает, не бывает!
Вот именно – не бывает. Позвонить Вовке? Результат будет тот же. Ну кто поверит, что в окно квартиры на четвертом этаже лез вампир? Вот Инга сама его
