на других сотрудников, зарплаты им добавить, естественно. А твою ставку временно урезать…
Женька переглянулась с Ромкой и заверила, что ее такой вариант полностью устраивает.
- А по второму вопросу… - продолжила она. – Сообщаю, что вашу просьбу выполнила: подготовила ответ на запрос по аттестации рабочих мест в ООО «Инновация». Но хочу предупредить насчет их директора: знаю этого человека лично и, к сожалению, с нехорошей стороны. Будьте осторожны, Алексей Павлович! Антон Старшинов может вести себя непорядочно.
- Благодарю за предостережение, Жень! - вздохнули в трубке. – Но ты не первая, кто говорит о нем такое. Вчера вон тоже сорока на хвостике принесла - Вику и Симу помнишь? Погоди-ка…
Послышался шелест бумаги, будто Палыч перелистывал страницы:
- Что у нас восьмого? Надо же – на утро еще ничего не запланировано. Давай, подойдешь ко мне к десяти – обсудим все в приватной обстановке. Сможешь?
- Да, конечно!
- Отлично! Сразу захвати приказ на отпуск и распределение должностных обязанностей.
Женька попрощалась с Палычем и вечер прошел тепло и по-семейному: с просмотром старых фотографий и воспоминаниями о шалостях и перлах Жени-маленькой.
А на следующий день молодожены выспались и поехали знакомиться с родителями Ромки.
Дороги окончательно почистили, нового снегопада не было, поэтому домчали быстро.
Женька снова волновалась, но уже меньше, чем перед встречей папы и мамы с зятем. Во-первых, Ромка уверил, что для родителей давно взрослый и самостоятельный, поэтому женитьбе сына они, конечно, удивятся, но не до шокового состояния. А во-вторых, он предварительно созвонился с отцом, сказал, что по работе прилетел в Москву и через час заедет. Не один.
- Конечно, приезжайте, - невозмутимо отозвался Ромкин папа. – Мы с матерью дома.
Когда парочка вышла из лифта, дверь в Ромкину квартиру оказалась открытой. У порога стояла целая батарея картонных паков. Верхний был открыт, демонстрируя ровный ряд одинаковых стеклянных баночек.
«Зеленый горошек!» - машинально отметила Женька.
Рядом с коробками суетились два парня азиатской внешности, одетых в форменные зеленые пуховики с логотипом известного оптового магазина. Парни отчаянно жестикулировали и пытались на плохом русском что-то объяснить темноволосому мужчине лет сорока пяти с пачкой документов в руках.
Мужчина молча хмурил бровь и что-то чиркал ручкой в бумагах.
Из дверей квартиры выглянула стройная женщина, примерно одного с ним возраста.
- Света, балык взвесила? – обернулся к ней мужчина.
- Да. На полкило меньше, чем в накладной.
- Вот-вот, - язвительно согласился мужчина. – И горошек - одна банка вздутая, двух не хватает. Сейчас буду претензию оформлять.
Тут он поднял голову и заметил Ромку с Женей:
- О, привет, сын! Барышня твоя? Красивая.
Женщина тоже повернулась к парочке и виновато затараторила:
- Ромочка! Проходите в дом, раздевайтесь, стол уже накрыт. Сейчас мы с отцом по-быстрому здесь разберемся и подойдем: посидим, поговорим, познакомимся. Девушке дай тапочки, если захочет. Или пусть не разувается…
Ромка подавился тихим смешком, притянул к себе Женьку:
- Папа, мама, знакомьтесь – это Женя. Моя законная супруга. Тридцатого декабря расписались.
- Ну вот! – Ромкин отец с довольным видом посмотрел на маму: - А ты волновалась, что не по-людски выйдет!
- Ой, детки, радость-то какая! – всплеснула та руками. – А вы до какого числа в Москве?
- До девятого… - с легким недоумением ответил Ромка.
- Жаль! На свадьбе погулять не получится.
- Да мы как-то свадьбу и не планировали… - начал Ромка, но отец его перебил:
- Причем тут вы! Руслана женим. Четырнадцатого роспись.
- Русика?! - оторопел Ромка. - Да он же малой еще – восемнадцать только-только стукнуло! В универ поступил…
- Вот как поступил, так и стукнуло! – фыркнул отец. – Кое-что, прямиком в голову! С одногруппницей первое сентября отметили – да так хорошо, что у барышни живот на нос лезет! На пятом месяце уже. Вы проходите, проходите, не стесняйтесь, мы скоро подойдем.
- То есть, у вас еще и внуки намечаются?! Ох… обалдеть, какие новости!
Ромка обнял Женьку за плечи и провел в квартиру.
«Тот случай, когда тебе двадцать четыре, и ты уже безнадежно стар для сенсаций!» - прошептал ей на ухо.
Женька тихонько прыснула. Молодожены сняли верхнюю одежду, переобулись и прошли на кухню. Стол действительно был накрыт в лучших новогодних традициях, а центральным блюдом на нем красовалась запеченная в яблоках утка.
Утку Женька любила. Рот предательски наполнился слюной, в животе заурчало. Чтобы отвлечься, начала смотреть по сторонам:
- Ром, какая у вас на кухне мебель интересная! Ни в одном каталоге такой не видела.
- Это батя сам делает! – гордо пояснил Ромка. – У нас всех тяга к работе по дереву. Родовая особенность.
Тут как раз подошли родители.
- Присаживайтесь, насыпайте, что это вы – прямо как в гостях! – улыбнулся папа. – Пить чего будете? Надо же отметить ваше радостное событие! А то мать извелась вся – нехорошо, когда младший брат вперед старшего женится, не по-человечески.
- Женя будет шампанское, - за двоих ответил Ромка. – Я за рулем. Хотя, если честно, коньячка дерябнул бы, чтобы в себя прийти. Отжег Русик знатно!
- Рома будет коньяк! – весело внесла правки Женька. – Я поведу машину.
Отец кивнул, налил сыну коньяка, Женьке апельсинового сока из пакета.
- За вас, дети! – поднял он тост. – За молодую семью. Счастья вам, любви, выдержки и терпения.
Все выпили. Ромка ловко разобрал утку и положил Женьке самый красивый кусочек:
- Как же теперь у Русика с учебой будет? На заочку переведется?
- На заочке в армию заберут, за первого ребенка отсрочки нет, - вздохнула мама и пододвинула сыну соусницу: – Соус к утке, твой любимый – узнала, что приедешь, и по-быстрому сделала. Женечке тоже положи. Руслан попробует тянуть на дневном. Невеста, понятно, в академотпуск уйдет.
- А жить на что будут?
- Работать пойдет, - буркнул отец, закусывая долькой лимона. – Ко мне, в мебельный цех. И помогать будем, куда деваться! Конечно, жениться Руслану рано, ответственности не осознает. Ему бы поесть повкуснее, да поспать подольше и еще монстров на компьютере погонять. Он же и юлил долго – не признавался, от барышни прятался, на аборт ее посылал. Я, как узнал про это дело, взял за шкирку, да всыпал по первое число! Рано – не рано, но если уж призвал в мир нового человека, значит, надо дать ему родиться.
