Через полчаса еда была готова. Стю ел осторожно, налегая на овощи, добавляя столько воды, что получалась жидкая кашица. Он сумел удержать все в желудке и почувствовал себя немного лучше, по крайней мере на данный момент. Вскоре после ужина они с Томом легли спать, Коджак улегся между ними.
— Том, послушай меня.
Том присел у большого пухового спальника Стю. Это было на следующее утро. Стю сумел поесть лишь чуть-чуть; горло саднило, и оно здорово отекло, все суставы болели. Кашель стал сильнее, а анацин не очень-то помог сбить температуру.
— Мне нужно укрыться в доме и впихнуть в себя кое-какие лекарства, иначе я помру. И это надо сделать сегодня. Итак, ближайший к нам город — Грин-Ривер; это в шестидесяти милях к востоку отсюда. Нам придется ехать.
— Том Каллен не умеет водить машину, Стю. В натуре, нет!
— Да, я знаю. Мне предстоит работенка не из легких, поскольку, кроме того, что я болен как собака, я еще сломал не ту чертову ногу.
— Что ты хочешь сказать?
— Ну… сейчас это не важно. Слишком трудно объяснить. Мы даже не станем забивать себе голову этим, потому что это не главный вопрос. Главное — завести машину. Большинство из них торчит здесь месяца три, а то и больше. Аккумуляторы у них совсем сели. Поэтому нам нужно немножко удачи. Мы должны отыскать тачку со стандартным управлением, стоящую на вершине какого-нибудь холма. Может, нам повезет. Тут довольно холмистая местность.
Он не стал уточнять, что машина должна быть в исправном состоянии, что в ней должно быть хоть сколько-нибудь бензина и… ключ зажигания. Все те крутые парни в фильмах, которые показывали по телику, может, и знал, как замыкать провода и угонять тачки без ключа зажигания, но Стю понятия об этом не имел.
Он взглянул на небо, затягивавшееся облаками.
— Почти все придется делать тебе, Том. Ты должен стать моими ногами.
— Хорошо, Стю. А когда мы достанем машину, тез поедем обратно в Боулдер? Том хочет ехать в Боулдер, а ты?
— Больше всего на свете, Том. — Он посмотрел в сторону Скалистых гор, вздымавшихся смутной тенью на горизонте. Выпал ли уже снег на перевалах? Почти наверняка. А если и нет, то скоро выпадет. Зима рано приходит в эту высокогорную и заброшенную часть света. — Но на это может уйти немало времени, — сказал он.
— С чего мы начнем?
— Смастерим повозку.
— По…
Сио протянул Тому свой карманный нож.
— Ты должен сделать дырки в дне этого спальника. По одной с каждой стороны.
На повозку у них ушел час. Том отыскал пару более менее прямых палок, которые они просунули в спальник сквозь дырки. Потом Том раздобыл веревку — в том же фургоне, где нашел большую кастрюлю, и Стю с ее помощью прикрепил спальный мешок к шестам. Когда все было готово, это напоминало Стю скорее какую-то идиотскую коляску рикши, чем повозку вроде тех, которыми пользовались индейцы в прериях.
Том повернулся спиной к их творению, поднял шесты и неуверенно оглянулся через плечо.
— Ты залез туда, Стю?
— Ага. — Он прикинул, сколько времени выдержат швы, прежде чем разойдутся по бокам спальника. — Я здорово тяжелый, а, Том?
— Не очень. Я могу тащить тебя далеко. Поехали!
Они двинулись вперед. Рытвина, в которой Стю сломал ногу и где, он был уверен, ему предстояло умереть, потихоньку отдалялась. При всей слабости Стю ощутил какую-то безумную радость. Во всяком случае, это случится не там. Он где-нибудь умрет, и, наверное, скоро, но не в одиночестве и не в той грязной канаве. Спальный мешок раскачивался из стороны в сторону, убаюкивая его. Он задремал. Том тащил его вперед под сгущающимися гроздьями туч. Коджак трусил рядом с ними.
Стю проснулся, когда Том опустил его на землю.
— Прости, — извиняющимся тоном сказал Том. — Руки устали, должны отдохнуть. — Он повертел руками, потом согнул их в локтях.
— Отдыхай сколько влезет, — сказал Стю. — Тише едешь — дальше будешь. — Голова у него гудела. Он нашел анацин и всухую проглотил две таблетки. Ощущение при этом было такое, будто горло у него выстлано наждачной бумагой и какая-то садистская душонка чиркает о нее спичками. Он проверил швы на спальном мешке. Как он и боялся, они уже начали расходиться. Они добрались до подножия большого холма с долгим пологим склоном — как раз то, что он искал. На таком склоне протяженностью больше двух миль машина с севшим аккумулятором сумеет как следует разогнаться. И можно попробовать завести стартер на второй, а может, и на третьей передаче.
Он жадно смотрел влево, где на аварийной полосе чуть криво стоял фиолетовый «триумф». Что-то похожее на скелет в ярком шерстяном свитере склонилось над рулем. «Триумф» должен был иметь ручной; переключатель передач, но никогда в жизни ему не удастся засунуть свою переломанную ногу в такую маленькую кабину.
— Сколько мы прошли? — спросил он Тома, но тот только пожал плечами.
В любом случае кусок одолели порядочный, подумал Стю. Том тащил его по меньшей мере часа три, прежде чем остановился передохнуть. Это свидетельствовало о его феноменальной силе. Прежний пейзаж остался далеко позади. Том, сложенный как молодой бык, протащил его шесть, а то и восемь миль, пока он дремал.
— Отдыхай сколько влезет, — повторил он. — Смотри не надорвись.
— У Тома все о’кей. О и кей значит о’кей, в натуре, да, кто ж этого не знает.
Том проглотил обильный ленч, и Стю умудрился тоже немного поесть. Потом они двинулись дальше. Дорога продолжала виться вверх, и Стю начал понимать, что этот холм — его последний шанс. Если они минуют его, не найдя подходящей машины, им понадобится часа два, чтобы добраться до следующего. Уже будет темно. Судя по небу, пойдет дождь или снег. Приятная холодная ночка на сырой земле. И прощай, Стю Редман.
Они подошли к «шевроле-седану».
— Стой, — прохрипел он, и Том опустил шесты. — Подойди к той тачке и загляни внутрь. Сосчитай педали на полу. Скажи мне, две там или три.
Том рысью подбежал к машине и открыл дверцу. Мумия в платье с цветочками выпала оттуда, как чей-то неудачный сюрприз. Ее сумочка упала рядом, и из нее высыпались косметика, салфетки и деньги.
— Две! — крикнул Том.
— Ладно. Надо двигать дальше.
Том вернулся, глубоко вдохнул и схватился за шесты повозки. Через четверть мили они наткнулись на микроавтобус «фольксваген».
— Хочешь, чтоб я сосчитал педали? — спросил Том.
— Нет, в другой раз. — У микроавтобуса было три спущенных колеса.
Ему начало казаться, что они так и не найдут ничего подходящего; просто удача отвернулась от них. Они набрели на фургон лишь с одним спущенным колесом, которое можно было заменить, но Том доложил, что, как и у «шеви-седана», там только две педали. Это означало, что коробка автоматическая, а стало быть, не годится им. Дорога уже почти выровнялась, подъем заканчивался. Стю заметил впереди еще одну машину — последний шанс. Сердце Стю дрогнуло. Это был очень старый «плимут», в лучшем случае 70-го года. Каким-то чудом он стоял на всех четырех накачанных шинах, но был весь изъеден ржавчиной и потрепан. Давно уже никто не занимался ремонтом этого драндулета; Стю прекрасно знал эту модель еще по Арнетту. Аккумулятор старый и скорее всего треснувший; масло — чернее полночи в угольной шахте, но на рулевом колесе обязательно будет розовенький чехол, и скорее всего на полке перед задним стеклом — плюшевый пудель с хрустальными глазками и кивающей головкой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
