- И тебе доброе утро, Уизли, - отозвался Малфой, не отрывая взгляда от палочек, словно те могли самостоятельно проклясть его, едва он отвернется.
Гарри вяло улыбнулся Рону. После Блокирующего зелья он всегда чувствовал себя нехорошо.
Вчера они разговаривали с Роном до темноты - вернее, Рон разговаривал, а Гарри только иногда спрашивал о чем-нибудь. Только после ужина Гарри сообразил, что уже поздно, и предложил Рону остаться на ночь - благо Малфой был совсем не против того, чтобы переехать к Джеймсу и освободить комнату. Рон охотно согласился, только отправил два письма - одно поменьше, матери, с предупреждением, что ночью его не будет, второе - побольше, Сириусу, с описанием ситуации, потому что Гарри писать отказывался наотрез.
- Так какого Мерлина, Малфой, тебе тут надо? - нахмурился Рон. Малфой только фыркнул.
- Не волнуйся, Уизли, на честь твоего друга я и не думаю посягать… - и скрючился от боли в животе. Такие шутки Гарри не понимал.
- Заткнись, - посоветовал он, засовывая опустевший флакончик от Перечного зелья под кровать. Малфой закатил глаза, вытащил его оттуда и засунул в карман.
- Уизли, ты, как я понимаю, не знаешь, что это такое? - безнадежно поинтересовался он. Рон вытянул шею и недоуменно моргнул.
- Это чье?
- Если бы я знал, я бы не спрашивал, - нервно огрызнулся Малфой и снова направился к выходу из комнаты. - Поттер, Уизли, не смейте это трогать. Я спрошу у Джеймса и, может быть, придется вызвать Люпина…
- А кто такой Джеймс? - с интересом поинтересовался Рон, когда за Малфоем закрылась дверь. Гарри устало вздохнул.
* * *
Завтрак прошел в атмосфере напряжения, страха и боли.
Атмосфера боли концентрировалась исключительно на уровне одной из спален второго этажа, где заперся в ванной Гарри.
Дело было в том, что Люпин, который примчался на вызов Малфоя - они с Гарри, Роном и Джеймсом общими усилиями смогли частично разблокировать камин, так, что через него можно было теперь разговаривать - получил-таки вчера довольно сумбурное письмо Рона, и не нашел ничего лучше, чем отловить Гарри и, отведя его в уголок, осторожно поинтересоваться его состоянием. Гарри заботу оценил, но эмоции вырвались наружу, пронеслись маленьким целенаправленным тайфуном по комнате, обожгли Драко, напугали Рона и разрушили интерьер комнаты. После чего Гарри сбежал наверх, предоставив чинить стол, стулья, окна и лопнувшую в трех местах обивку дивана остальным.
За ним никто не шел - наверняка Малфой удержал Люпина и Рона, как когда-то удерживал вдали от Гарри Джеймса. Гарри был благодарен ему. Бывший слизеринский хорек оказался на удивление чутким.
Внизу какое-то время слышались яростные вопли Малфоя, скандалящего по поводу «разбитой вазы» и Рона, который обвинял «хорька» в «бесчувственности и бессердечности». Гарри, впрочем, прекрасно понимал, что дело не в вазе, и на Малфоя не обижался.
У него были другие заботы.
Чуть-чуть отошедшая было, боль нахлынула вновь с удвоенной силой. Гарри сжал кулаки, впился ногтями в ладони, стараясь не расплакаться от боли, тоски и беспомощности. Тихие шаги за дверью заставили его вздрогнуть от ярости - мало им, что ли? Треснула с грохотом раковина…
- Поттер, Мерлина ради, спокойнее. Сиди там сколько влезет. Я только заберу эту дрянь, покажу твоему оборотню, - негромко, почти успокаивающе раздался голос Малфоя. Гарри прикрыл глаза.
Он успокоился лишь спустя полтора часа. Выйдя из ванной, обнаружил у себя в комнате растерянного Рона - и когда тот успел сюда зайти?
Рон молчал, и Гарри удивился его чуткости. Когда только друг успел так измениться?
- Люпин говорит, что никто не смог бы проникнуть сюда, - сообщил Рон. - Палочки проверили Приори Инкантатем. На трех из них обнаружены Непростительные заклинания, Круциатус и Авада Кедавра, на четвертой тоже какие-то темные проклятия. Только мы, кажется, нашли, кому они принадлежали.
Рон впихнул в руки Гарри газету, раскрытую на третьей странице.
<i>«В маггловском районе обнаружены четыре трупа Пожирателей Смерти!</i>- гласил заголовок одной из статей, -<i>«Причина смерти неизвестна, и, вероятно, ею послужило Третье Непростительное заклинание, но, по словам колдомедиков, смерть у всех четверых наступила мгновенно, с разницей до десятой доли секунды. Предположить, что четыре человека одновременно атаковали Пожирателей, невозможно - а значит, заклинание было выпущено одним человеком. Странно также, что ни у одного не было при себе палочки. Что же за странное заклинание убило сразу четырех человек? И почему скрывается тот, кто уничтожил Пожирателей Смерти?»</i>
Гарри отложил газету в сторону.
- Наверное, надо обновить защитные заклинания, - безразлично проговорил он. Рон кивнул.
- Люпин сейчас как раз этим и занимается.
* * *
- Послушай, Гарри, я могу тебя кое о чем попросить? - Рон неловко переминался с ноги на ногу. Гарри повел плечом.
- О чем?
Рон внимательно разглядывал черную заржавевшую калитку.
- Мама была бы рада тебя видеть… Может, придешь к нам? Не сейчас, когда-нибудь позже?
- Нет, - Гарри покачал головой. Рон явно расстроился, но Гарри продолжил, - У меня слишком часто бывают такие вспышки. Лучше приведи миссис Уизли сюда. Только не сейчас, хорошо? Я думаю, мне еще надо время, чтобы прийти в себя.
Рон кивнул.
- Хорошо. Дашь мне знать.
Гарри кивнул.
- Ну, давай тогда. Пока.
- До встречи, - Рон пнул калитку ногой, ойкнул и с трудом протиснулся в щель. Гарри вздохнул и направился к дому.
Болтовня почти не о чем в самом деле отвлекала от боли. Если вчера Рон явно колебался, желая не то посочувствовать, не то полюбопытствовать, этим утром он явно убедился, что делать этого не стоит, и говорил о чем угодно, только не о Гарри. Кстати, неожиданно для него самого, Гарри проявил к некоторым темам интерес - например, когда узнал, что Уизли медленно, но верно начинают снова налаживать контакт с Чарли, хотя Молли сердится, что они с Крисом все-таки провели свадебный обряд: тихо, в Румынии и без семьи…
Малфой нервно барабанил пальцами по столу, не отрывая от палочек глаз. Гарри вздохнул, помахал рукой у него перед глазами и отодвинул палочки в сторону, опустившись на стул.
- Тибби, дай, пожалуйста, завтрак, - попросил он. Говорить в пространство было глупо и неловко, но домовик с хлопком проявился, держа в руках поднос и левитируя тарелку и чашку с него на стол. Гарри благодарно улыбнулся: если бы еда просто появилась на столе, как в Хогвартсе, он чувствовал бы себя еще глупее.
Домовик кивнул в ответ и снова исчез. Гарри вдруг вспомнил, что Тибби дважды назвал его «хозяином» - около пары месяцев назад, когда спрашивал о чем-то. Гарри понятия не имел, почему домовик так называет его, ведь, кажется, после смерти Северуса его хозяином должен был стать Джеймс.
