— Сыграем?
— Я не умею, — пожала плечами девочка.
— Я тоже.
— Давай.
Со стороны сенсея донесся одобрительный хмык. Некоторое время ничего не происходило, если не считать "игры" двух генинов. Рьюго выработал примитивные правила, по которым они могли разыгрывать эту горстью монет хоть целыми днями, а сенсей невозмутимо сидел на своем месте.
Из-за дверей донеслись отчетливые шаги, после чего в дверь постучали.
— Да, войдите.
В открывшуюся дверь вошел полноватый, но совсем не толстый мужичок в сопровождении двух наемников. Наемники, бросив короткий взгляд на шиноби, остались стоять у дверей, а гость сразу прошел к месту напротив сенсея.
— Еще раз здравствуйте, Вуи Гин-сан. Как только я узнал, что вы хотели что-то еще со мной обсудить, сразу направился на встречу.
Сенсей уверенным движением раскрыл веер и закрыл им лицо до самых глаз.
— Да, уважаемый Чонг Шо. У нас остались некоторые нерешенный вопросы, — голос был совершенно не похож на голос сенсея. Если бы Футабе не была уверена, что это Като-сенсей, то ни за что бы не признала его.
— Разве? — гость напрягся, — мне казалось, мы обсудили все детали.
— Мне тоже так казалось, уважаемый Чонг Шо. Однако стоило вам покинуть меня, не прошло и получаса, как в мой кабинет ворвался злой, аки Акума, Учиха-доно. Он весьма доходчиво, не стесняясь в выражениях, описал мне, почему я являюсь плодом порочного противоестественного сношения последнего портового ишака с недокормленной собакой клана Инудзука. И знаете, я ему в какой-то момент даже поверил.
Наемники и гость подвисли. Рьюго с некоторой ленцой повернулся в сторону сенсея:
— Достопочтенный Вуи Гин-сан, я попрошу избежать подобных выражений при моей напарнице, пожалуйста.
— Прошу прощения, шиноби-сан, — кивнул сенсей, — но меня глубоко возмущают и оскорбляют факты, предоставленные мне Учихой-доно. При всем моем уважении к почтенному, пусть и молодому Учихе-доно, почему он распознал очевидный подвох в подписанной мною сделке, а сам я этот подвох не заметил. Вы не ответите мне на этот вопрос, уважаемый Чонг Шо?
Гость сглотнул.
— Условия, о которых мы договорились…
— Были весьма щедры к вам, — перебил гостя сенсей, — и были рассчитаны на долгосрочное взаимовыгодное партнерство. Я понимаю, что клан Учиха сейчас не столь многочислен, как раньше, но от этого он не перестает быть уважаемым кланом Конохи. Проявлять неуважение к клану основателей, это равносильно проявлению неуважения ко всей Конохе.
Гость побледнел.
— Я вовсе не хотел…
— Естественно, ни о каких долгосрочных партнерских отношениях теперь и речи идти не может. Я вообще сомневаюсь, что после такого вам, уважаемый Чонг Шо, будут рады в Конохагакуре.
— Но ведь можно решить этот вопрос, достопочтенный Вуи Гин-сан. Я уверен, такому умному и уважаемому человеку по силам и не такое, я же всего лишь маленький человек. Уверяю, это моя ошибка, и только моя. Ну, с кем не бывает.
Сенсей демонстративно отвернулся к окну.
— Вообще-то, решить этот вопрос возможно. Будет не просто, уважаемый Учиха-доно был в ярости. Семья для него превыше всего. И любой, кто осмелиться причинить вред его семье, пусть и косвенный, становиться врагом.
— Но уважаемый Вуи Гин-сан…
— Однако Учиха-доно молод, горяч. И я имею на него некоторое влияние, пусть и весьма пошатнувшееся в результате столь неприятной вашей ошибки.
Гость уверенно закивал.
— Я готов принести извинения, любые, которые сочтет нужными уважаемый Учиха-доно. И вы, уважаемый Вуи Гин-сан.
Сенсей вновь перевел взгляд на гостя.
— Думаю, я могу убедить Учиху-доно, что никой ошибки не было, и прибыль, которую вы по ошибке могли приписать себе, предназначалась клану Учиха…
Гость поморщился, но кивнул:
— Конечно, это будет самым лучшим вариантом.
Сенсей хитро улыбнулся.
— Я ведь тоже человек, могу ошибаться. И, например, неправильно посчитать объемы этой прибыли.
Гость ответил такой же улыбкой.
— Естественно никаких ошибок и быть не может. Все деньги достигнут своих хозяев.
— Вот теперь мы пришли к соглашению, уважаемый Чонг Шо.
Еще некоторое время сенсей и гость потратили на прощание, и лишние люди, наконец, покинули комнату. Наступившее молчание прервал ввалившийся в комнату через окно Инахо, придерживающий рукой свежий синяк под глазом.
— Может я задам глупый вопрос, но что это было?
Сенсей ухмыльнулся, добродушно, открыто.
— Как я уже рассказывал Рьюго, банальное воровство. Я обворовал этого умника на очень немаленькую сумму в пользу клана Учиха, — ответил он, и, подумав, добавил, — а заодно и клан Учиха в свою личную пользу, но сумма уже поскромнее.
Генины переглянулись, но не смотря на все свои успехи в наработке способности соображать, понять происходящее целиком так и не смогли.
Глава 2/7
По возвращению в Коноху сенсей сразу покинул команду, отмахнувшись словом: "отдыхайте". Но генины не сговариваясь побрели в сторону полигона, где сейчас было безлюдно.
— Мне кто-нибудь объяснит, что именно произошло? — первым заговорил Инахо, — Я думал, что это была тренировка.
Рьюго отрицательно покачал головой.
— Нет. Все было по-настоящему. Сенсей мне кое-что рассказал, пока вас не было.
Парень, как мог точно, передал напарникам содержание разговора не став что-либо утаивать.
— Что!? — первым взвился Инахо, — А у нас кто-нибудь спрашивал, хотим мы себе такую роль, или нет!?
Футабе потупилась:
— Я со всем согласна. Если в деревне решили, что именно здесь наше место, значит на то есть причины.
Объяснять, что у нее вообще выбора всего два, и с одним она совершенно не согласна, девочка не стала.
— Я, наверное, тоже соглашусь, Инахо, — не очень-то уверено кивнул Рьюго, — в этом нет ничего плохого. Кто-то должен выполнять и эту работу.
Инахо нахмурился:
— Вообще-то у нас с тобой неплохие результаты в нин и тай дзюцу. Мы могли бы…
— Стать средней руки чунинами, как наши родители? Ты хочешь быть преподавателем в академии?
— Что ты имеешь против моего отца!? — набычился Инахо.
— Ничего. Но провести на "С" ранговых миссиях молодость, и, если повезет выжить, стать каким-нибудь клерком, или преподавателем я не хочу.
— Рьюго, — протянула девочка.
Укитака-Нара нахмурился:
— Инахо, ведь старший брат твоего отца лишился конечностей, когда работал в полиции Конохи, и теперь сидит в архиве, заполняя бумаги. А за время нашей учебы в академии клан Нара пять раз хоронил своих чунинов, не возвращавшихся с миссии.
— Думаешь, воровать информацию менее опасно? — в подтверждение вопроса Инахо коснулся подбитого глаза, — это мне поставил охранник, когда все же догнал. И ты видел шрамы сенсея.
Рьюго кивнул:
— Видел. Но сенсей сильный шиноби, я уверен у него было много миссий. И сейчас слова Футабе, что он лично говорил с Хокаге-сама, уже не кажутся мне враками.
— Я и не врала, — пробурчала девочка.
Но Инахо только отмахнулся:
— Пусть так. И что? Воровать, обманывать, присваивать. Ты слышал слова сенсея? Он сам признался, что обворовал клан Учиха. Это нормально? Может пойдем к Учиха-доно и передадим содержание нашего разговора?
— Это будет большой глупостью, — вставила Футабе.
— Да. Глава клана Учиха сейчас — Саске Учиха. Он не так давно стал чунином. А уж какие истории про него ходили. Но уверен, он просто посмеется нам в глаза, а мы выставим себя дураками. Предать сенсея? Настукачить? С этого ты хочешь начинать свою карьеру?
Футабе энергично закивала:
— Сенсей нам доверяет. Мы не можем его подставить.
Инахо надулся:
— Так не честно, вы вдвоем на одного меня!
Рьюго поморщился:
— Извини. Но тебя никто и не заставляет. Сенсей сам сказал, если мы готовы, он обучит нас всему, что нужно знать. А если нет, то у нас есть право самим выбирать путь. Лично я завтра приду и скажу, что готов. Если все получить, возможно, моя семья уже не будет зависимой от клана Нара.
Футабе покивала:
— Я тоже готова.
— А если я скажу нет? Сенсей не станет меня учить? — еще больше нахмурился Инахо.
Рьюго пожал плечами:
— Сенсей сильный. Да и вы с ним тренируетесь, сам же знаешь. Он все равно многому может тебя научить.
Инахо выдохнул:
— Ладно, убедил, я подумаю. Но мне это не нравится! Я хочу быть настоящим шиноби! Героем!
— Таким, как Инудзука Дайтуки? — хмыкнул Рьюго.
— Он был героем! — снова набычился друг, — Что бы сенсей не говорил, это не отменяет героического поступка Инудзука Дайтуки!
— Угу, — скептически промычал Рьюго.
— Все, я пошел! — отмахнулся Инахо, и сорвался в бег.
