обрадовалась Сюзи, но Томми не был уверен, нравится ли ей сам ребенок или тот факт, что в семье Сантелли появилась внучка. Что касается Стеллы, Томми никогда не видел ее такой веселой и довольной. Отказавшись от услуг приходящей няни, она договорилась с Тессой, что та будет сидеть с Сюзи после школы, и даже предложила ей платить, но Анжело запретил, настояв, что это просто семейная обязанность. Тесса отреагировала на Сюзи, как на новую куклу, и нещадно ее баловала, так что Стелле пришлось твердо сказать ей, что Сюзи должна получать не все, что хочет, а только хорошее и полезное.
Через несколько дней после того, как они привезли девочку домой, Стелла спустилась вниз уже одетая, ведя за собой Сюзи. Люсия подняла брови: прежде Стелла редко поднималась с постели раньше полудня. Усадив Сюзи за стол, Стелла принесла ей тарелку хлопьев из кухни и принялась нарезать туда банан.
— Что это вы, девочки, рано вскочили? — спросил Джонни.
— Хочу съездить в город, купить Сюзи одежду, — ответила Стелла. — У нее буквально ни тряпочки нет. Пальцы из туфель торчат, маечкам и трусам место на помойке, а платья такие короткие, что выглядят неприлично даже на девочке ее возраста! Честное слово, мне ее в магазин вести стыдно!
Марио, фыркнув, полез за бумажником.
— Купи ей все, что надо, Стел. Сколько?
— Нет, подожди… ни к чему это, — запротестовал Джонни. — Раз уж мы в ответе за ребенка, то и одежду ей сами достанем. Убирай свои деньги.
И когда Стелла вышла налить Сюзи еще молока, он тихо, но твердо сказал:
— Ладно тебе, Мэтт. Разве не видишь, как Стел изменилась? Я сам обо всем позабочусь. Пусть знает, что я все время на ее стороне!
Когда Стелла принялась намазывать маслом тост для Сюзи, Люсия решительно заявила:
— Нет смысла покупать ей много одежды. Я уже выкроила три платья и пальто. И ей понадобится платье ходить в церковь. Съезди в текстильный магазин, я дам тебе список, что купить.
Стелла благодарно улыбнулась.
— Я вспоминаю свой первый год здесь. Вы перешили для меня пальто Лисс. И сделали несколько платьев. У меня в жизни не было таких красивых платьев.
Люсия со смехом потрепала ее по руке.
— На тебе были обноски не лучше, чем на Сюзи, верно, дорогая?
— Я помню. У меня даже бюстгальтера не было, и вы отдали мне те, которые стали малы Лисс, — потянувшись, она прижалась щекой к щеке свекрови. — Вы всегда были так добры ко мне, Лу.
Марио улыбнулся.
— Что ж, Лу, у тебя хватает недостатков, но в уклонении от дел милости телесной тебя не уличишь. Ты всегда готова питать алчущих и одевать нагих.
— Стараюсь, — согласилась Люсия, с улыбкой глядя на Сюзи. — Хотя, надо признать, одних одевать веселее, чем других. Сюзи идет розовый, но буквально все маленькие девочки носят розовое. Я шила для Тессы и Клео Марии розовую одежду, пока меня от нее не затошнило. Купи ей прямую красную юбку и ярко-красную кофту, Стелла. И еще она будет прекрасно смотреться в бледно-желтом, как ты считаешь? А на следующее лето я сделаю ей платье для Первого Причастия.
Слушая все это, Томми вспомнил вечер, когда Люсия суетилась над ним с кремом от ожогов, и то, что рассказывала о ней Клео. Трудно было сказать, что Люсия Сантелли лишена материнского инстинкта. Почему же она оказалась неспособна воспитать собственных детей?
Утро Марио и Томми провели на аппарате — надо было заменить несколько тросов. Потом настало время урока для мальчиков. Марио объяснял Бобби Мередиту новый трюк, когда в зал вошел Барт Ридер. Томми помахал ему, жестом показав снять обувь и бросить в ящик. Глядя, как раскачивается Бобби, Томми вспоминал собственные первые дни на аппарате.
Нахмурившись, Марио велел Бобби спуститься и сказал:
— Послушай, Боб, ты уловил идею. Но выглядишь не ахти. Полет — это не только соревнование в силе. Вольтижер должен быть грациозным. Красивым.
— Как танцор в балете? — спросил старший, Фил Лэски.
— Да, — подтвердил Марио. — Именно так.
Бобби сморщил нос.
— Да ну, в балете по большей части педики. Не уверен, что хочу быть на них похожим.
Барт Ридер, слушавший разговор, рассмеялся.
— Я тоже так когда-то думал. Когда я учился в колледже… о да, я там действительно учился, хотя с того времени и прошла целая вечность… Так вот, к нашему отвращению, вести у нас физкультуру наняли известного танцора. Он должен был преподавать нам общую физическую подготовку, гимнастику и — о ужас! — балет. И некоторые из начинающих футболистов — к которым я в те непросвещенные дни относил и себя — разделяли твое мнение. Мы решили собраться вместе и показать этому прославленному педику, что думаем о его намерении заставить нас, альфа-самцов, танцевать балет, как девчонок. Так или иначе, Джеймс Тей… вы же слышали о Джеймсе Тее? Его называли американским Нижинским. Так вот, Тей об этом узнал и на первом же уроке предложил всем подойти по одному и пожать ему руку. Первый парень был громилой, эдаким полузащитником — плечи как у быка. По нему прямо видно было, что он готов раскрошить Тею пальцы. Так вот, он вышел, протянул руку, а в следующую секунду уже вопил на полу. И так, одного за другим, Тей уложил целый класс. Даже тех последних, которые почувствовали неладное и бросились на него вчетвером. И пока мы — и я тоже, надо признать — позорно валялись на полу, потирая отбитые задницы, он отряхнул руки и очень вежливо сказал:
— Джентльмены, на этом сегодняшний урок окончен. Завтра жду вас в трико и подходящей для танцев обуви.
Мальчики, неловко хихикая, переглянулись.
— И вы пришли? — спросил, наконец, Карл.
— Пришел. На самом деле именно после этого я решил поддерживать форму танцами, а не футболом. Нагрузка больше, и танцы лучше формируют мускулатуру. К тому же,
