не испытывал такие муки, выбор был очевиден, он манил своей простотой, но что-то мешало.
Хотелось снова ощутить свой собственный дар, мощь энергии, надеть латы. Но в противовес этому вставали воспоминания о том неизвестном потенциале. В моих руках сейчас не просто инструмент, как выразилась Романова. Это ключ к пониманию всего происходящего.
Но по всем признакам выходит, что мне нужно пожертвовать собой.
Чайную пару на столе сменили уже шестой раз, близилось утро, а я мерил шагами комнату.
Перед самым рассветом решение было принято.
Почувствовавшие неладное животные в своих загонах беспокойно заворочались, замычала пара коров. Всхрапнули лошади.
Проходя мимо одной из клеток, увидел лежащую на боку лошадь. Она выглядела измученной и уставшей. Шерсть свалялась, глаза впали, а на губах появилось немного зеленоватой пены. Животное увидев меня попыталось подняться, но не смогло.
Если изначально я направлялся к уже знакомым хрюшкам, то теперь решил сделать два дела одновременно. Умертвить уставшую лошадь, избавив таким образом от страданий и дать жизнь совершенно неизвестному существу внутри.
Бедняжка пыталась встать, пока я не подошёл и не подошёл вплотную. Видимо она почувствовала, что произойдёт что-то нехорошее. Я просто хотел сделать это быстро.
Вытянутая рука никак не помогла. Симбиот не откликался.
Я снова погрузился в себя, чтобы проверить, не исчезли ли нити.
Эмоции никак не помогали, он просто не приходил. Я поднёс руку ближе, присаживаясь на корточки. Лошадь доверчиво ткнулась лбом в ладонь, мы замерли. Я попытался отнять руку, но не смог. Она будто прилипла к лошадиному черепу.
Испуганное ржание быстро переросло в хрип, рука покрылась непроглядной тьмой, похожей на нефть, она опутала всё тело лошади, будто-бы растворяя. Прилив энергии чуть не заставил меня прыгать на месте, но не надолго. Сущность начала отнимать её с ещё большей скоростью.
Мой внутренний резерв быстро закончился. Заглянув в пространство дара, увидел как нити стали плотными, они захватили ядро и сжали сильнее прежнего, буквально ломая все каналы и пожирая систему.
Кажется, это была ошибка, промелькнула запоздалая мысль.
Кожа на руках стала бледнеть, я будто высыхал, как тот оборотень в комнате. Спасительная тьма унесла сознание, последнее что я запомнил, это боль от падения на пол загона.
Глава 3
После того, как я пришёл в себя, потребовалось ещё несколько минут, чтобы осознать это. Невозможность пошевелить конечностями мгновенно привела в состояние ужаса. С трудом открыв глаза, понял, что лежу на промёрзшем полу загона для скотины.
Не до конца закрытая дверь пропустила внутрь морозный воздух. Именно быстро понижающаяся температура помогла прийти в сознание.
При попытке встать на колени, руки подломились, заставляя бороздить пол носом. Когда взгляд смог сфокусироваться на руках, по спине пронеслась толпа мурашек.
Руки стали тоньше раза в три, больше напоминая куриные лапки. Кожа и кости, при такой комплекции стоит порадоваться, что я смог встать на четвереньки. Вероятно за счёт мышечной памяти.
Сразу проверил внутреннее состояние, в третий раз за последние десять минут теряя душевное равновесие.
Ядра дара не было, оно просто исчезло. На его месте зрел запутанный комок тёмной энергии, будто большой клубок ниток для пряжи. Ещё одна странность заключалась в том, что новый источник пульсировал в такт сердцу. Этого мне ещё не хватало.
Что произошло?
Скотина вокруг давно успокоилась. Несколько лошадей подозрительно косились на меня высунув голову в коридор поверх невысокой двери. Но стоило мне подняться, как все снова начали гомонить, предчувствуя беду.
Телу в срочном порядке нужна подзарядка, желательно большая. Конечности с трудом слушались, ноги дрожали и не сгибались, приходилось держаться за стену.
Первую жертву решил выбрать послабее, чтобы у неё не было возможности забить неудачливого вампира до смерти. Свинья долго бегала, но в какой-то момент я оказался удачливее, просто упав на её пути. Бедняга запнулась и на долю секунды потеряла скорость, позволяя мне схватить себя за ногу.
Слава создателю, что способности симбиота работали в штатном режиме, несмотря на значительные метамарфозы внутри. После первой жертвы я уже мог спокойно встать на ноги. До следующего помещения дошёл самостоятельно, без помощи стены.
Ещё две свиньи позволили почти полностью прийти в себя. Очень повезло, что именно в этом уголке держат крупных особей, по одной штуке в индивидуальном небольшом загоне. Если бы площадь была больше не видать мне силы, как своих ушей.
К загону к лошадям подходил упругой походкой. Последнее животное растворилось на моих глазах и отдало большую часть массы. Руки уже перестали напоминать веточки, я постепенно приходил в форму.
Лошадей было жаль больше всего. Гордые длинноногие животные использовались для пропитания, но убивать самому было сложно.
Щупальца выходящие изнутри напоминали рой маленьких мушек или песчаную бурю. Мне уже не приходилось подходить, симбиот сам забирал подношение. Тьма обволакивала тушу животного и уже через несколько секунд от него не оставалось и следа.
Ветви энергии возвращались в тело, каждая из них выглядела будто сытый удав. Они несли строительный материал для носителя, восстанавливали тело и запасали энергию.
Только на выходе понял, что не отдавал приказы как раньше. Теперь не было прослойки эмоций симбиота, задержки в исполнении, всё стало проще. Нет, он никуда не исчез, я всё так же чувствовал присутствие иного внутри, но он скажем так, больше не лез за руль.
В доме была тишина, когда я вернулся уже светало. Не знаю сколько провёл в отключке, но судя по всему достаточно много. Ноги сами по себе понесли тело на кухню, где уже давно орудовали повара.
Встреча прошла неожиданной для персонала. Открытые рты и выпученные глаза, будто все поварята были выброшенными на берег рыбами.
У меня попытались поинтересоваться, не ошибся ли я дверьми и не заблудился в поместье. На что я невозмутимо ответил, что пришёл по адресу и съем каждого второго, если мне сей же час не обеспечат приличный завтрак.
Повара в спешке начали готовить еду, неосознанно построившись в небольшую линейку. Причём самые молодые активно бились за места. Видимо никто не хотел быть вторым.
Уже через минуту на большой сковороде шипели и брызгали маслом тонко нарезанные полоски бекона. Туда же отправились десяток яиц под моим пристальным взглядом, пара помидоров, небольшой кусочек сыра.
Ел со сковороды, закусывая ароматным куском хлеба, вытащенного прямо из духовки.
Если после подзарядки симбиотом от животных чувство жизни плескалось во мне полноводной рекой, сейчас оно было готово выйти из берегов. Как мало надо человеку оказавшемуся на грани жизни и смерти, не ожидал от себя
