Палло заставил себя заснуть. Эта привычка отдохнуть хотя бы часок, когда есть такая возможность, выработалась за многие годы, пока Арвид Владимирович работал у Королева. Могло так случиться, что не придется спать и сутки, и двое, поэтому пока следовало отдыхать. Палло заметил, что Комаров тоже задремал.
В Новосибирске повторился «куйбышевский вариант». Ил-14 ждал их, и через десять минут он уже летел к Красноярску. А там вновь рейсовая машина приняла их на борт, и только в аэропорту Красноярска Палло узнал о «загадочном радиопередатчике», который работал где-то на Нижней Тунгуске. К сожалению, пеленг еще не взяли, было известно только направление, по которому следовало искать контейнер — именно он подавал свой голос из тайги. Самолет шел к Туре, где, как сообщили Палло, уже прочесывали тайгу несколько «Илов» и «Аннушек», пытаясь обнаружить «шарик».
— Рассвет. Через полчаса начнем выброску десанта. Предупреди их.
Командир повернулся, и Палло увидел усталое лицо, воспаленные от бессонницы глаза. Самолет задрожал, но болтать стало меньше, — значит, снова начали набирать высоту.
Палло вышел в салон. Глаза не сразу привыкли к темноте. Кажется, еще все спали, и он, постояв минуту, вернулся в кабину.
Командир начал десятый разворот. Самолет лег на правое крыло. Звякнула пустая фляжка, Палло забыл сунуть ее в карман куртки. Он нагнулся и начал рукой шарить у кресла пилота.
— Оставь, — не оборачиваясь, сказал летчик. — Возьми мою. Только там не вода… Пригодится. Проходим Туру. Жаль, что нет там хорошей площадки… Сейчас на земле несладко. Ветер сильный.
— Спасибо, — поблагодарил Палло. И хотя они с летчиком за пять часов перекинулись всего несколькими фразами, он почувствовал, что этот громоздкий человек, едва умещающийся в кресле, не очень хочет отпускать их с самолета. Здесь тепло, уютно, гул моторов убаюкивает, а внизу снежная круговерть и минус сорок.
— Опять пищит, — сказал штурман, — голос звонкий… Как его могли потерять вчера?
— Здесь все возможно: Север. — Командир устал молчать или боялся заснуть и поэтому, как показалось Палло, вызывал на разговор.
— Да, нам повезло, — поддержал он. — А в Туруханске я очень сомневался, что найдем… Повезло.
— Я десять лет здесь летаю, — возразил летчик, — поэтому и говорил, что найду.
Их группу привезли в Туруханск в полночь. Но к этому времени самолет, дежуривший по «голосу» передатчика, потерял его. То ли штурман ошибся, то ли передатчик прекратил работу — никто сказать не мог, и самолет вернули. Штаб поиска уже хотел докладывать в Москву, но Палло потребовал еще одного полета. Пока готовили самолет, он попросил собрать все руководство штаба поиска.
— Утром все доложим, — попытался возразить кто-то.
— У вас есть приказ? — отрезал Палло. — Выполняйте!
Начальник штаба поиска Ветров зло взглянул на Палло, но больше спорить не стал. Действительно, приказ был категоричен: полностью подчиняться этому человеку, выполнять все его распоряжения. Даже специальный самолет гнали из Красноярска за ним и его группой.
Они ввалились в штаб и бесцеремонно разлеглись на полу. Через пять минут все уже спали, кроме этого чернявого, довольно молодого человека. «Судя по фамилии, эстонец или латыш», — подумал Ветров.
Люди измотаны. Сутки назад засекли этот передатчик, и вот уже двадцать шесть часов Ветров не сомкнул глаз. Подняли с постели и сразу сюда, в Туруханск. Пять самолетов, почти сотню человек перебросили. Наконец нашли эту «пищалку» за полторы тысячи километров от Туруханска, «держали» ее с воздуха да вот потеряли. А как туда добраться? Тайга, мороз, снег — столько намело, что утонуть можно. А метеоролог погоду не обещает до следующей среды… В Туру надо перебраться, но там взлетная полоса не готова. Расчищают от снега… Завтра и начальство пожалует, значит, «пищалка» эта беспокоит Москву. Может, шпионы какие оставили? Но зачем так далеко в тайге? Впрочем, Ветрову уже было все равно, что там за «пищалка», достать бы ее быстрее — и домой, в Красноярск.
Наконец в комнате собрались все. Пришел секретарь райкома. На его голову свалилось столько людей, техники, пришлось отменить даже занятия в школе, которую и отдали гостям.
— До точки более полутора тысяч километров. — Ветров показал на карту. — Район нам приблизительно известен.
Но теперь главное — работает ли передатчик? Если да, то найдем, ну, а если молчит…
— Это не имеет значения, — перебил его Палло. — Надо найти. Нас выбросите, будем прочесывать тайгу. Метр за метром…
— Сейчас снега глубокие и метель, — попробовал возразить Ветров, — это же Север, а не… — Он замялся, хотел сказать «Эстония», но потом передумал.
— Знаю, что не Эстония, — неожиданно добавил Палло. — Но мы обязаны найти передатчик, обязаны. Ясно?.. А программа такова: тот вертолет, что есть в Туре, мы используем. Но могут потребоваться другие. Значит, надо гнать их туда. Это нужно сделать быстро. Далее, приготовьте десант — человек двадцать. Если потребуется, выбросите к нашей группе. Мы через час вылетаем.
— А связь? — поинтересовался Ветров.
— Рация у нас есть. Главное — летчики. Нужен опытный пилот на вертолет. Очень опытный, — повторил Палло. — Вес «шарика» довольно тяжелый — более двух тонн…
— Можно только одну, — заметил Ветров.
— Знаю, — вновь перебил Палло, — а там более двух.
— Это же свыше допустимого! Я не могу разрешить… И не перебивайте, — вспылил Ветров, — я выполняю приказы, но никто не заставит меня отменять другие. У нас в авиации запрещено использовать вертолеты при подъеме тяжестей свыше одной тонны двухсот килограмм. Категорически запрещено, — подчеркнул он, — машина не выдержит.
Кажется, этот «эстонец» растерялся.
— Запросите свое командование, — сказал он. — Сейчас же, а я поговорю с вертолетчиками.
Ветров вернулся с пункта связи минут через двадцать. Красноярск ответил «нет», а так как он ждал ответа долго, значит, руководство управления запрашивало Москву. Ветров увидел «эстонца», который склонился над картой.
— Конечно же, нельзя, — торжествующе сказал Ветров. — Это было и так ясно. — Ему хотелось как-то задеть этого самоуверенного человека, способного, видно, только приказывать, хотя в авиации он не очень-то разбирается.
— Я знаю, — спокойно ответил Палло. — Да и пилоты сомневались, поговорил с ними. И Туру запросил — Козлов тоже говорит, нельзя. Сообща, значит, авиаторы — и там и здесь. Ну, ничего, разберемся попозже. Кстати, у вас неплохой летчик есть. — Палло заглянул на обрез карты, где была записана фамилия. — Он сказал, что найдет «пищалку», я с ним и полечу. Все необходимые инструкции о дальнейшей работе получите по радио. А эту телеграмму, — Палло протянул листок бумаги, — передайте немедленно в Москву.
