Да и ещё эти строгие голоса безумной парочки раздражали парня до мозга костей, как и Алексееву. Оба уже срывались друг на друга, даже не понимая, что они делают.
— Да ладно тебе, мелкий, — Крис несильно ударил друга по спине. — Зато больше на толпу лезть не будешь, — спокойно сказал Льюис.
— Уже полдесятого. Мы пойдём пока машины прогревать. Устя, закроешь дверь, — сказал Марк, не спуская глаз с настенных часов и кинул девушке ключи. — Вы пока собирайтесь.
Подруги со странными ухмылочками уставились на Устинью. Девушка от таких взглядов только нахмурилась. С того дня, когда они выпили и поцеловались, парень перестал называть её своими любимыми кличками и теперь обращается к ней по имени. Жукова так и не поняла, что переклинило Марка стать таким спокойным и другим рядом с ней, да и с другими тоже. Она продолжала делать вид, что между ними ничего такого не было и что это вообще сон. Делал ли Марк тоже самое, как девушка — неизвестно. Но его другая такая сторона нравились Жуковой.
Парни всё скинули на соседок и как только оделись, вышли из квартиры, направляясь к машинам.
— Боже, а где то самое "Насекомое" и "Жучара"? — по-актёрски удивилась Лина и сразу же засмеялась. — Вы перешли на новый уровень? Ты вообще видишь, как он не рад, когда Серёжка ошивается около тебя? — Каспар поиграла бровями, делая намёки на ревность Марка.
— Реально, — поддакивала Катя. — А я то думала, почему он так косится на него, — ахнула Алексеева.
— Тот поцелуй ничего не значит, — хмуро сказала Устя и отвернулась от подруг. — Для него целоваться с девушками это обычное дело. Никакой любовью тут не пахнет! — стояла на своём Жукова.
— Ну да-да, заливай, — усмехнулась Лина. — Пиздаболка.
— Я не пиздаболка!
Марк громко чихнул, стоя у своей машины. Шмыгнул носом и оглядел местность. Появились сугробы, декабрь вот-вот настанет. Зима его дико раздражала, так как парень частенько поскальзывается, а холод заставляет укутываться в два пледа и сидеть ворчать, как старый дед. Он спокойно курил сигарету, смотря на сидящего на корточках Дениса. Парень с ухмылкой посмотрел на Криса, кинув в него снежок, и Льюис от неожиданности уронил сигарету.
— У тебя детство в жопе играет до сих пор? — хмыкнул Саймон, облокотившись на машину лучшего друга.
— Говорит человек, который год назад повалил меня в снег и закидал снежками, — фыркнул Котов. — Давай скажи, что не было такого.
— Не было такого, — с ехидной ухмылкой кивнул Саймон.
— Пиздабол.
Из машины Марка играла тихая музыка и тот снова чихнул. Танака нахмурился: кто-то вспоминает его. Обычно, так всегда говорила мама, мило хихикая из-за чихов своего мужа. Женщина верит в подобные приметы и Марку было весело наблюдать за её ворчливостью, когда парень нечаянно наступал ей на ноги. София часто повторяла: "Дай я тоже наступлю, а то поссоримся!". Танака дико скучает по родителям и уже хочет спокойно приехать домой, даже на один выходной, чтобы с ними увидеться.
Из подъезда наконец-то вышли девушки, вздрагивая от холода. Они о чём-то спорили, особенно Устя всё время злилась от хихикающей Магдалины. Жукова от такого хотела пойти уже к девушке, но из-за льда на земле, поскользнулась и с грохотом упала. Танака от такой неожиданности аж вздрогнул и хотел уже пойти к ней, как остановил себя. Он потряс головой, убирая от себя эти чувства и снова пришёл в себя. Обычное выражение лица сразу же появилось, не давая никому увидеть другие свои эмоции.
Устинья уже тихо материлась, а подруги помогали ей встать. Когда Алексеева подняла её, то не устояла на ногах и также поскользнулась, падая как и Устя, снова тянув её за собой. Громкий смех Полины с Линой прошёлся по улице, да и парни не сдержались, наблюдая за такой смешной и нелепой ситуацией.
Чьи-то громкие хлопки в ладоши заставили всех посмотреть на того, кто начал хлопать. Лежащие Устя и Катя подняли головы, щурясь. Человек десять шли в сторону парней и девушек. Устя сразу же поняла кто идёт сюда. Парни лет двадцати пяти и больше, одетые почти одинаково. Их вид и ухмылки сразу же говорили о том, кто они и кому подчиняются. Впереди всех шёл один из мужчин с сигаретой во рту и лыбился так, будто выиграл миллион.
Марк сразу же напрягся, смотря в глаза тому самому мужику, а сзади него стояли его товарищи. Танака осмотрел всех, подмечая, что нет ни одного оружия и они точно будут использовать кулаки. Хотя, зная шайку Добермана, кто-то из них мог прятать даже ножик, так что, стоит быть осторожней.
— Весёлые вы, ребятки, — заговорил мужчина, выдыхая сигаретный дым и посмотрел в сторону девушек, стоящих у подъезда. — С девочками поговорим потом, — извращенская улыбка расплылась по его лицу, из-за чего Устя вздрогнула.
Было уже темно, а что ещё хуже — они находились у жилого дома. Естественно, жильцы всё услышат и могут вызвать полицию, но проблема в том, что могут схватить соседей, как причастных к драке. Жукова посмотрела на машины парней. Нет смысла бежать к автомобилям и садиться в них. Эти психопаты сразу же поймают и повалят на землю, начиная бить. Им всё равно, что их услышат и вызовут полицейских, они хотят хоть как-то отомстить за главаря. Устя понимала, что плохая идея была ехать на тренировку и что Арсений просто так не будет сидеть на жопе ровно, ничего не делая. Они снова ступили и вышли из общежития. Туда хотя бы не придут человек десять, чтобы избить банду Марка. Там есть охранник и много студентов.
Саймон закрыл дверцу машины Марка и хлопок оказался достаточно громким. Гирс немного расстегнул свою куртку и размял шею. Очков на нём нет и благодаря линзам он будет спокойно драться. Да, драться. Тут уже мирно и спокойно ничего не решить. В дело пойдут кулаки.
Жукова с Катей наконец-то встали с земли, отряхнув себя. Устя краем глаза заметила, как Лина начала снимать куртку и это плохо. Девушка полезет в драку, она не из тех, кто будет стоять в стороне и наблюдать за этим. Ей всё равно — мужики это или нет, она за любой движ и свободу эмоциям. Да и подраться по-настоящему девушка давно хотела, так что еле заметная улыбочка выдавала её с поличным.
Мужик кинул сигарету и близко подошёл к злому Марку.
— Вы разозлили Арса не на шутку, — грубо произнёс тот.
— И он послал вас, вместо того, чтобы прийти самому? — хмыкнул Танака. — Что за трусость?
— Он
